Чтение онлайн

Чтобы вы поняли, сколько нужно терпения и времени для того, чтобы звери освоили даже простой трюк, приведу пример. Три недели Буркет и Дымка учились пить молоко из бутылочек. Медведи долго не понимали, что надо опустить горлышко бутылки вниз, чтобы вкусная жидкость полилась в пасть. Дымка первой начала переворачивать бутылку, а Буркету эта премудрость никак не давалась. Он ужасно завидовал своей талантливой подружке и однажды с досады так швырнул непослушную бутылку на пол, что разбил её вдребезги. В конце концов Буркет всё-таки освоил этот старый трюк.

С новыми трюками дело обстояло ещё сложнее. Целый год обучал я Дымку кататься на роликах, причём каждый день мы репетировали по нескольку часов подряд. Сперва надо было приучить медведицу ходить в специально сшитых ботинках. Ей это не нравилось, и она разодрала когтями не одну пару обуви, пока привыкла. Потом к ботинкам привязали ролики. Тут-то и начались мучения. Задние лапы Дымки дрожали и разъезжались в стороны, наверно, так же, как у вас, когда вы учились кататься на коньках. Целый месяц потратили мы только на то, чтобы научить Дымку стоять на роликах. При этом один ассистент держал зверя за один ботинок, другой – за другой, я поддерживал за передние лапы, и так мы втроём катали бедняжку по бетонному полу. Ещё несколько месяцев ушло на освоение первых самостоятельных шагов. За это время маленькие дети успевают научиться ходить и даже бегать. Теперь, набравшись опыта, мы готовим многие трюки в два-три раза быстрее, чем прежде.

Вскоре я приобрёл новых медведей. Кроме Буркета и Дымки, появились Урал, Люся и Мишель, затем Мурат и Таймур – первые мотоциклисты. Через несколько лет в моей медвежьей труппе было уже двадцать пять косматых артистов.

Люся научилась с завязанными глазами забираться по двум лестницам на высоту трёх метров и стоять там на передних лапах. Затем она спускалась вниз, сама сдёргивала с глаз повязку и кланялась зрителям. Урал катался в колесе, медвежонок Мальчик залезал на вершину шеста, который я держал на лбу, а Мурат стал заправским наездником. Он выводил за уздечку лошадь, забирался ей на спину и, стоя на задних лапах, скакал по манежу.

Обычно я сам придумывал номера, но однажды идею нового номера мне подсказал… медведь. Произошло это в Свердловске. Я гулял по зоопарку и увидел у медвежьей клетки много народа. Люди смеялись, удивлялись, хлопали в ладоши. Я подошёл и тоже стал смотреть. Мишка давал настоящее цирковое представление. Он крутил лапами длинное бревно, как пушинку подбрасывал его в воздух и очень ловко ловил. Потом стучал бревном об пол, как будто забивал сваи. После каждого трюка медведь бежал к решётке и протягивал лапу зрителям, выпрашивая вознаграждение. Я был поражён, когда узнал, что этот артист-попрошайка нигде не учился жонглированию, никогда не был в цирке. До зоопарка он жил в лесу.

«Ай да Мишутка! – подумал я. – Молодчина! Настоящий талант, истинный самородок! Надо мне у тебя поучиться!»

Так в медвежьем цирке появился новый номер – жонглёр.

Когда я со своими питомцами выступал в Японии, одна газета написала, что самые сложные номера у Филатова исполняют не медведи, а люди, одетые в медвежьи шкуры. На следующий день после выхода газеты я попросил зрителей войти в манеж и проверить – кто ездит на мотоциклах: артисты в шкурах или настоящие медведи. Желающих не нашлось, кромке одного чудака. Когда он приблизился к барьеру и протянул руку, медведь так рявкнул, что посрамлённый «проверяльщик» со страху упал и под хохот зрителей убежал на своё место. Аттракцион «Медвежий цирк» недавно отпраздновал своё тридцатилетие. За эти годы сменилось три поколения косолапых артистов, мы объехали трижды почти весь земной шар: выступали в Северной и Южной Америке, в Японии, во многих странах Западной Европы. Повсюду – в Советском Союзе и за границей – наши выступления проходили с большим успехом. «Медвежий цирк» хвалили в газетах, награждали призами и дипломами. Но самую дорогую награду мы получали от зрителей – видели радость на их лицах, слышали весёлый смех детей и взрослых, дружные, громкие аплодисменты.

Медведь – самый могучий зверь русского леса. На воле он живёт до двадцати пяти – тридцати лет. Питается зеленью, зерном, желудями. Особенно любит лакомиться мёдом диких пчёл. Косолапый умеет и рыбу в реке поймать, и глухаря в лесу, и мышку в поле. Он силён и проворен. Его все звери боятся. К концу осени медведь наедается досыта, жиреет. А с первым снежком строит себе жильё – берлогу, забирается в неё и всю зиму спит без просыпу да лапу во сне сосёт.

В прошлые века леса у нас были дремучие, медведей в них водилось великое множество. На старинном гербе города Ярославля красуется изображение медведя. А сколько про него сказок сложено – не перечесть!

Медведей на Руси дрессировали испокон веку – с давних времён. В ту пору потешали народ скоморохи – бродячие артисты. Среди них обязательно был поводырь с медведем. Неизвестный художник тысячу лет тому назад нарисовал на стене киевского собора медвежью забаву – дрессировщик пляшет вместе со своим мишкой.

Но чтобы научить косолапого великана пляскам и всяким другим трюкам, надо быть храбрым человеком. Не зря один знаменитый американский дрессировщик, выступавший и со львами, и с тиграми, и с медведями, сказал, что медведь – самый грозный, самый коварный и самый опасный хищник.

Что же такое дрессировка? Это – обучение зверей. Дело трудное, требующее немало времени и терпения. Надо научить животных выполнять сложные движения в ответ на приказ дрессировщика. Чтобы у животного выработалась привычка к этим движениям или, говоря по-учёному, стойкий условный рефлекс, приходится очень много раз повторять на уроках одно и то же. И каждый раз в награду за удачное исполнение прикармливать ученика вкусной пищей. Путь к сердцу зверя лежит через желудок!

Кроме того, надо обязательно любить животных, быть с ними добрым и ласковым. Но забывать про строгость тоже не следует. Ленивцев и шалунов всегда ждёт наказание.

Лучше всего, когда зверята попадают к дрессировщику совсем маленькими, вскоре после рождения. Выкормишь, приласкаешь, вырастишь их, и они, как правило, платят за добро добром, послушанием, прилежной многолетней работой.

Мои медведи разбиты по возрасту на три группы: детский сад, школа и артистическая бригада.

Малышей из детского сада мы ежедневно выводим на прогулку в цирковой манеж: пусть привыкают к обстановке. Разрешаем им попрыгать, побегать, немного пошалить. Через некоторое время начинаем их учить ходить на задних лапах, знакомим с самокатами, с простейшими акробатическими трюками.

Ко второму году жизни наши воспитанники переводятся в школу. Тут уж начинаются серьёзные занятия: надо научиться стоять на передних лапах, мчаться по кругу на детском самокате, догоняя дрессировщика, который бежит впереди с открытой банкой сгущённого молока. Проехал немного – полижи вкусного сладкого молочка. А если самокат опрокинется, тогда что делать? Тогда надо зверю самому взяться за руль и поднять двухколёсную машину. Сумел поднять – получай кусочек сахара!