Чтение онлайн

— Я тебя не обижу, — произнес он как-то особенно убедительно.

Она покосилась на стены высотой футов в семь. Каждая книга уложена так тщательно и плотно, между ними не видно зазоров. Она обратила внимание на корешки: «Путешествия Гулливера», «Декамерон», «История растений Амазонии» Теофраста. [14] «Государь» Макиавелли. Полное собрание сочинений Шекспира. «Китаб аль-Набат» Аль-Динавари. [15] Леонардо подбирал книги и создавал свой лабиринт с тем же тщанием и артистизмом, с какими расписывал стены.

— Я вас все равно найду! — донесся откуда-то издали голос Переса. — Даром, что ли, провел столько дней в этой будке, изучая ходы и извилины этого дурацкого книжного лабиринта!

— Я знаю твою маму, — шепнул Леонардо Кори. — Пишет просто блестяще. Читал все ее книги.

— А последнюю? — спросила Кори. Она вышла всего месяц назад.

— Это ее лучшая. Ты помогала проводить исследования. — Он погладил густую бороду. — Скажи, а ты знаешь такого швейцарского психиатра по имени Карл Юнг?

Кори кивнула. Юнг начинал вместе с Зигмундом Фрейдом, затем отверг ортодоксальный психоанализ и основал собственную школу аналитической психологии. Отбросив традиционную методологию, Юнг исследовал глубины подсознания, анализируя сны, мифологию, изобразительное искусство, философию, религию и алхимию.

Леонардо опустил огромную руку на плечо девушки.

— Разгадать нашу головоломку можно лишь с помощью Юнга. Мы должны узнать все его тайны.

— Какую головоломку? Какие тайны?

— Это мы с тобой позже обсудим. Синхронность привела тебя сюда, ты это понимаешь? Между нашими семьями всегда существовала связь, и началось все это с Саймона Гутри.

— Вы знали моего деда?

— Тридцать лет тому назад у моего отца случился нервный срыв. Поставили диагноз: биполярное расстройство. Отцу повезло, его психиатром был твой дед. Доктор Гутри очень ему помог. А я даже как-то привязался к этой больнице. И, провалившись в Пустоту, пришел сюда.

— Я почти не помню дедушку, — ответила Кори. — Рада, что он сумел помочь вашему отцу.

— Однажды я пришел сюда навестить отца. Тут появился доктор Гутри. Он представил меня своей дочери, Ариэль. Как же она была хороша собой! Ты очень похожа на маму.

— Так вот как вы меня узнали?

— Видел твой снимок вместе с мамой на задней стороне обложки книги. А познакомились мы с ней давным-давно, когда ты была еще совсем маленькой. Поэтому и не помнишь. Как-то приехал в Принстон. Помню, ты играла в мамином кабинете. После этого я долго писал ей. Но она так ни разу и не ответила.

— Так вы не знаете о маме?..

Тут разговор их прервал пронзительный крик Переса:

— А ну, вы, двое, выходите из лабиринта!

Они вздрогнули: в нескольких рядах от них обрушилась целая пирамида из книг. То было делом рук Переса. Он снова навалился и сшиб еще одну пирамиду. Начал крушить стенку за стенкой, книги так и сыпались, точно огромные костяшки домино.

Леонардо нахмурился.

— Надо выбираться, а то этот идиот и нас завалит, и сам поранится.

Он схватил ее за руку и увлек за собой. Теперь они бежали совсем другой дорогой, не той, по которой пришли. И вот, несколько раз свернув за угол, оказались у входа в лабиринт, у лестницы, где их поджидал Мак.

— До встречи, Кори, — подмигнул девушке Леонардо. — И запомни: Древо жизни цветет в Стране мертвых.

— Что это значит? — вздрогнула Кори.

Странный человек не ответил, побрел к своим кисточкам и ведрам с краской. Мак помог ей подняться по лестнице. Внизу продолжал бушевать Перес, чертыхаясь, крушил очередную стену из книг. Они, словно в замедленной киносъемке, так и сыпались вокруг него. Санитар перешагнул через гору, образовавшуюся перед ним, поскользнулся на обложке и врезался в еще одну книжную стену.

— Перес, хватит! Давай, поднимайся! — махнул ему рукой Мак с верхней ступеньки. — Эй, брат! Спасибо за интересный вечер!

Перес удивленно оглядел книжные развалины. Леонардо невозмутимо окунал очередную кисть в ведро, словно ничего не произошло. Кори последовала за Маком к лифту, понимая, что ей лучше побыстрее вернуться в палату, иначе санитары заметят ее отсутствие и поднимут шум.

Гленвуд Каньон, Колорадо

20.04

Казалось бы, Джон Бринстон должен был радоваться, что у него все получилось. Но почему его не оставляло какое-то гнетущее чувство?

Распрощавшись с Купером Холлингвортом, который его подвез, он сел в «Джи-Эм-Эс Юкон» и поспешил выехать из Аспена. Он направлялся к востоку по узкой горной извилистой дороге, что тянулась вдоль каньона. Затем достал мобильник, набрал номер и стал ждать, когда ответит контролирующий операцию офицер. Откашлялся, услышав в трубке знакомый голос, потом сказал:

— Радикс у меня.

— Ты уверен? — спросил его генерал-лейтенант Джеймс Дельгадо. — Проверял?

Директор Национального агентства безопасности мог кого угодно смутить своим суровым голосом. Нет, говорил он не как военный. Не было в голосе ни начальственного рыка, ни требовательных командирских ноток. Краткость речи и выбор слов, казалось, говорили о том, что ничего в этой жизни его не волнует. Может, так оно и было.

— Проверить было сложно, с учетом обстановки и нехватки знаний о предмете, — ответил Бринстон и осторожно притормозил, чтоб не слететь с покрытой льдом дороги. — Нужно провести весьма сложные тесты, определить аутентичность. Но я почти на все сто уверен — это Радикс.