Расправить крылья
Шрифт:
Сегодня — день второго совершеннолетия, когда каждый из молодых ангелов получит свою Капельку света — хрустальный кулон с заключенной внутри искоркой истинного огня и… Крылья! А буду ли они — серыми, синими, травянисто-зелеными, белыми… у каждого будет свой собственный индивидуальный оттенок, кроме черного. Черных крыльев не бывает. Тьма не умеет летать — это известно даже детям.
А после Церемонии решится его или ее дальнейшая судьба: получит ли молодой ангел возможность путешествовать по Мирам, неся истинный свет другим существам в качестве Воина Света, амура, музы — ангельская магия разнообразна, а каждая светлая душа увеличивает мощь Истинного Света. Либо… останется в Небесном граде обычной булочницей, швеей или архивариусом, в одной из небесных канцелярий, смахивая пыль с бесчисленных томов и свитков.
Элли вздохнула: видимо, последний вариант как раз и относился к ней…
"А как было бы здорово, — размечталась она, — в легком воздушном платье явиться к поэту и, положив прохладные руки на измученную творческой бессонницей голову, вознаградить его вдохновением. Или, незримым образом присутствуя на свадьбах, соединять любящие сердца перед Престолом Света"…
Тем временем в зале собрались Старейшины — одиннадцать архангелов, выстроились полукругом возле Источника. Следом явилась и глава Совета — Ингрид Пламенеющая, чьи багрово-красные крылья, на пару с премерзким, более подходящим злобной демонице характером, давно стали притчей во языцех. Последним в зал вошел Повелитель света — Айрэл.
Надтреснутый старческий голос разнесся по подземелью — Владыка приветствовал Старейшин и юных ангелов. Сухая фигура некогда высокого, невероятно красивого мужчины ныне вызывала лишь жалость: желтоватая кожа, покрытая пигментными старческими пятнами с синими прожилками вен, пару тысячелетий назад фиолетовые, а ныне болезненно-выцветшие слезящиеся глаза, клочковатые седые волосы.
Повелитель, сев в высокое кресло-трон подал знак начала церемонии. Вперед вышла великолепная Ингрид, разворачивая свиток с именами юных ангелов. Церемония началась.
Первой к Источнику вызвали худенькую потрясающе красивую девушку — Лайду, уже после первого совершеннолетия ставшей предметом постоянных распрей между парнями, даже учитывая то, что некрасивых ангелов не бывает. Как, впрочем, и демонов. Это — нонсенс! Выражения: "ангельская внешность" и "демонически красив и соблазнителен" уже давно в иных мирах стали привычным оборотом речи.
Нервничающая ангелесса подошла к старейшинам и по знаку Ингрид спустилась по ступеням в Источник. Кипенно-белый туман, клубящийся в чаше, окутал ноги девушки, щекоча босые ступни и икры.
Ингрид, вот уже несколько столетий проводящая Посвящение вместо Повелителя, взошла на подвесной мостик над чашей Источника держа в руках цепочку с кулоном-капелькой.
— Лайда, принимаешь ли ты Дар Истинного Света?
— Да.
Ингрид ободряюще улыбнулась ангелессе и, надев на девушку кулон, поспешно отодвинулась. Будто по команде, туман поднялся вверх и окутал девушку белым коконом, повторяя изгибы девичьего тела… с лебедиными крыльями. Через минуту марево опало, будто молочная пенка в подойнике и в Источнике осталась Лайда с великолепными нежно-салатовыми крыльями. Один из Старейшин вышел вперед, помогая оробевшей девушке выйти из Источника, а Ингрид вновь развернула свиток.
— Керен…
…Уставшая Элиза попыталась прислониться к щербатой колонне — гудящие ноги будто налились свинцом. Вот так, по закону подлости она точно окажется последней. Уже прошла и Кассандра, получив нежно-кремовые крылья, и лучший друг — Романд с яростно-фиолетовыми.
Наконец, когда из бескрылых осталась лишь Элиза, Пламенеющая скатала уже ненужный свиток и вытянула последний кулон-капельку. Ее торжественный голос разнесся по залу:
— И сегодня, впервые за тысячу лет, Посвящение пройдет Несущая свет!
Элли удивленно заморгала: "Несущая свет?! Как здорово! Интересно и кто же это"?! И едва не начала оглядываться, пытаясь разглядеть мифическую девушку, как заметила сосредоточенные на себе несколько десятков глаз и замерла, пораженная догадкой.
Поднявшийся следом гвалт оказался сравним разве что с птичьим базаром, когда на занятый чайками утес наведывается наглая воробьиная стая.
Около пяти тысяч лет назад, во время последней войны с демонами, светлые понесли слишком большие потери. Уничтоженные города, почти треть погибших и… как апофеоз — стадная паника, начавшаяся, когда Повелителю Тьмы удалось наложить на Владыку света проклятие, отнимающее молодость и силу. Казалось, дни Небесного града сочтены, дело лишь за малым. Этим малым — стало одновременное Пророчество и появление первой Несущей свет, девушки с серебряными крыльями. Которая, согласно, предсказанию могла и должна была погубить Владыку демонов.
И что же? Одна из худших учениц, совершенно обычная, неуклюжая девушка… И это она — Элли, Несущая свет?
"Но как же, — недоумевала ангелесса, — Несущих обнаруживают еще в детстве, при рождении. Селят во дворце, охраняя как сокровище, а уже с первого совершеннолетия начинают подготавливать к Посвящению… если успевают, конечно. Половина среброкрылых даже не успела начать разговаривать — демоны не сидят сложа руки"…
Оторопевшая Элиза на негнущихся ногах и не до конца понимая происходящее вошла в теплый Источник.
— Несущая Свет — ты принимаешь этот Дар?
Протягивающая оберег Ингрид казалась нереальным миражом. Девушка облизала пересохшие от волнения губы. Взгляд упал на бесстрастного, даже безразличного Владыку Света. В голове мелькнула мысль: "Небеса! Ну не может этого быть! Куда я лезу!".
— Д-да.
Кулон закачался на груди, сияя мягким нежным светом. Миг ничего не происходило, отчего девушка занервничала еще больше, но уже через пару мгновений мягкий туман окутал девушку, сливаясь с ней в одной целое. А заливший зал радужный столп света, заставил всех окружающих прикрыть глаза.
Такого восторга Элли не ощущала никогда. Непередаваемая нежность, тепло и радость. Казалось, еще чуть-чуть и она поймет нечто новое, вот только нужно дотянутся во-он туда.
Наполнившая девушку сила отхлынула, оставив в душе покой и свет…
— Отлично!
Стоящих вокруг девушки Старейшин разметало сухой осенней листвой. Матово-черный браслет сухо щелкнул на тоненькой руке, тут же слившись с кожей. По телу Элли прошла судорога: будто тысячи иголок вонзились в самые чувствительные точки. Девушка захрипела: невыносимая боль от чужой темной магии, проникающей в кровь, подавляющей собственную магию ангелессы, электрическими разрядами сотрясала тело. Голова разболелась так сильно, что череп, казалось, сейчас лопнет, как переспевший арбуз. Рука с браслетом и вовсе онемела, будто ее отрезали.