Пятно
Шрифт:
Я передернул плечами и задумчиво глянул на шагавшего по правую руку федерала: а ему-то это зачем? Работа? Не смешите мои тапочки! После уничтожения разведывательной группы лезть в центр «пятна», прихватив за компанию не внушающего никакого доверия местного жителя, может только законченный псих. Реши опер вернуться, никто бы ему в Агентстве и слова не сказал. Но нет — и сам на рожон лезет, и меня с собой тащит.
—Чего рожи корчишь? — удивился не забывавший поглядывать по сторонам Кузнецов.
—Да так, задумался, — усмехнулся я и, не выдержав, спросил: — Слушай, а зачем тебе все это?
—Что именно? — не понял Кузнецов.
—Ну, почему подкрепление ждать не стал? Почему решил в одиночку сюда лезть?
Федерал задумчиво глянул на меня и ничего не ответил. Вместо этого он осторожно подобрался к двум столкнувшимся на перекрестке военным грузовикам и достал бинокль.
—Нам туда? — уточнил он, махнув рукой вдоль улицы.
—Ага, — кивнул я и присел у лопнувшего колеса. Заметил валявшийся под машиной облезший череп и обтянутые обрывками полуистлевшей тельняшки ребра и поспешил передвинуться в сторону.
—Никого, — объявил опер, оторвавшись от окуляров минут через пять.
—Ну так пошли!
—Пошли. — Кузнецов первым выбрался на тротуар и вдруг обернулся. — Почему я остался, это тебя интересует? — неожиданно хмыкнул он. — А что еще мне было делать?
—Дождаться подкрепления, — предложил я свой вариант.
—И потерять несколько дней?
—И что с того? С транспортником за это время ничего бы не случилось.
—С транспортником — да. А с девушкой? Она единственная, кто может обойти систему безопасности и не запустить при этом процесс самоуничтожения! Без нее у нас не будет ни единого шанса сохранить в целости груз корабля!
—Ну и кому нужно это барахло? — усмехнулся я. — Нашли время антиквариатом заниматься!
—Не антиквариатом, — поправил меня Кузнецов, — а культурным достоянием Земли!
—И что с того? Еще и на строительство музеев придется тратиться! Или… — я вдруг замолчал, пораженный неожиданной догадкой, — или их на сторону толкнуть решили?
—Администрации нужны деньги, — ничуть не смутившись, подтвердил опер. — Что-то планируется продать с правом обратного выкупа, что-то сдать в аренду…
—Ну и уроды! — не выдержал я. — Столько красивых слов, а все дело лишь в желании набить карманы!
—Знаешь, сколько людей ежедневно умирает от недоедания? И сколько не получает нормального медицинского обслуживания? — рассвирепев, обернулся ко мне Кузнецов. — Для возрождения промышленности тоже нужны деньги, а ждать подачек от Совета мы можем еще долго…
—По-твоему, лучше продать культурное достояние Земли зеленым человечкам?
—Кто-то еще минуту назад называл это обыкновенным барахлом!
—Ну… ты меня убедил!
—Ладно, с моими мотивами разобрались, — недобро прищурился опер. — А что насчет тебя?
—Издеваешься? — возмутился я. — Кто мне стволом в голову тыкал?
—Да перестань ты, — снисходительно усмехнулся Кузнецов. — Ты сам вперед трусов рванул!
—Скажешь тоже…
—И вот что я тебе еще скажу — в центр ты рванул вовсе не из-за девчонки, — заявил федерал. — Любовь-морковь, конечно, присутствует, не без этого, но тебе просто надоело жалеть себя! Ой-ой-ой, я давно умер и не живу, а только существую! Можно подумать, унылое прозябание по подвалам — это именно то, что любят тигры. Да ты и сам себе не веришь! Просто захотелось вновь вкус жизни почувствовать, вот и сорвался навстречу приключениям. А сейчас запал прошел и думаешь, как бы обратно в уютную норку сдернуть. Но не получится уже, поезд ушел…
—Вот и поговорили…
—А еще…
—Угомонись уже, — довольно невежливо заткнул я федерала. — Проспект впереди…
—Ничего, после сеанс психоанализа продолжим, — многозначительно пообещал Кузнецов и, проскользнув в разросшиеся на обочине кусты, вновь достал бинокль. Много времени изучение забитой брошенными автомобилями улицы у него не заняло, и вскоре опер махнул мне рукой: — Пошли!
Мы по пешеходному переходу метнулись через проезжую часть, обогнули замерший в первом ряду троллейбус и со всего разгона вломились в заросли на той стороне.
Присев в высокую траву, я огляделся.
—Вроде спокойно все.
—Пошли. — Кузнецов выбрался на тротуар и обернулся ко мне: — И смотри, мы уже в центре, но тишина. Ни свечений, ни искр…
—Сплюнь, — немедленно посоветовал я.
—Тьфу-тьфу-тьфу…
—И если начистоту, без меня ты бы сюда добрался?
—Пятьдесят на пятьдесят, — прикинул свои шансы федерал.
—Как же, как же, — усмехнулся я.
Кузнецов только хмыкнул и развивать эту тему не стал. Не посчитал нужным или в кои-то веки решил согласиться — уточнять я не стал, потому как заметил расколотую вывеску «Джинсы» на стене соседней пятиэтажки.
—Ты это, — остановился я, — погоди минут пять.
—Зачем еще? — насторожился опер.
—Надо мне! — Я шагнул к выбитой витрине расположенного на первом этаже жилого дома магазинчика и пояснил: — Производственная необходимость.
—Мародерствовать, что ли, собрался?
—Да ты посмотри на мои джинсы! Чуть ли не до дыр протерты уже! Еще и мокрые, блин!
—А давай, ты потом шопингом займешься? Разберемся с нашим делом для начала, лады?
—Ты, блин, ничего не понимаешь! — возмутился я. — Нормальные джинсы — это конкретный дефицит! Все рыбные места давно обчищены. А вдруг здесь теплые зимние есть?
—Малыш, ты ничего не забыл? — нахмурился Кузнецов. — Мы тут вроде спасать кого-то идем. Нет?
—Мы дольше с тобой препираемся уже! Я только гляну!
—Пошли, говорю! Не трать наше время!
—Фиг с тобой! — выругался я и зашагал по тротуару злой как черт. Дошел до угла и встал, когда неожиданно зарябило в глазах. — Стоять!
Вскинувший автомат федерал моментально замер на месте, а потом попятился к стене дома.
—Что случилось?!
Я несколько раз моргнул и с облегчением махнул рукой: