Чтение онлайн

– Я почему-то уверен, что мы с тобой сработаемся, – сказал Молотов.

– Почему бы и нет, – согласился Корнеев.

По лицу Молотова будто пробежала тень неудовольствия.

– А уверен я потому, что разбираюсь в людях, – сказал он так, будто и не слышал корнеевской реплики. – И знаю, кто за страх будет работать, а кто за совесть.

Неожиданно встал и двинулся к двери. Корнеев поспешно опустил руку в карман, где лежал спичечный коробок. Молотов вышел, оставив дверь открытой. Но Корнеев ничего не успел сделать.

– Иди сюда! – Голос из соседней комнаты.

Корнееву пришлось выйти туда.

Молотов включил видеомагнитофон. На экране телевизора Корнеев увидел себя. Он стоял с пистолетом и старательно целился в голову сидящего у стены парня. Та самая видеозапись, из подвала.

– Смотри, смотри! – сказал Молотов с азартом человека, уже не раз видевшего этот сюжет.

Корнееву дают другой пистолет. Он, ничего не подозревая, нажимает на спуск. Убитый им человек опрокидывается навзничь.

– Вот! – сказал Молотов.

На его лице было написано нечто похожее на упоение.

– Вы думаете меня этим запугать? – зло поинтересовался Корнеев.

Его бешенство выглядело очень естественно. У Молотова поубавилось восторга.

– Ну что ты, – сказал он. – Я и в мыслях такого не держал.

Нажал кнопку, экран телевизора погас. И в этот момент зазвонил телефон – один из нескольких, стоявших на столе у Молотова. Он снял трубку: «Алло?» – и показал рукой Корнееву, чтобы тот ушел в «комнату отдыха».

Корнеев не стал прикрывать за собой дверь, метнулся к телефонному аппарату, на ходу доставая из кармана спичечный коробок. Нашел нужную спичку, чиркнул ею по шероховатой поверхности коробка, спичка вспыхнула сизым едким дымком и тут же погасла. Молотов в соседней комнате что-то бубнил. Корнеев торопливо нанес яд на трубку телефона. На трубке остались грязно-бурые следы, но они буквально на глазах бледнели и через минуту, как и предупреждали Корнеева, исчезли совсем. Молотов все не появлялся. Корнеев откинулся на спинку дивана и вытер повлажневшие ладони носовым платком. Пахло горелым, но с этим ничего нельзя было поделать. Корнеев достал из пачки сигарету, положил перед собой на стол. После этого еще несколько минут провел в одиночестве, разглядывая телефонный аппарат с выражением настороженности и почти суеверного ужаса.

Вернулся Молотов. Он был сосредоточен и хмур, прямо от порога втянул носом воздух, но в следующий момент увидел на столе сигарету и ни о чем не спросил. Сел напротив Корнеева и некоторое время глядел на него, будто возвращался из того телефонного разговора к их с Корнеевым беседе. Медленно возвращался, крутя в руках пустую рюмку, а телефон стоял совсем рядом. Корнеев держал его в поле зрения, хотя и смотрел Молотову в лицо.

– Хорошо, – сказал наконец Молотов. – Мы с тобой обо всем договорились, кажется. Там, в приемной, сидит наш новый начальник охраны, вместо Захарова будет, ты к нему подойди, он тобой займется.

И поднялся, давая понять, что разговор окончен. Он вышел вместе с Корнеевым, тщательно запер дверь. Значит, поживет еще.

Новый начальник охраны действительно ждал в приемной. У них с Молотовым, похоже, все было условлено заранее. Он ни о чем не расспрашивал Корнеева, провел с подчиненным десятиминутный инструктаж, в конце которого объявил о новом месте службы. Этим местом оказался тот самый переулок, связывающий проспект и выезд с территории «Росэкспорта». Молотов приблизил Корнеева, но все еще держал на расстоянии. Обнаружься это еще час назад, и Корнеев порядком опечалился бы. Но сейчас, когда выполнил задуманное, он воспринял слова начальника охраны совершенно спокойно.

