Чтение онлайн

— Как ты? Когда убил того…

— Да, как я. Был… Но, поверь, Тьма милосердна. Да, ночью выходят на свет пороки, и умирает больше всего людей, но и ночью больше всего рождается детей.

Задумчивая девушка подобралась и раздраженно фыркнула:

— Это не аргумент.

— Почему? Ночь скрывает под волшебным покровом нищету и убожество дня, дает отдых воспаленным за день глазам. Передышку, чтобы люди, утомленные работой и трудностями, могли набраться сил и встретить утро. Запомни, девочка, достойно награждать — тяжело, но и не менее тяжко соразмерно наказывать. Не смотри так недоверчиво. Скажи, что бы ты отмерила убийце? А убившему — защищаясь? Ведь он все равно согрешил.

— Я… не знаю.

Майкл улыбнулся и нежно провел по серебристым крыльям.

— Я вижу, маленькая. И знаю, что из тебя получился бы отличный ангел.

— Почему — "получился бы"? — Насторожилась Элли.

Ответ прозвучал глухо, будто из колодца.

— Оговорился. День был тяжелый. Иди спать, малышка, для… светлых уже поздний час…

Темно-синяя туча, медленно приползшая из-за гор долго собиралась с духом, погромыхивала, словно театральная прима, репетируя перед долгожданной премьерой. И, наконец, разродилась сольным номером — теплым летним ливнем, аккомпанируя себе громовыми раскатами. А уж великолепная работа со светом — десятки изумрудных ветвистых молний прорезающих вечернее небо до самой земли — у зрителей и вовсе вызвала восторг. По крайней мере, буря очень на это надеялась.

Элли, только выйдя из ванны, сидела возле камина, накинув сверху легкую простыню и, закрыв глаза, наслаждалась ощущением тишины и покоя. Из открытого окна тянуло мокрой примятой травой и озоном. Дело двигалось к полуночи и девушка уже давно должна была видеть десятый сон, но после душного вечера и тяжелого разговора с Михаэлем организму нужно было расслабиться и успокоить взбудораженные нервы.

Потянувшись, ангелесса, разминая ноги, вытянула их во всю длину, покачала в воздухе ступнями и испуганно замерла. Мужская, чуть шершавая ладонь откровенно нахально ласкала стройные ножки, подбираясь все выше к бедрам.

— Конрад! — Открыв глаза, взвизгнула девушка. Вскочила на ноги и вцепилась в простыню, как в заградительный бастион перед последней атакой неприятеля. — Что ты здесь делаешь?

— Зашел пожелать тебе спокойной ночи.

— Я… я не одета.

— Я вижу, — согласился мужчина, довольно разглядывая девичьи прелести, отчетливо проступающие сквозь тонкую ткань. А то, что не проступало, прекрасно дорисовывалось мысленно.

Видимо это же пришло в голову и ангелессе, так как она обиженно всхлипнула, а на щеках появились красные пятна. Развернув крылья, Элли укуталась в серебристый пух, не хуже чем в одеяло:

— Отвернитесь! Вы пьяны?! — От смущения и ярости вновь перешла на официозное "вы" светлая. Демон возвел глаза к потолку, но послушно повернулся на сто восемьдесят градусов.

Элли судорожно схватила единственное лежащее на кровати платье и юркнула за ширму, судорожно, путаясь в подоле и рукавах, натягивая одежду. Уже одевшись, она едва не взвыла: десяток крошечных пуговичек застегивались сзади. Увы, но без служанки одеться было проблемно, а точнее вовсе невозможно.

Внезапно прохладные мужские пальцы заскользили по спине, вызвав толпу мурашек. Девушка вздрогнула и попыталась отстраниться, но Конрад отведя в сторону светлые локоны, нежно провел линию вдоль позвоночника сверху вниз и стал застегивать пуговички целуя каждый открытый кусочек кожи, прежде, чем он скрывался под тканью.

Голос будто отняло. Элли почувствовала, как слабеют ноги, предательски отказываясь служить своей хозяйке. Волна жара прокатилась по телу, оставляя совершенно неповторимое ощущение легкости. Хотелось позволить этому властному мужчине с сильными, пахнущими табаком и соленым морем, руками делать что угодно, главное чтобы он не останавливался…

"Небо! Что со мной происходит?! А может я просто сплю? Да! Наверняка так и есть. Видно после тяжелого дня и ванны я просто уснула. Какой чудной сон"…

Наконец, последняя пуговичка была застегнута и демон, нежно поцеловав пульсирующую жилку на шее, хрипло сказал:

— Ты так красива сегодня…

Она повернулась, заворожено глядя на Повелителя. Красивое лицо мужчины, в обрамлении было скрыто полумраком комнаты, только едва мерцали в отблесках камина темно-карие глаза. Неожиданно даже для себя, она подняла руку и провела ладошкой по щеке темного, прошептав:

— Хотя бы во сне ты бываешь таким милым и хорошим…

— Во сне?.. — Конрад улыбнулся и неожиданно церемонно поклонившись, предложил девушке руку. — А в сновидениях ведь положено совершать разные глупости, не так ли? Леди, как вы смотрите на то, чтобы сегодня составить компанию одному безумно скучающему без вас, демону?..

— А куда мы идем?

— Секрет.

Но девушка уже и так сообразила — рабочий кабинет темного. Обычно ей редко удавалось даже переступить порог этого, несомненно, интересного помещения. Демон бесцеремонно и непререкаемо выставлял светлую за порог. А тут?.. Какая замечательная греза!

Мужчина открыл дверь, посторонился, пропуская девушку в комнату.

— Ты и во сне работать собрался? — Не выдержала она, с любопытством разглядывая кабинет.

Демон лишь загадочно ухмыльнулся и, подойдя к высокому зеркалу, провел рукой над стеклом вызвав маленькую зазеркальную бурю. Когда серебристые волны улеглись, в зеркале вместо кабинета отражалось круглое, будто чайное блюдце озерцо в лучах заходящего солнца. Элли восхищенно ахнула: "Какая прелесть!".

— Нет, я просто предлагаю небольшую прогулку в Зазеркальное королевство. Прошу.

Элли вложила свою маленькую ладошку в широкую мужскую и шагнула вслед.

В этом мире разница во времени была около пяти часов. Вечерело, но солнце еще только покрылось багровой вечерней дымкой, неспешно клонясь к горизонту.

Маленькая двуместная лодочка покачивалась на волнах, словно задремавшая уточка. Обычный вбитый в землю колышек, будто цепной пес на привязи сторожил так и норовившее уплыть суденышко.

Элли развернув на всю ширину крылья, подставила их свежему ветерку, запрокинув голову, залюбовалась первой, но уже яркой, будто алмаз звездой. Вдохнула полной грудью одуряще вкусный запах ночной фиалки. В это время маттиола уже раскрывала свои блеклые невзрачные лепестки, незаметные в густом дерне.

Мужчина, взглядом приказал убрать крылья, и перенес девушку в лодочку, осторожно усадив на узкое сидение. Сдернул веревку с привязи, ловко запрыгнул сам и взялся за весла.