Чтение онлайн

— А «Turm» в переводе с немецкого означает «башня». «Der Turm» — кажется, так называл Юнг это место? — добавил Вёрм. — Возможно, эти слова помогут нам найти Сцинтиллу.

— А может, надо брать первую букву каждого слова? — предположила Кори. Прочла первые два ряда, у нее получилось

и

Ничего путного из этой затеи у нее не вышло. — Может, акроним?..

— Это не акроним, — заметил ученый, продолжая разглядывать пояс. — Когда-нибудь слышала о скитале?

Кори отрицательно помотала головой.

— Это такой шифр, он основан на перемещении знаков. — Вёрм обернул руку поясом. — Его придумали еще спартанцы, в пятом веке до нашей эры. Если верить греческому историку Фукидиду, изобрел этот шифр генерал по имени Лисандр. Он оборачивал полоской кожи или папируса круглый брусок дерева.

— Как рукоятку на теннисной ракетке?

— Именно. Обернув брусок полоской, можно было вырезать или выжечь на ней буквы. — Вёрм указал на символы, расположившиеся на его руке вертикально. — Потом свиток снимали с бруска, разворачивали, и получался несвязный и с виду бессмысленный набор букв и знаков, — ученый снял пояс с руки, развернул. — А у человека, для которого предназначалось это послание, имелся деревянный брусок точно такой же толщины, то есть диаметра, и, наложив на него полоску, он мог прочесть послание. Если не угадать с размером, получалась полная бессмыслица.

— Нет, погоди, — возразила ему Кори. — Этот пояс к твоему шифру с перемещением никакого отношения не имеет. Набор букв вовсе не бессмысленный. Мы же смогли прочесть слова. Ну, к примеру, Nekyia. Юнг использовал этот термин в аналитической психологии.

Вёрм кивнул.

— И все равно наш преданный проводник доктор Юнг широко использовал разные хитрые приемчики. Возможно, он скрыл свое зашифрованное послание, придав ему вид осмысленных и известных слов.

— Ну, допустим, ты прав. Тогда нашему поясу нужен брусок.

— Надо найти нечто, что могло бы его заменить. К примеру, трость или шпагу. — И Вёрм принялся за поиски. — Стой, у меня идея! Давай сюда пояс. И за мной!..

С этими словами он бросился к двери.

Кори последовала за ним во двор. Вёрм направился к разбросанным посередине обточенным камням, предназначавшимся, видимо, для каких-то сооружений или скульптур. Но тут за спиной у него послышался хруст. Он обернулся. В бледном лунном свете какая-то фигура метнулась мимо ворот.

— Видела? — спросил Вёрм. — Мы здесь не одни.

Кори подумала, что, может, лучше спрятаться в башне, однако передумала и осталась с Вёрмом. Ученый медленно поднял фонарь, посветил им в траншею, окружавшую двор. Никого… Девушка, щурясь, всматривалась в опушку леса. И увидела, как дрожат и качаются лапы норвежской ели. Ветра не было.

Вёрм тоже заметил это движение, метнулся к дереву, обежал его вокруг.

— Стой там, — крикнул он, — не двигайся!

Кори стояла и не видела больше ничего, кроме причудливой игры света и тени на лесной опушке.

— Кто бы это там ни был, его уже нет, — заметил, возвращаясь к ней, Вёрм. — Так вот, те каменные столбики во дворе. Давай обернем пояс вокруг самого маленького.

— У меня идея получше, — сказала Кори и направилась к башне.

Боллинген

1.05

— Думаю, я смогу расшифровать это послание, — произнесла Кори, вернувшись в башню Юнга. Она схватила каменную ветку, отломленную, когда она карабкалась по Древу философов.

— А ты изменилась, — заметил Вёрм. — Стала такой решительной, хладнокровной. Совсем не похожа на пациентку, с которой я познакомился в Балтиморе.

— Спасибо, — кивнула Кори, не слишком веря в искренность его слов.

Этот старик только одного и хочет — подколоть. Она подняла каменную ветку и держала так, чтоб Вёрму было удобнее обворачивать ее полоской ткани. Тот делал это медленно и аккуратно, как врач, бинтующий ногу раненого солдата. И вот перед ними неровным столбиком выстроились вышитые на поясе буквы:

— Да, — заметил Вёрм, — шифр скиталы здесь как-то не выстраивается. Наверное, диаметр не тот.

— Может, и тот, и ветка подходит, но только мы повернули пояс не той стороной.

Вёрм быстро развернул ткань и принялся обматывать его вокруг ветки другой стороной. Буквы на этой стороне были вышиты ближе друг к другу. И вскоре выстроились Ровной и стройной вертикальной колонкой.

— Вот так-то уже лучше, — заметил Вёрм. — И все равно, этот набор мне ничего не говорит.

— Есть еще два набора букв, — заметила Кори. — Надо вращать вокруг ветки. — Она повернула, и они увидели еще одну колонку:

— Может, чье-то имя? — предположил Вёрм. — Ну, допустим, какой-нибудь Ли Ра… с чем-то?..

Придерживая пояс снизу и вверху, Кори продолжала вращать каменную ветку. Потом попросила:

— Проверь слова вот с этой стороны.

— Какая-то «ФИДБРА»? — спросил Вёрм. — И что бы это могло значить?..

— Потерпи. Мы еще не закончили. — Кори обернула последнюю часть пояса вокруг ветки. Потом отошла на шаг и долго внимательно смотрела на то, что у нее получилось. — Да… Хотелось бы знать, что это означает. Непонятно…

Вёрм провел кончиками пальцев по буквам сверху вниз.

— А вот здесь Юнг явно пропустил одну букву, — сказал Вёрм и ткнул пальцем под цифру «2». — Вот видишь? Догадываешься, что за буква? Он пропустил «J».

— Думаешь, здесь должно читаться Иисус? Тогда получается: «Скорми ветку Иисусу». И что бы это могло значить?

— Да откуда мне знать, — проворчал Вёрм. — Давай попробуем обернуть ветку другой стороной.

— Не стоит, — заметила Кори, продолжая вращать ветку. — Никакой буквы «J» на этом поясе нет.