– Когда приступать? – осведомился.

– Прямо сейчас.

Корнеев, наверное, не смог скрыть удивления, потому что начальник охраны добавил:

– Людей у нас не хватает. Такие вот дела.

О том, что людей не хватает, Корнеев знал. И с готовностью кивнул.

– Мне Молотов обещал оружие выдать, – напомнил он.

– Не сейчас, – сказал начальник охраны. – Пока мы на тебя разрешение выправим – жди.

В переулке Корнеев сменил какого-то парня. Было ветрено, и накрапывал дождь. Очень хорошо, подумал Корнеев, что он здесь надолго не задержится. Он бродил по куцему переулку из конца в конец. Никто не пытался пройти к территории «Росэкспорта». И ни одна машина не заезжала в переулок. Корнеев протомился на посту целый час, прежде чем распахнулись ворота и три машины стремительно промчались к проспекту. В одном из автомобилей Корнеев разглядел знакомый силуэт. Молотов. Живой и невредимый. Корнеев проводил машины недружелюбным взглядом. Он с удовольствием оставил бы свой пост, но не смел этого делать, пока операция не завершилась успехом.

На время обеда, всего на полчаса, Корнеева подменил человек из внутренней охраны. Когда Корнеев вернулся, охранник буркнул:

– Паршивое место у тебя, друг.

– Новичок в камере всегда начинает от параши, – философски заметил Корнеев.

Он проторчал в переулке до позднего вечера, и только тогда его сменили. Молотов в офис так и не вернулся.

Молотовские люди, следившие за петербургской квартирой бывшей жены Базылева, несли бессменную вахту уже не первую неделю и между собой свое занятие называли «дохляком», потому что уже было ясно – все впустую. Но сказать об этом открыто они не смели и продолжали тянуть лямку неблагодарной сыщицкой работы. Молотов почему-то упорствовал и людей из Питера не отзывал. И ведь как в воду глядел! В один из дней бывшая базылевская жена объявилась, да не одна, а с сынишкой, и когда об этом сообщили Молотову, он едва не перекрестился на радостях. Так плохо все складывалось в последнее время, ни одной доброй вести, и вдруг такая удача. Еще ранее было обговорено, что засада в Питере при появлении базылевской жены и ее сына обоих убирает и возвращается в Москву, но, когда Молотов узнал, что они приехали и можно действовать, он вдруг дал отбой. Приказал захватить и доставить в Москву и женщину и ребенка. То, что они долго отсутствовали, вызвало у Молотова подозрение, что это неспроста и их кто-то прятал. Если это так, он очень хотел узнать, кто именно. Ведь, вероятнее всего, как раз этот «кто-то» уверенно и методично сжимает вокруг «Росэкспорта» страшное кольцо. Этот «кто-то» был хитер и едва ли не всемогущ, а главное – он не имел лица и был неосязаем, а с врагом, которого не представляешь, бороться почти невозможно. И потому даже за слабую надежду через бывшую базылевскую жену выйти на врагов Молотов готов был ухватиться.

Женщину и мальчишку взяли в тот же день и на следующее утро доставили в Москву, в тот самый загородный дом, который недавно охранял Корнеев. Молотов отправился за город – его отъезд и видел Корнеев, прохаживаясь по переулку.

Когда Молотов приехал на место, женщина была невменяема. Над ней колдовал доктор из своих, проверенных. Очевидно, перед отправкой в Москву ее накачали какой-то дрянью и теперь не могли привести в чувство. Мальчишка находился в соседней комнате. Его состояние было не лучше материнского.

Примерно через час женщина пришла в себя. Доктор, к тому времени уже совсем выбившийся из сил, шумно перевел дыхание. Перетрусил. Молотов брезгливо дернул рукой – уходи! Дверь закрылась. Они остались в комнате вдвоем: Молотов и женщина.

– Здравствуй, Алла, – сказал Молотов. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Только голова кружится.

Ее взгляд сфокусировался наконец на лице собеседника. Было видно – узнала.

– Где я?

– В Москве.