Rassolniki
Шрифт:
– Это же вы! Смотрим вас, смотрим! Прикольная программа, – распинался сержант, проглатывая слова и снег, – а мы тут заглохли, не подсобите до отдела?
Долго думать Ведов не стал, почему бы не помочь, к тому же здание ГИБДД всего в паре километров.
– Трос есть? – деловито спросил Александр. Полицейский, не ответив, побежал к машине, а через полминуты он снова вынырнул из бури с тросом в руках.
Городское здание ГИБДД находилось в металлургическом районе. Там, где местные жители слышат заводской утренний гудок – призыв на работу. Обычно он поглощал все звуки в районе в восемь утра. Когда-то здесь жил и учился Александр, и сирена всегда сопровождала его до школы. Она длилась ровно пять минут – столько же занимала его дорога. Средняя школа, которой Ведов преданно отдал десять лет своей жизни, стояла как раз за зданием ГАИ.
Дотянув мигающий сугроб до базы, журналист повернул к родной школе. Вот она: большая, мощная, четырёхэтажная. Даже сквозь метель её всю видно. На третьем этаже в актовом зале горит свет, видимо, кто-то что-то репетирует. Он когда-то тоже, невзирая на время и выходные, приходил в этот зал и чем только не занимался: играл в школьном театре, вёл праздники, читал стихи… В старших классах Ведов был настоящей школьной звездой. Завсегдатай всех межшкольных конкурсов и соревнований, полноправный член юношеских городских организаций – от союза школьных лидеров до клуба юных корреспондентов…
А вот в младших и средних классах Александр не отличался активностью. Замкнутый в себе мальчик, отчаявшийся найти с кем-то общий язык, зато с претензией на хорошие манеры и знания, которые нередко раздражали одноклассников, точнее их мужскую половину, из-за чего после уроков ему не раз приходилось с ними драться. Естественно, он не всегда побеждал, так как против толпы не попрёшь, но когда встречал обидчиков один на один – мало никому не казалось.
За окном паниковала вьюга, она носилась от школьных дверей до ближайших кустов, перелетала туда-сюда дорогу, огибала запорожец и улетала прочь за школьный двор. Проходило немного времени и вьюга снова, как бешенная, возвращалась уже с левой стороны на школьную площадь и снова бессмысленно с визгом вертелась перед взглядом телеведущего.
«Зима нынче лютая», – подумал Александр и в очередной раз взглядом проводил вьюгу на школьный двор. Сколько там школьниц перецеловано! Сколько драк пройдено! Сколько крови пролито – своей и чужой!
Александр вспомнил, как стареющий учитель на уроках труда поучал школьников: «Что вы как дегенераты себя ведёте? На переменах только и видно – пинают и пинают друг друга! Вот мы в своё время все вопросы решали на кулаках, как нормальные мужики, на этом же дворе. Вышли после уроков, решили все проблемы и домой пошли!»
Может быть, не было ничего в этих словах педагогического, но как по-советски интеллигентен был трудовик! Но, действительно, настоящие мужики всегда на кулаках дрались в России!
«И я на кулаках дерусь», – гордился собой маленький Саша, ошкуривая очередной деревянный танк на тесаке.
– Чего ты там вертишь? Хер свой верти, а не тесак, дебил! – любил говорить трудовик мальчишкам, которые пытались ознакомиться с устройством станка раньше времени. Но Ведову он ни разу не сказал ничего пошлого или оскорбительного. Видимо, считал своим.
Вьюга продолжала наматывать круги по школьной площади. Александр всмотрелся в эту бесконечную воронку и зажмурился от неприятного воспоминания. Когда-то здесь, прямо на глазах у всех, он избил одноклассника – здоровенного детину. За что? Да просто так! Чтобы показать, кто теперь в школе хозяин.
Это было в девятом классе. С Александром тогда что-то случилось, и он стремительно начал зарабатывать авторитет. Махать кулаками перед носом гопников, не забыв по этому носу ударить как следует. И потом, до самого окончания школы, это было для хулигана, но активиста и любимчика учителей Ведова – обычным делом. Он и на выпускном отличился. Вернее после, когда по традиции все пошли обмывать дипломы дешёвым пивом и трахать одноклассниц. Шумная компания не понравилась каким-то поддавшим быкам, они подошли к школьникам «побеседовать». Все, до этого строящие из себя крутых, ретировались, а Ведов, не раздумывая, прыгнул на толпу и даже с полминуты стоял на ногах, успев повалить, кажется, оппонентов трёх.
Ведов тогда получил синяк под глаз и восхищённые взгляды одноклассниц!
Да, было время! Несмотря ни на что, школу Ведов любил. И спустя годы, воспоминания о школе и об учителях – прекрасных, талантливых, родных – грело душу даже в такой морозный день, как сегодня.
Он бы ещё погрелся, хоть до ночи, но начальник ФСБ был не из тех, с кем можно переносить встречу без уважительной, как в школе говорили, причины.
ФСБшник, похоже, был один во всем здании, только на вахте сидел охранник в штатском. Не записав гостя, зевнув на приветствие, он махнул рукой, мол, быстрей шагай и облокотился на эту же руку головой.
Когда Ведов зашёл в нужный кабинет, Дорогин наливал чай. Наливал сразу в две чашки. Александра разобрало любопытство – с чего же в этот раз начнёт Гадёныш? О теме предстоящей милой беседы за чашкой чая Ведов догадывался – вчера отделали каких-то из «своих» для ФСБ.
– А, Сашка-какашка! – поприветствовал зашедшего Ведова Дорогин, – а я тут жду тебя. Мало того, что с утра в выходные из-за тебя, говнюк, подорвался, так ещё и жду, как бабу!
Тонкий голос Дорогина делал все оскорбления нелепыми, как если бы шавка вдруг представила себя бультерьером и начала рычать на прохожих.
– Ты что, Женечка, пизданулся совсем? Что, опять со своими шошками меня спутал? – журналист почувствовал, как внутри у него всё переворачивается от желания врезать этому ботанику.
– Да ладно, не бзди, садись чай пить, а то морозно что-то! – он кивнул Ведову на место за длинным столом и поставил туда чашку. Сам обошёл стол и сел напротив, – Только диктофон-то включи, клоун, а то чо сливать-то будешь?!
Александр понял, на что намекает Дорогин – прочитал, видимо, их последнюю беседу, опубликованную Рублевым. Но не стал язвить по этому поводу, молча сел и не без удовольствия сделал пару глотков горячего чая.
– Ну и что тебе надо? – спросил Ведов.
– Вы посмотрите на него! – загнусавил Дорогин, – ёбнули полгорода за раз и спрашивают, что мне надо! Ну, молодцы!
– Пальцем никого не тронули. – Александр сказал это так искренне, что фээсбэшник даже на мгновенье замешкался.
– Ну да! Это же всех спецназ ФСБ накрыл! В масках. Пиф-паф, бух-бух!
Нам же делать-то больше нечего, как шантрапу в трамвайном депо херачить!
– А чем тебе ещё заниматься? Бандиты под крышей, барыги тоже, секты и те под тобой, что тебе ещё надобно, старче? Вот и развлекаешься! – Александр снова сделал глоток чая и прищурился в ожидании ответа Дорогина.