Чтение онлайн

– Попробуй-ка мне еще перечить, - сказала женщина, и глаза ее потемнели.

– Анна, - раздался со двора голос мужа, - что ты там копаешься?

– Парень никак не слушается. Башмаки надевать не хочет.

Ответом ей было молчание, и лишь немного погодя послышался неуверенный голос отца:

– Не упрямься. И не задерживай мать.

– Слыхал?
– спросила женщина.

Мальчик присел на табуретку и стал зло, рывками натягивать башмаки.

– Не строптивься, не то получишь. Из-за тебя только время теряем. Нам давно ехать пора.

Янчи шнуровал башмаки и что-то бурчал себе под нос, стараясь, чтобы мать не разобрала слов.

Но той было достаточно его ворчания.

– Что ты сказал?

Тут Янчи так и взвился на дыбы.

– Ничего! Деньги мои отдавай!
– крикнул он, задыхаясь от бешенства. На ярмарку мне нельзя, босиком тоже нельзя... Отдавай деньги, ничего мне не покупайте!

Тут он враз схлопотал оплеуху, мать толкнула его так, что мальчонка вылетел за дверь и остановился лишь посреди двора. Рядом с отцом, который держал на веревке Пеструшку.

Янчи, понурясь, застыл на месте, с ранцем за спиной: один башмак зашнурован, второй - нет. Он молча изо всех сил боролся с подступившими слезами и, чтобы не разреветься, даже сгорбился весь, стиснув кулаки.

– Вот и достукался, сам видишь, - тихо проговорил Жупан.

Отец без гнева, чуть ли не смущенно смотрел на сына, перебирая в руках веревку.

– Чего ты матери перечишь?

Мальчик не ответил, но, услышав вопрос отца, все-таки расплакался, словно участливый тон взрослого лишил его остатков самообладания.

– Не реви, - расстроенно бросил отец, - ведь знаешь: мать хочет, чтобы ты ходил в ботинках. Ты должен ее слушаться.

– Все надо мной смеются.

– Не обращай внимания. Завидуют, вот и смеются.

– Нет, - произнес мальчик.
– Они говорят, что я - барчук.

Тут Жупан неожиданно разозлился:

– Черт бы побрал эти башмаки! Сними их по дороге и иди себе босиком. А как домой возвращаться - опять натяни, чтоб мать не прознала.

– Тогда мне еще пуще достанется.

– Почему?

– Я уж пробовал. Ребята говорят, что я трус.

– Не бери в голову, - нерешительно повторил Жупан.
– Подумаешь, экий стыд - в башмаках ходить!

– Да ведь надо мной ребята все время издеваются. Говорят, будто я маменькин сынок и трус.

– А ты их не слушай.

Мальчика, однако, не успокоили слова отца, хотя он и прекратил хныкать, но по тому, как он нервно переступал с ноги на ногу, было заметно: он не может и не хочет примириться со своей участью. Он бросил в сторону отца робкий, полный затаенной надежды взгляд.

– Папаня, - проговорил он, - позволь мне ходить босиком.

Жупан раздраженно передернул плечами.

– Я-то разрешил бы тебе, уже май на дворе и погода стоит хорошая. В твои годы я никакой обувки не знал не то что в мае, а уж с конца марта и по самый ноябрь. В этакую теплынь да в башмаках ходить - дурь несусветная. Но мать твоя прямо помешалась на этих ботинках. Ты уж ее послушай. А как экзамены сдашь - шлепай себе дома босиком в свое удовольствие.

Мальчик грустно выслушал отца, глядя прямо перед собой, а потом произнес:

– Я вчера сказал ребятам, что... с сегодняшнего дня тоже буду ходить босиком. Я обещал. А они мне не верили.

Тут голос его дрогнул. Он с надеждой уставился на Жупана. Отец хотел было ответить, но в этот момент из кухни донесся громкий голос жены:

– Йожи, бумага на корову у тебя?

Мужчина дважды ощупал внутренний карман пиджака.

– Нет, - смущенно ответил он, - у меня нет, я не брал.

– Так нам сроду до ярмарки не добраться! Остальной народ уж давно прошел, а те села - и Жиди, и Вамуши - у черта на куличках! Пока вы прособираетесь, аккурат к шапочному разбору поспеем...
– Это она прокричала уже из комнаты.

– Чего же ты раньше не сказала?
– пробурчал Жупан, а вслух громко крикнул: - Она на комоде, под вазой!

Наконец, закончив сборы, женщина вышла из дома, в руке она держала нужное свидетельство, хозяйка заперла дверь кухни, взяла прут, прислоненный к стене, и подошла к мирно стоявшей Пеструшке.

– Пошли, что ли, - сказала она мужу. Затем бросила взгляд на сына: - Ты все еще здесь прохлаждаешься? В школу опоздаешь.

Тут Анна заметила, что один из башмаков Янчи не зашнурован; получше присмотревшись к ребенку, она заметила, что лицо его распухло от слез и сын стоит посреди двора с таким видом, словно никуда идти и не собирается. Уставился в землю и не двигается с места.

– Мало тебе колотушек? Не упрямься, а то живо получишь. Мигом завяжи шнурок, и чтоб я тебя не видела. И если узнаю, что ты разулся по дороге...

Однако мальчик не торопился зашнуровывать башмак.

Мать шагнула к нему.

– Ты слышал?

– Анна, - опередил ее Жупан, - пусть он идет босиком.

Женщина застыла на месте, в недоумении уставившись на мужа.

– Невелика беда, ежели парень будет ходить босиком, - взволнованно затараторил Жупан, - позволь ему, раз он так просит. Май на дворе, и погодка стоит как по заказу. Детишки любят босиком бегать. Ты же сама знаешь...

Женщина несколько мгновений внимательно смотрела на мужа.

– Сговорились?

Жупан неожиданно рассвирепел:

– Ни черта мы не сговаривались, чего тут сговариваться!

Никак в толк не возьму, чего ты привязалась к парню с этими треклятыми башмаками, ежели от них никакого проку. Пускай ходит босиком, ничего с ним не стрясется!

– Мой сын не должен ходить босиком!

– Почему? Барчук он, что ли? Такой же, как и все!

– А я не желаю, чтобы он был как все! Мы с тобой вдоволь босиком набегались, я давно поклялась, что у моего ребенка всегда обувка будет. А он у нас один-единственный...