Чтение онлайн

– Ну, и что?

– Не совсем понимаю, что это за легенда… Разве Муг – не просто дневное светило?

Фавн ошарашенно выпучил глаза:

– Ты не знаешь эту легенду? Вам что, в вашем Куан-Лун старейшины не рассказывали?

– Я… не особо лажу с односельчанами… – промямлил Малеа. – Моя… семья… мы стараемся не вмешиваться в дела стаи.

– А родители?

«…»

– Э-э-э-э, ну да ладно. Раз не знаешь – расскажу, – хлопнул в ладоши Рура. – Впрочем-то, она простенькая, эта легенда.

Фавн откашлялся и начал:

– В стародавние времена вурки не знали света. Срединным миром правила всепоглощающая Тьма. Она царицей гуляла по землям, которые мы сейчас именуем домом, и наводила повсюду страх и ужас. Многие пытались бороться с ней, но никто не мог одолеть Небесную. Драконы созвали собрание: все народы откликнулись на их зов. После долгих споров, вурки пришли к простому выводу – Небесную может победить только Небесный. А его сотворить могли лишь благородные фениксы. Выбрав от каждого народа по представителю, вурки отправили тех к фениксам с мольбой о помощи. Величественные птицы откликнулись на зов вурков и выбрали в качестве нового Небесного молодого дракона Муга. Сжигая себя заживо, фениксы отнесли душу Муга в Высший мир. Однако молодому Небесному не удалось навсегда прогнать Тьму – они до сих пор борются за право владеть Высшим миром.

– Я и не знал… Но постой, фениксы сожгли себя, относя душу Муга в небо? – Малеа недоумевал. – Это… Как это?

– Малеа, очнись! Это же всего лишь старая байка, которую мамаши рассказывают на ночь деткам, – сморщился Рура. – Есть легенды гораздо интереснее. Например, про похождения Лукара-Большой-Клык или про Небесного тигра Митру – повелителя грозы.

Фавн опять рассмеялся. «Но все же фениксы… а не был ли тот на берегу…» – Малеа встряхнул головой, отгоняя не самые приятные воспоминания. – «Рура прав, не стоит перед сном забивать голову всяким бредом».

Мысли медленно текли в охмелевшей голове. Весь мир вокруг будто замедлился, растянулся, как жидкая карамель. Волк поднял взгляд к небу и с наслаждением потянул прохладный ночной воздух.

«Ужасная Тьма? Но ночь же такая приятная. Как она может быть ужасной».

Яркие звезды торжественно мерцали в бескрайней черноте. Ночью окружающие предметы, даже привычные и знакомые каждому, принимали самые необычайные и причудливые формы. Темнота искажала мир, превращая его в некое подобие полубреда, полусказки. И только звезды неизменно озаряли землю.

Где-то далеко послышался одинокий вой: дикие волки. Глупые создания, неспособные даже говорить, не то, что перевоплотиться. Их назвали так лишь из-за внешнего сходства с волками небесными, чему последние явно не были рады.

Бутыль давно опустела, и фавн заснул крепким сном, зарывшись в мягкое сено, покрывающее крышу. Малеа постарался растолкать того, но после нескольких неудачных попыток махнул рукой. Волк осторожно, стараясь не свалиться с лестницы, спустился с крыши. Двор окутывала ночная мгла – мягкая и ласковая. Она нежно окружила юношу, что-то приглушенно шепча. Этот шепот казался знакомым и родным. Поднявшись на крыльцо, прежде, чем зайти в двери, Малеа в последний раз окинул взглядом бескрайний небосвод: показалось ли, но блеклая одинокая звезда чуть мелькнула и пропала. Пропала навсегда.

Глава 3 – Грезящий наяву

Руван стоял посреди леса, темного и тревожного. В косматых кронах не было слышно ни одной птицы, ни один лучик света не пробивался сквозь густую листву. Воздух словно застыл: непроглядный туман стелился под ногами, ватой окутывал тело, убивая все звуки. Феникс не слышал даже собственного дыхания – будто его и вовсе здесь не было. Не в силах терпеть эту пронзительную тишину, Руван громко крикнул, но звук потонул в бесконечной тьме, а вместо голоса феникс услышал лишь тонкий писк.

