Шрифт:
* * *
Я, должно быть, действительно упился. О, боже, как мне плохо... Я с трудом оторвал голову от подушки и попробовал посмотреть на часы, стоящие на столике у кровати... Там стояло два будильника. Забавно, я ведь отлично помню, что вчера вечером был только один... Ох, вчера вечером...
Разбудило меня не только тарахтение в ушах — видеофон, пожалуй, уже в десятый раз начинал свою «Звездную серенаду». Наконец, мне удалось припомнить, где я нахожусь. Бросив взгляд на свое отражение в зеркале, я, прежде, чем нажать на кнопку «звук», отключил изображение.
— Алло? — произнес я. Хотя, скорее всего, это прозвучало как «да-а».
— Мистер Ринг? Вы у себя? Это администратор.
Симпатичная девушка, но голосок у нее был, словно сирена воздушной тревоги.
Я подумал, что умираю, и что-то пробормотал. Это ее явно приободрило:
— К вам гости, мистер Ринг.
В моей голове мелькнула мысль об осторожности.
— Они в мундирах?
Очень мило, когда кто-то ищет твоего общества, но не тогда, когда этот гость является представителем правительства США.
— Нет, — она затрепетала ресницами, — должна ли я пригласить их наверх?
— У-фф, нет... — я надеялся, что моя голова, наконец, отвалится сама собой, но увы...
— Передайте им, я скоро сам спущусь.
— Хорошо. Благодарю вас, мистер Ринг.
Изображение на экране исчезло, но я запомнил ее улыбку. Интересно, что она делает в свободное время? Если мне удастся прожить достаточно долго, обязательно спрошу ее об этом. Я бессильно пал на голубую атласную простыню, пробуя решить, вставать и сдаться или продолжать лежать дальше.
Первое предложение победило, и я опустил ноги на пол. Они приземлились на кучу холодных, скользких и твердых вещей. Я приподнялся, наклонился вперед, и...
— К черту! Только не это!
Пол вокруг кровати был покрыт толстым слоем денег и фишек из казино гостиницы. Я не мог припомнить, что произошло прошлой ночью. Они снова со мной разделались, эти Ринг и компьютер. Они напоили меня до такого состояния, что я стал безвольной марионеткой в их руках: я, Микаэль Йарроу, неизлечимый фраер.
Почему я согласился на это???
Я сжал голову руками, сам себе ответив на этот глупый вопрос: потому что они тебе необходимы. Ты без них ничто!
Кроме всего прочего, я не мог винить Ринга, поскольку если я вчера вечером напился до бессознательного состояния, то и он тоже... Только он должен был владеть ситуацией, а он позволил Этанаку перехватить все функции...
Ты ведь обещал мне, что больше подобное не повторится! Если кто-то заметит... — это я произнес вслух, как будто кто-то мог меня слышать.
Но они не могли меня слышать — я ведь не был включен. Я это осознавал, но если мне все же приходится злиться на самого себя, то почему бы не поговорить вслух? Почему бы мне не иметь хотя бы воображаемых слушателей? Не для того, чтобы слушали — я был только телом...
«Ох, парень, перестань себя жалеть, выключись и сразу почувствуешь себя лучше».
Я отыскал среди фишек провод от лежащего на полу маленького черного чемоданчика, величиной с буханку хлеба, и воткнул штепсель в гнездо, находившееся в нижней части моего позвоночника. И тут же почувствовал, как плывет по телу поток электронов, зажигая на кончиках моих нервов крошечные огоньки...
Я потянулся и потряс головой, пока не прошло ощущение пустоты. Одновременно исчезло плохое состояние Йарроу, чтобы поправить состояние его тела: его отражение смотрело на меня из зеркала красными, мутными, полузакрытыми глазами. Растрепанные волосы обрамляли опухшее лицо цвета овсянки!!!
Кривясь, я отвел взгляд в другую сторону. Сквозь мое сознание пробилось возмущение Йарроу.
— К черту! Это единственный способ обходиться так с телом, которое носит тебя по свету?
— Не волнуйся, Микаэль, — даже Этанак включился, разохоченый успехом в азартной игре, — ведь ты время от времени можешь себе позволить попользоваться прелестями жизни?
— Радоваться жизнью? Использование полного отключения моего разума — вовсе не такое уж хорошее развлечение.
— Порядок! Я знаю, что нужно было больше десяти бокалов, чтобы ты перестал ощущать сомнения, но разве это не окупилось?
Я еще раз посмотрел на кучу фишек, лежащих на полу, и почувствовал: одобрение ошеломляющего результата ночного безумства в казино будет выше моих возможностей. Я с отвращением сморщился и позволил Йарроу продолжить дальнейшие упреки.
— Я попробовал сорвать банк! На нейтральной почве! Здесь, где каждый мог обогатиться полумиллионом долларов, заметив меня и выдав полиции! О, боже! Интересно, кто же это, черт побери, ждет нас там внизу?
— В этом случае ты нервничаешь совершенно напрасно. Если бы полиция знала, что ты находишься здесь, то она непременно сразу же выломала бы дверь и вытащили тебя отсюда без лишних церемоний.
Я раздвинул шторы и впустил в комнату дневной свет. Облачность, как и предсказывали — день дождя. Мимолетом посмотрев на кирпично-красное небо, закрытое тяжелыми коричневыми тучами, я решил, что если полиция когда-нибудь меня сцапает, то это будет исключительно по моей вине...
«В Ксанаду, — как пишет Самюэль Тейлор Колридж, — Кубла Хан приказал построить прекрасный дворец снов. Там, где Альф, священная река, несет свои воды сквозь горы, недоступные людям.»
Оригинал существовал только в опиумных снах Колриджа, но здесь, на Марсе, этот сон стал явью, благодаря неограниченной удаче и личности Хоррама Кабира. Эксцентричный человек, глава многонациональной империи, он мог бы быть признан императором, но этого ему было мало — он хотел иметь свое собственное Ксанаду и, как истинный могол двадцать первого века, он создал его, да так, что это окупилось.