Чтение онлайн

Первым делом осмотрелись, даже обнюхали воздух, затем собираем хворост для костра.

Чувство опасности, вспыхивает у нас одновременно. Семён выхватывает чудовищный топор, мой меч сверкает огненной дугой. Тяжёлое хлопанье крыльев бьёт по перепонкам. Дети проснулись, бросились к нам под защиту, волчонок забивается в щель между камнями.

Над нами, закрывая звёзды, взмахивает крыльями дракон, с хорошую лошадь. Глаза светятся изумрудным огнём, чешуя отливает сталью, от тела пахнет пряными травами и мускусом.

— Это не Вирг, — шепчет Семён.

Дракон зависает над головами, изучает нас на предмет съедобности. Смущает его лишь мой меч, выписывающий огненные кренделя и чудовищный топор Семёна, с сердитым гудением рассекающий воздух.

Он изящно изгибает шею, с шумом фыркает, раздувая ноздри, крохотные искорки, как пыльца огненных цветов развеиваются ветром.

— Сейчас огнём плюнет! — посылает мысль Семён.

Дракон вздрагивает, ощущение, что едва не давится от напирающего на горло пламени. Резко уходит в сторону, опускается на когтистые лапы, изгибается, слышится звон чешуек, прыгает на плот, в упор смотрит. Его изумрудная зелень глаз восхищает, хочется погрузиться в них и, лететь в пространстве зелёного огня.

Светочка вынырнула из-за наших спин, кулачки на боках, глазёнки сердитые.

— Ты такая красивая! Зачем нас хочешь съесть? — с вызовом кричит она.

Дракон спрыгивает на берег, чешуя сверкнула полированной сталью, изгибает шею, ощущение, что понимает речь ребёнка.

— Отстань от нас, зверья, что ли мало, в лесах? — с гневом пускаю мысль в прекрасную зелень глаз.

Он наклоняет голову, делает шажок в наше направление. Игорь оскаливается, выхватывает кинжал.

— Я знаю, как её звать, — звучит тихая мысль Семёна.

— Это она? Не он?

— Она совсем юная, как наш Вирг. Её кто-то обидел, думаю, люди. Она разъярена, но не опытна. Не то, нам давно были кранты. — Семён неожиданно бросает на землю топор. Я качаю головой, но, убираю меч.

Дракониху совсем сбивают с толку наши манипуляции. Она растеряна, но ещё весьма зла.

— Тебя люди обидели? — спрашиваю её, стараюсь мысль украсить благожелательными нотками.

Она фыркает, клуб пламени вылетает в сторону. Смотрит на нас, я вновь плыву в её глазах.

— Драгиния! — восклицает Семён, — мы твои союзники.

— Откуда ты знаешь моё истинное имя, Серебряный человек! — как масло на раскалённой сковородке, в испуге шипит она.

— Мне положено его знать, я Жрец Над Всеми Жрецами. Мой храм на берегу океана Кааз.

— Ты житель моего мира?

— Нет, я живу под Солнцем, но… храм мой там. Твои предки тоже не всегда жили под землёй, иначе ты не вышла бы на поверхность. Ты, ведь, здесь недавно? Как и Андхараш?

— Он исчез, я последовала за ним. Поняла, что он вышел к Солнцу.

— Нашла его?

Драгиния неожиданно сжимается как пружина, глаза темнеют, в них появляется зарево из огня. Она разъярённо шипит:- Нашла, он ранен людьми.

— Как?! — вскричал я.

— Ты за него переживаешь? — её мысль прошипела с неким удивлением.

— Он меня батей называет, — с грустью говорю я. — Где он? Мы идём к нему! Веди нас!

— Ты его отец? — давится огнём Драгиния.

— Он так сам решил, — в неком смущении говорю я.

— Сам так он решить не может, — в её мыслях звучат хрустальные колокольчики. Неожиданно она подходит к нам, обнюхивает как лошадь:- У вас нет злой силы, — успокаивается она.

Светлана Аскольдовна в своём репертуаре. Она моментально оценивает ситуацию, смело подходит к ней, гладит шею:- Ты такая красивая и добрая, — лепечет девочка. Затем и Игорь присоединяется, даже пытается залезть на дракониху, но Светочка запрещает.

— Невероятно! — фыркает Драгиния. — Впервые встречаю людей, от которых тает моё сердце.

— Люди все разные, — звучит мысль Семёна, — и драконы, тоже.

— Вот почему я не могу с Виргом связаться, — с горечью догадываюсь я. — Он серьёзно ранен?

— Серьёзно. В него стреляли из какого-то тяжёлого лука, стрела как копьё. Он умирает.

— Что мы ждём! Скорее к нему! — я накидываю на спину ранец, тороплю Семёна.

Драгиния почему-то выглядит невероятно несчастной, не двигается с места.

— Мы готовы, — с удивлением смотрю на неё.

— Не успеем. Вам идти туда не меньше сотни дней. Были бы у вас крылья. К тому же, чем вы сможет помочь?

— У нас есть смола ходячих деревьев, — в отчаянии вспоминаю я.

— Слышала о ней. Она поможет. Но вы всё равно не успеете.

— А ты сама не сможешь помазать! — пискнула Светочка.

— Когтями, что ли, — горько усмехается Драгиния.

— Была б ты побольше, — вздыхает Семён, — донесла бы нас.

— Мы полетим! — вновь пищит девочка.

— Да, конечно, пущу я вас, разобьётесь, — грозно сдвигаю брови.

— Дядя Никита, а ты нас привяжи! — канючат дети.

— Он умирает, — прислушивается к нашим разговорам и улавливает мысли Драгиния.

— Ты не выдержишь детей, — с сомнением говорю я.

— Они оба весят меньше барашка, — насмешливо фыркает она.

— Всё равно опасно.

— Опасней в лесу, — неожиданно встревает Семён.

Я задумался. Может, действительно?

— Дядя Никита, ведь вы нас привяжет!

Решаюсь, подхожу к Драгинии:- Они мне очень дороги. Понимаешь?

— Знаю это чувство, буду беречь их как своё пламя в груди, — она выдыхает клуб огня, не сводит с меня гипнотического взгляда.

— Это одна из самых сильных клятв драконьего племени, — шепчет Семён.

— Хорошо, — сдаюсь я, Светочка и Игорь срываются в восторге, виснут, на шее.