Расплата
Шрифт:
– Лиза, я… Ты мне очень дорога. Больше, чем дорога! – она впервые видела, чтобы Матвей так волновался. – И я хотел бы… Но между нами такая пропасть. Кто я? Обычный юрист. Да, не совсем рядовой, но и не олигарх. А ты… Чёрт, чёрт!
– Чай ещё не готов – на кухне не было кипятка, - матушка ворвалась, будто за ней волки гнались. – Ты уже подписала?
– Да.
– Тогда, - Екатерина повернулась к Матвею, - не теряйте времени даром – везите заявление в ЗАГС!
– Но чай, - начала было дочь.
– Матвей Михайлович привезёт тебе свидетельство о разводе, тогда и попьёте.
И Макаров, неловко помявшись, откланялся.
Рузанова-старшая выдохнула.
– Лизочка, почему ты не в настроении? Из-за развода?
– Мам, я устала, - отозвалась девушка. – И хочу побыть одна.
– Оставлю тебя. Отдыхай. А потом вместе пообедаем – у меня есть чудесное предложение! Тебе понравится.
И, чмокнув дочь в щёку, довольная Екатерина покинула спальню.
А Лиза, обняв подушку, тихо заплакала.
«Ну почему жизнь так несправедлива? Деда, зачем мне деньги и остальное, если от них одни несчастья? Мне нравится Матвей. Очень! Но есть ли у нас будущее? Господи, помоги мне!»
Вволю наплакавшись, она сама не заметила, как уснула.
– Доченька, пора обедать!
– голос матери вырвал из вязкого марева.
Елизавета открыла глаза и целую минуту пыталась сообразить, где она и почему так паршиво на душе.
– Мам, я не голодна…
– Тебе надо хорошо питаться, чтобы скорее выздороветь! – отрезала та, внося поднос. – Приподнимись, сейчас поставлю столик. Смотри, какой суп! М-м-м! Чтобы съела всё до крошки!
Лиза вздохнула и взялась за ложку.
Аппетита не было, от слова «совсем». Но мать ведь не отстанет! Проще подчиниться, и может быть тогда она оставит её в покое?
Почему-то Лизе всё время казалось, что мама с ней неискренна. Будто играет роль, нет-нет из неё выпадая. Как случилось недавно, когда матушка возмутилась, услышав про симпатию к Матвею…
«Надо будет завтра потребовать свой сотовый, - подумала Лиза, зачерпывая ложкой суп. – Столько времени прошло, наверняка уже мне можно и телевизор, и интернет. И телефон! Позвоню Олегу и попрошу его под каким-нибудь предлогом выманить маму из посёлка. А потом поставлю запрет на въезд без предварительного со мной согласования. Нет, я благодарна ей за заботу, но… Но её становится слишком много!»
И она проглотила первую порцию.
– Лиза, брось ложку! – дверь неожиданно распахнулась, и в спальню ворвался Рокотов.
За ним вошли ещё трое мужчин. Один перехватил взвизгнувшую Екатерину Георгиевну. Второй осторожно переставил столик с кровати на пол. А третий принялся брать в склянки пробы из тарелок.
– Что тут происходит? – вопила Рузанова, выдираясь из рук безопасника. – Лиза! Лиза, прогони их! Посмотри, как они обращаются с твоей матерью!?
– Кирилл Петрович, что случилось? – Елизавета постаралась сохранять спокойствие.
– Попытка отравления, - ответил тот. – Или не отравления, но в любом случае те таблетки, которые ваша мать растворила в супе, в соке и которыми приправила салат, вряд ли являются витаминками.
– Да как вы смеете! Лиза, не слушай, это подстава! Я же твоя мать!!!
Внезапно комната заполнилась людьми в форме. Екатерину куда-то увели, и её вопли сначала отдалились, а потом и вовсе стихли.
– Отравление, - произнесла Лиза. – Это не может быть ошибкой?
– К сожалению, нет. Эксперты установят, что за препарат она вам подмешала, но делаю ставку на психотропное вещество, - ответил Рокотов. – За Екатериной Георгиевной наблюдали. Она связывалась с одним мутным человеком, он давно на карандаше у правоохранителей. Потом посещала его квартиру. Далее наблюдению удалось зафиксировать получение ею посылки с таблетками. А установленные в доме камеры, о существовании которых ваша матушка не подозревала, сняли, как она сначала растолкла в порошок какие-то таблетки, а потом приправила им вашу еду.
– Понятно.
Лиза уронила лицо в ладони и всхлипнула.
У неё никого больше не осталось!
Дедушка умер. Муж… Олег никогда им не был, их брак – фальшивка. Тем более, они разводятся. А Матвей… Матвей не хочет связываться с богатой наследницей.
Нет, он не отказывается вести её дела, но и только.
– Лиза!
И она очутилась в мужских объятиях.
– Боже, Лиза, я чуть с ума не сошёл! Как ты? Она не успела?
– Нет. Я только одну ложку проглотила.
От облегчения – он здесь, он вернулся! – у неё даже дыхание перехватило.
– Что-о? – Матвей подхватил девушку на руки и, не обращая внимания на боль в сломанных рёбрах, понёс её на выход. – Срочно врача! Скорую! Неотложку! Она ела суп! ВРАЧА!!!
Что случилось с педалью газа:
Эпилог
Этим летом дожди шли по большей части по ночам, и утром город встречал людей омытыми тротуарами и солнцем.
Лиза бросила взгляд в зеркало и вздохнула – её вторая свадьба. Ассоциации с этим мероприятием до сих пор не самые приятные.
Нет, умом она понимала, что теперь всё иначе: и жених другой, и замуж она выходит не из-за долга или принуждения, а во всех смыслах добровольно. Да и размах мероприятия в разы меньше, чем в первый раз – здесь собраны только самые-самые близкие им люди!
Таких набралось не больше десятка, так что на свадьбу года это бракосочетание, к счастью, не тянет.
– Лиза, ты как? – в дверь заглянула Вероника, супруга Игоря Трунова. – Там жених скоро на нет изойдёт. Стоит, стену подпирает, не слишком отличаясь от неё цветом – подозреваю, он боится, что ты передумаешь.
Ника хихикнула и, рассмотрев невесту, восхищённо замерла.
– Мой бог, Лиза, ты ослепительна!
– Всё в порядке, - улыбнулась Елизавета. – Просто задумалась – вдруг вспомнилась та свадьба, с Левиным. Но уже всё. Идём, я готова!
– Нет, дорогая, подожди немного, - качнула головой подружка невесты, - Ты-то готова, но боюсь, жениха придётся подготовить получше. Где ты нашла это платье? Впрочем, детали потом. Подожди пять минут, я скажу своему, чтобы заманил твоего подальше от двери и всё-таки влил в него сто грамм. А лучше все двести. Ты же ходячая бомба, детка! Без анестезии твоего или удар хватит, или разорвёт на части. И вместо регистрации брака он утащит тебя его консуммировать.