Все вокруг казалось одинаковым. Не имея никаких ориентиров, феникс наобум двинулся вперед. В странном лесу не было ни трав, ни кустарников, лишь опавшая листва хрустела под ногами. Вернее, Руван чувствовал, как под ногами сминаются листья, перемалываются в крошку, но самого хруста не слышал. Аптекаря со всех сторон окружали деревья; их раскидистые ветви, покрытые бесцветными листьями, переплетаясь между собой, полностью перекрывали небо. Он осторожно подошел к ближайшему и протянул руку. Пальцы коснулись чего-то холодного, шершавого, похожего на чешую змеи. Острые «чешуйки» ровными рядами покрывали ствол, и, казалось, чуть заметно подергивались. От вибраций этих становилось не по себе. Приложив к дереву ладонь, Руван понял, что вибрировало все растение – под корой, в глубине у самого ядра явно ощущались ритмичные толчки, будто внутри билось живое древесное сердце. Внезапно под корой будто что-то пробежало – чешуйки резко вздернулись рядком, прорезая по стволу некую дорожку. Руван отдернул руку – на пальцах виднелась свежая царапина. Кровь была яркая и теплая, полная противоположность этому холодному бесцветному лесу. Оставшийся на коре алый след медленно впитался в древесину. Краем глаза Руван заметил, как дерево довольно вздрогнуло. Заметил и постарался тут же это забыть.

Внезапно воздух прорезал душераздирающий вопль. Разрывая туман, этот крик долгим эхом разлился меж деревьями. Опешив, Руван завертелся на месте, стараясь определить источник звука. Сердце билось в груди, словно птица, запертая в клетке. Стало невероятно жарко. Руван сломя голову кинулся бежать на помощь кому-то или чему-то, столь отчаянно стенавшему. Он ураганом проносился сквозь лес, разбрасывая вокруг себя ошметки павшей листвы, будучи не до конца уверенным, правильно ли он вообще бежит. Неожиданно деревья кончились, открывая взору широкую поляну.

Здесь не росла ни одна травинка. Руван сделал шаг и услышал громкий хруст. Вот только хрустели вовсе не листья – землю под ногами покрывали кости. Маленькие и большие, они омерзительно блестели, заполняя поляну тусклым сиянием. Чем дальше шагал феникс, тем больше становилось костей и тем гуще становился туман вокруг. Дорога повела вверх – ближе к середине поляны кости образовывали настоящую гору. Ступать стало сложнее, хрупкие скелеты крошились под ногами, осыпались, утягивая феникса за собой. Вцепившись руками в стены горы, Руван посмотрел наверх – на вершине кто-то стоял. Длинные крылья и хрупкая фигура – вурк завороженно смотрел в небо, застыв на месте. Снизу было плохо видно, но аптекарь заметил, что в руке его был зажат окровавленный кинжал. Руван застыл на месте, не смея и вздохнуть.

Стоявший был темен, как ночное небо. Длинный хвост его безжизненно свисал с края костяной горы. Вдруг он резко развернулся и посмотрел вниз. Молящий взгляд пронзительных синих глаз впился в немую фигуру феникса, стоявшего у подножия. Вурк одними губами прошептал: «…спаси…»

Все еще смотря на Рувана, он медленно поднял кинжал. Феникс слишком поздно догадался, что тот собирается сделать – он рванул вперед, кости рассыпались под ногами, как рыхлый песок. Раздался приглушенный крик – вурк с размаху всадил клинок себе в грудь. Послышались мучительные хрипы и стоны. Вурк осел на колени, кости под ним окропились алыми каплями. Глаза все время неотрывно смотрели на феникса. Он постарался что-то сказать, но изо рта доносились лишь непонятные булькающие звуки. Руван карабкался изо всех сил, но чем сильнее он старался, тем сильнее осыпались кости, сбивая его с ног и заваливая сверху. В какой-то момент феникс понял, что его самого нужно спасать.