Чтение онлайн

Кроме того, употребляя термин «женщины», я, безусловно, подразумеваю только тех из них, кого знаю лично. к сожалению, я пока знаком не со всеми из ныне живущих женщин, хотя и продолжаю очень активно работать в этом направлении.

***

Итак, за что же нас так не любят женщины?

Во-первых, и прежде всего, они не любят нас за сам факт нашего существования.

Практически единственный способ добиться хотя бы кратковременного оживления любви — это исчезнуть навеки. Для этого совсем не обязательно, и даже противопоказано, вешаться на трубе в ванной (женщина скажет: «Ну и дурак», и будет совершенно права), достаточно теплого прощания с выражением, по возможности, искренней благодарности за счастливо проведенные минуты и пожелания успехов в дальнейшей жизни. Важно при этом всегда помнить, что десять Станиславских в подметки не годятся даже самой захудалой женщине, поэтому умышленное расставание с целью пробуждения любви заранее обречено на полный провал, ибо ничего, кроме смеха и раздражения, не вызовет. Нужно действительно расставаться навеки.

Проблема тут в том, что где-то на четырнадцатом прощании вам самому будет крайне сложно поверить в серьезность происходящего.

С другой стороны, женщины не любят, когда нас нет.

Им постоянно нужно иметь поблизости существо, несущее прямую ответственность за все происходящие с ними безобразия и являющееся прямым виновником печального несовершенства этого мира. Кто-то ведь должен понести наказание, если их облила грязью проезжающая мимо машина?

Трагедия одинокой женщины состоит в том, что в ее жизни нет торжества справедливости, и некому ответить за творящиеся вокруг преступления.

Это два краеугольных камня нелюбви женщин к нам. Остальное — не более чем кирпичи, но всегда нужно помнить о том, что в женской постройке нет ни одного кирпича, который можно было бы вынуть без опасности быть немедленно и безнадежно погребенным под рухнувшими стенами. Посему никакой иерархии нижеприведенных причин не существует.

Женщины не любят, когда мы их любим.

Действительно — что может быть хуже неизменной собачей преданности в глазах, назойливых поцелуйчиков некстати и вопроса: «А что ты такая грустная?» Ничего. Разве что заботливо заштопанное нижнее белье любимой, выстиранное и развешенное на батарее.

Кстати, о белье. О мужском, естественно.

Вы себе не представляете, какое воздействие на женщину может произвести мужчина примерно моей комплекции в черных сатиновых трусах чуть выше колена.

Я даже планировал провести специальный опыт: сажают женщину продуктивного возраста в кресло и замеряют у нее уровень эстрогена в крови. (Эстроген — это женский половой гормон, если кто-то не знает.)

Затем выводят меня в этих самых трусах. Я совершаю различные физкультурные эволюции, наподобие культуристов на конкурсе красоты, пытаюсь надуть бицепс, бью в воздухе пяткой о пятку… У женщины повторно замеряют содержание эстрогена, если таковой ещё полностью не распался на тестостерон.

К сожалению, из-за отсутствия доброволиц этот опыт пока провести не удалось. А жаль, результаты могли быть очень интересными.

Женщины не любят нас за то, что мы их не любим.

Они ежеминутно берут у нас анализы, делают пункции, ставят на нас опыты для того, чтобы выявить ослабление нашей к ним любви на самой ранней стадии, иногда даже ещё до ее наступления. Как правило, мужчина, не напрочь лишенный чувствительности, начинает при этом чувствовать себя не очень комфортно, без конца с ужасом прислушиваясь к собственному организму — а не разлюбил ли он ее?

Женщины не любят нас за то, что мы пахнем.

Вообще, запахи в мире женщин занимают непропорционально большое место. Если бы мы относились к запахам так же серьезно, мы никогда не дожили бы до таких лет.

Вспоминается, как часа в два ночи я возвращался по архангельскому девственному морозцу в казарму, благоухая доперестроечным коньячком «Ахтамар» в счет оплаты за дембельский альбом, и был встречаем обледеневшей дверью с сочащимся из щелей густейшим настоем из запахов от ста пятидесяти не мытых три недели мужских тел, уложенных в два слоя; каменных портянок, присохших к сапогам, измазанным неизвестной гадостью, купленной прапорщиком Ревякиным из экономии вместо гуталина; отрыжки от тухлой капусты на ужин и обеденного горохового пюре, с грохотом пробивающего дорогу назад, на свежий воздух; свежепролитой в поте лица своего спермы; гнойников, никогда не заживающих изза висящей в воздухе нечувствительной дряни от запусков ракет со спутниками…

Что нам после этого — понюхать свою подмышку? Пустяк.

Однако, если мы хотим найти с женщиной хотя бы видимость временного взаимопонимания, мы обязаны научиться ориентироваться в этом мире запахов. Нам нужно бесконечно принюхиваться к себе и к окружающим, дышать в ладонь и проветривать помещение.

Женщины не любят, когда мы не пахнем.

Здоровый инстинкт самки требует, чтобы мужчина пах мужчиной. Иначе он годится только на то, чтобы беседовать с ним о художнике Шишкине. к счастью, нам это не грозит. Не пахнуть нам не удается практически никогда.

Женщины не любят нас за то, что мы пьем.

Это очевидно и не нуждается в дальнейших комментариях.

Разве что в связи с вышеизложенным пунктом о запахах следует упомянуть, что меня всегда удивлял кинофильм «Ирония судьбы» — после такой дозы ерша лезть к женщине целоваться можно минимум через сутки, да и то, если провести эти сутки в ванне с кипятком, потому что, увы, перегар не исчезает от салата, даже с хреном.

Женщины не любят нас за то, что мы не пьем.

Они небезосновательно полагают, что в нашем проспиртованном мире быть полным трезвенником может:

а) безнадежный моралист или доморощенный сверхчеловек, наслаждающийся своим превосходством перед окружающими;

б) безнадежно больной;

в) безнадежный алкоголик. Одна моя знакомая, у которой мама была нарколог, безошибочно выявляла алкоголиков именно по их полной трезвости в пьяной компании.

Женщины не любят нас за то, что мы делаем карьеру,

прекрасно понимая, что их место при этом теоретически— второе, а на практике — шестнадцатое. Мало кто из них готов нести почетные тяготы прислуги великого человека. Да и о сублимации либидо в трудовой порыв не стоит забывать.

Женщины не любят нас за то, что мы валяемся на диване и ни к чему не стремимся.

Ибо это означает, что лучшие годы и ещё не погибшая красота достанутся этому обшарпанному помещению и ленивому типу, с которым выйти некуда и не в чем.

Кстати, о «мне не в чем завтра пойти».

Часто представляется мне по этому поводу королева Англии Елизавета II, восклицающая: «Что? в этой шляпке? Да я же в ней провожала пароход с нашими доблестными войсками в сорок втором году! Неужели вы думаете, что кто-то это забыл?».