Шрифт:
В оформлении обложки использована фотография автора
4 PM production с сайта: https://www.shutterstock.com/home
Часть 1
Глава 1
В то злополучное утро Вера Полякова как приличная жена и добропорядочная хозяйка, после того, как муж ушел на работу, а дочь в школу, решила прибрать в квартире.
Излишняя щепетильность в этом вопросе всегда была у Веры в крови. Уборку затевала так часто, как мания чистоты начинала вибрировать в мозгу. А это происходило чуть не каждый день, потому-то и убирать приходилось почти ежедневно.
Не будем надолго останавливаться, обсуждать методы борьбы с пылью, которая не успела осесть, и следами от обуви, которые чуть ли не всюду виделись нашей героине. Скажем только, чистота в квартире была не просто пунктиком Веры, но и проблемой, которая ей самой давно докучала. Оставить эту привычку она не могла, так как Борис – муж Веры, тоже порой до абсурда чистоплотный и его страшно нервировало всякое проявление неопрятности. Может быть, от этой его раздражительности Вера стала такой. Целыми днями она терла, мыла, стирала, гладила, ну и всякое такое.
И вот, от этой чрезмерной, не побоимся даже употребить слово – дотошной чистоплотности, в то утро Вера, напрягши все свои силы, поднатужилась и слегка отодвинула от стены диван в гостиной, который, вроде бы, давно не отодвигала. Но, не далее как пару дней назад уже проделывала то же самое.
За диваном, в небольшом просвете что-то блеснуло. Чтобы не оставлять то, что могло закатиться, Вера двинула мебель ещё и достала предмет который показался незнакомым, совсем в таком месте неожиданным.
Серебристая серёжка с несколькими маленькими камешками оказалась на ладони домохозяйки. Откуда она? За диваном, в гостиной – женская серьга?
У дочки Дашки серьги разноцветные, со скелетами, смайликами, с якорьками и прочей ерундой. Это не может быть её серьга. Возможно кого-то из подружек? Так они вроде бы не приходили почти неделю. Тогда, чья серьга?
Вера крутила её в разные стороны, пытаясь не просто рассмотреть, а понять, как попала эта вещь в её квартиру, да ещё под диван. Мысли скакали будто угорелые, в висках пульсировало как никогда раньше. Что-то тревожное, неизбежное приближалось, начинало охватывать одну половинку мозга, затем вторую.
“Так, когда я отодвигала диван? В понедельник, а сегодня четверг. Три дня. Кто тут был? Здесь я пылесосом прошлась. Это точно. Значит, она появилась… Так, так, когда она появилась? Когда? Мы с Дашкой пошли в кино во вторник. Получается, пока мы ходили в кино, потом в кафе зашли. Мы ещё позвонили Боре, сказали, что в кафе зайдём, а потом мы ещё… Он как-то ответил сумбурно. Да, теперь я вспомнила, он ответил быстро, мол – отстань, я работаю. Именно тогда…”
Всё смешалось, спуталось. Мысли обгоняли одна другую.
“ На прошлой неделе он с работы два раза задерживался. Раньше такого никогда не бывало. Ну, хорошо, то на работе, а это – дома. У нас дома! Неужели он… как он мог? У нас дома, когда мы с ребёнком пошли в кино. Возмутительно! Это уже ни в какие ворота не лезет. Что же делать теперь? Вот он придёт и что я должна ему сказать? Кинуть в лицо эту серьгу, потребовать чтобы убирался?”
Вера ходила по квартире, хваталась за всё. То пыль протрёт, то тарелку вымоет, но тут же бросала начатое, перемешалась в другое место. Ничего не шло, дела не клеились. Она снова пошла на кухню, постаралась подумать о том, что сейчас со школы придёт дочь, её нужно накормить. Серьга из-под дивана тут никак не должна помешать, но почему-то очень мешает. Вера без конца доставала её из кармана фартука, снова рассматривала. Положила на полку, потом в прихожей у зеркала, затем снова к себе в карман.
Позвонила Дашка:
– Мам, я к Вике после уроков.
– А обедать?
– У неё пообедаем. У неё матушка всегда нам вкусненького готовит.
– Не привыкай у чужих людей кушать.
– Да всё нормально мам. Её мама прикольная тетка.
– Ну, ладно, только не поздно! – выкрикнула Вера, но Дашка уже отключилась.
Нет, так нельзя оставлять. С большим трудом дожила до семи часов, когда с работы обычно возвращался Борис. Сердце прямо скачет в груди, страх всё больше одолевает.
“Что делать? Молчать? Но как же? Терпеть. А если правда, что тогда?”
В замке щелкнуло, дверь распахнулась, на пороге Борис. Тёмная челка идеально зачесана на бок. Он снял пальто, почти нежно, расправив лацканы, повесил его на плечики в шкаф.
– Вера, я дома, – сказал он и внимательно глянул на себя в зеркало.
Самодовольный взгляд его теперь показался подозрительным и очень даже понятным.
Вера, молча ходила от мойки к столу, резала, чистила, мыла.
– Что на ужин? – он осмотрелся и, не увидав ничего готового, недовольно сказал, – Ты ещё не приготовила?
И тут она не выдержала:
– Боря, ты ничего не хочешь мне сказать? – она открыто глянула на него.
– Ты о чем? – осторожно начал он.
На лице его тут же появилась маска, какую он напускал на себя в моменты недовольства.
– Боря, скажи честно, ты изменяешь мне? Скажи правду, я пойму.
Он отошел к окну, упёрся пальцами в подоконник. Шея чисто выбрита, затылок коротко стрижен. Костюм сидел как влитой, тонкий рубчик, идеальный шов локтя, четкий поворот ворота. Борис смотрел в окно, весь такой безупречный, лощёный. Вера ждала ответа, который возможно, вот сейчас в эти минуты, перевернёт всю их прежнюю жизнь с ног на голову.
– Да. У меня есть девушка, – просто сказал он и обернулся.
– Девушка? – выдохнула она.
– Да. Ей двадцать пять …, – он остановился, но верно не для того, чтобы набраться мужества, а скорее для театральности, паузой показать всю разницу какая есть, – и – я её люблю. Я ухожу к ней.
Тишина.
Вера почувствовала, словно все камни мира полетели в её сторону и сейчас забьют до смерти. Но пока они летят, она встрепенулась:
– Нет, ты не смеешь так поступить со мной. С нами! Как же Дашка, как же мы, как мы будем жить?