Чтение онлайн

Я скривился. Совет был прав. Гомморах был важен, и только наш отряд мог малыми силами эффективно его защитить в узком перешейке прохода в город. Тем более, если туда заявится Сигимар, который то и дело кошмарил наши силы на разных участках, то справиться обычным горожанам с ним будет трудно.

Сам же я Сигимара не искал. Для начала нужно было достаточно прокачать своих людей, дабы они смогли ему что-либо противопоставить. И теперь они уже что-то да смогли бы.

— Ладно, — согласился я. — Но Гомморах выплатит нам особую премию из своей казны.

Главы городов согласились, даже несмотря на кислую рожу бургомистра Гоммораха, который с недавних пор лично решил присутствовать на военных собраниях. И от вида этого асма меня аж корёжило. Чванливый высокомерный ублюдок. Иначе я его охарактеризовать не мог.

— Дело наёмника молчать и слушать, когда говорят достойные, — как-то попытался он меня осадить на одном из совещаний.

Я же не стал ему перечить. Поэтому щелбан, едва не приведший к сотрясению мозга асма, я ему сделал молча. После чего ушёл и увёл своих людей на отдых после череды боёв.

Бургомистру потом объяснили, что не стоит со мной так себя вести, но обиду он затаил глубокую, то и дело, бросая на меня презрительные взгляды. Поэтому содрать сейчас с него три шкуры в виде огромной горы КЖК я был очень рад.

Большую часть получаемых средств мы тратили на прокачку характеристик. Свою силу и выносливость я подтянул до высокого эпического уровня, вновь подойдя к отметке легендарного ранга. Но этого было мало, чтобы догнать Сигимара.

Поэтому, когда мы прибыли в Гомморах, я решил, что пора бы найти какого-нибудь толстого легендарного босса и прокачать на нём немного силы или выносливости. Вот только для начала, оказавшись в уже знакомом окружении архитектуры Гоммораха, я решил наведаться в один дом, который ножом резал по моим воспоминаниям.

Лаборатория Вертляка просто кипела от развернувшейся в ней деятельности. То и дело к дому подъезжали целые повозки со всяким сырьём. И трудился алхимик там уже не один.

Когда я открыл двери дома, снующие туда-сюда помощники мастера удивлённо расступились, и я вошёл внутрь.

— Анк, сколько раз я тебе говорил не смешивать лазурную пудру с…

С чем нельзя смешивать лазурную пудру, я так и не узнал. Заметив меня, возвышающегося на первом этаже, Верляк застыл, раскрыв рот и не находя что сказать. Видимо, он был в курсе произошедшего между нами с теневой охотницей.

— Мариш. Где она? — спросил я сурово.

— Д-деменс. Послушай. Не стоит…

— Вертляк. При всём уважении, я задал тебе простой вопрос.

— Её здесь нет, — дрожащим голосом ответил алхимик.

— Правда?

— Тогда ты не против, если я проверю второй этаж?

В человека, будто кол всадили. Он метался между тем, чтобы сохранять видимое спокойствие, начать паниковать или попытаться хоть как-нибудь меня остановить. Но даже попробуй все здесь присутствующие хоть что-нибудь сделать, вряд ли бы у них удалось помешать мне попасть на второй этаж.

Поднявшись по лестнице, я повернул направо и прислушался. Сделав пару шагов, я заглянул в ближайшую комнату, и к моему горлу подкатил комок. Но отогнав эмоции, я произнёс:

— Ну, здравствуй. Мариш.

Глава 24

Архимаг

Лилиту сидела на кровати, обхватив колени руками. Её лицо походило на лик мертвеца. И, похоже, что совсем недавно из её глаз текли слёзы. Моему приходу, она, казалось, совсем не удивилась. Бросив на меня мимолётный безразличный взгляд, охотница произнесла:

— А я всё ждала, когда ты придёшь. Долго ты.

— Было много дел.

— Я думала, месть для тебя всегда на первом месте.

Я покачал головой:

— Многое изменилось.

— Но тем не менее теперь ты здесь. Делай то, зачем пришёл.

— Сначала ответь мне на вопрос. Почему?

Девушка тяжело вздохнула и опустила голову на колени, собираясь с силами. Повисла гнетущая тишина, которую всё же нарушил звук её голоса:

— Искателей, с которыми я пошла, подкупили. Синдикат договорился с ними, чтобы от меня избавились по-тихому, но я смогла от них сбежать. Вот только недалеко. Меня схватили поверхностники. Их менталисты просканировали меня всю насквозь и узнали о тебе. А ещё они узнали про Кас. Они предложили сделку. Я привожу им тебя, а взамен они дают лекарство.

— И ты им поверила?

— Конечно же, нет… Сначала. Но они отпустили меня, дав каплю этого средства. Одна капля… Всего одна капля улучшила её состояние и продлила её жизнь на месяц.

— И в итоге ты согласилась привести меня в ловушку?

— Да. Но они обманули меня, — Мариш прыснула в истерической усмешке, запрокинув голову вверх. — Никакого лекарства, конечно же, мне не дали.

— Потому что его у них и не было. Это панацея. И они её потеряли. Тебе стоило остаться со мной, и вместе у нас было бы больше шансов её найти.

Мариш закрыла лицо руками, из-под которых вновь пробились ручьи слёз, но ничего не ответила.

Я заглянул в прозрачную дверь соседней комнаты и увидел девочку лилиту, лежащую на кровати. Смотреть на неё было страшно. Всё её тело было похоже на одну сплошную чёрную язву. Наверное, милосерднее было бы закончить её страдания. И было непонятно, почему сама Мариш этого ещё не сделала.

— Сделай то, зачем пришёл, Деменс, — услышал я, вернувшись к Мариш. — Я это заслужила.

Я молча уставился в пол. Предательство Мариш тупой болью щемило в моей груди всё это время. Но теперь на месте раны вновь появилась лишь пустота. Всё это время я не мог понять, почему она так поступила, хотя ответ лежал на поверхности. Однако мне было проще думать, что охотница просто оказалась лживой тварью. Но у неё были причины так поступить. Я же не мог принять её поступок, но теперь хотя бы мог её понять.

— Предатели достойны самой жестокой кары. Ты свою уже получила.

На этих словах я развернулся и ушёл. Некая сила гнала меня прочь из этого дома, и я выбежал наружу, не обращая внимания на ошарашенные взгляды алхимиков и самого Вертляка, который тут же бросился наверх.

Я добежал до окраины города и взобрался на отвесную скалу, расположенную над ним. Там я в кровь сбил костяшки пальцев, наверное, целый час молотя кулаками по камню, едва сдерживаясь, чтобы не закричать. Когда по скале пошла внушительная трещина, я осел на землю, глядя в потолок сектора. Рука потянулась к подсумкам, и я поднёс к глазам последнюю сигарету.