Пузодержалка
Шрифт:
– Это еще что такое?
– шокировано пробормотала, не переставая внимательно себя разглядывать, в то время как в моем огромном животе продолжала царить дикая активность.
Когда я только успела забеременеть и так раздобреть? Да еще и сразу в нескольких местах? О теперешних объемах своих когда-то достойных гордости вторых девяносто даже представить боялась.
Размышления о себе и уже начавшем доставлять откровенный дискомфорт ребенке, продолжавшем активно мутузить меня изнутри, прервал раздавшийся откуда-то справа громкий грозный рев. Развернувшись на звук, сразу увидела летевшего над самыми кронами деревьев огромного дракона. По мере того, как зверь продолжал сокращать разделявшее нас с ним расстояние, мне становилось все страшнее.
Ну здравствуй, паника! И что мне теперь с тобой делать? Внутренне чутье подсказывало: бежать и прятаться бесполезно. С такой юбкой и животом мне вряд ли удастся далеко уйти. К тому же, это, кажется, всего лишь сон. И чем дольше я находилась в столь странном месте, тем больше убеждалась в сем факте. Но противостоять желанию хоть где-нибудь спрятаться от стремительно приближавшегося монстра так и не смогла. Быстро оглянувшись и определив, что наиближайшим и единственно-возможным убежищем могла стать только ива, подобрала юбку, чтобы не путалась под ногами и быстро (насколько это вообще было возможно в моем положении), направилась прямиком к ней. Не успела добраться до цели, как земля под ногами ощутимо дрогнула. Приземлился кто-то большой. И я даже знала, кто именно. Прижавшись спиной к стволу, тяжело дыша после хоть и не продолжительного, но от этого не менее изнурительного бега, замерла, продолжая тешить себя призрачной надеждой: может, меня не заметили, а потому и не найдут?
– Где ты, моя пузодержалочка?
– раздался на удивление вполне себе человеческий мужской голос.
Вот только меня вверг в шок совсем не он.
«Кто? Этот гад в конец очешуел? Стоп! Моя?»
Опустила взгляд на живот, который из-за непривычных объемов
действительно продолжала придерживать, и заставила себя мыслить логически, что,
кстати, учитывая всю абсурдность ситуации, давалось мне ой как непросто.
«Так это что, его рук дело? Точнее лап. Точнее... Фу! Кошмар какой!»
А тем временем голос незнакомца продолжал звучать все ближе.
– Неужто решила поиграть со мной в прятки? А если найду?
От этого то ли обещания, то ли угрозы мне снова сделалось не по себе. За ветвями уже четко просматривался силуэт. Благо, что не драконий, а человеческий. А то б, наверное, и в обморок уже грохнулась.
– Вот ты где! Попалась!
– воскликнул мужчина, отодвинув в сторону ветки и стремительно приблизились ко мне вплотную.
– А-а-а! Не подходите!
– взвизгнула, вжавшись в ствол и пытаясь снова увеличить расстояние между нами, пока дорогу не перегодила мужская рука, тем самым не давая больше и шагу сделать.
– Пузочка, ты чего? Неужто не признала?
– Не называйте меня так. И пузодержалкой тоже, - отозвалась, подняв взгляд на нагло нарушившего мое личное пространство незнакомца, прежде чем нехотя приняться его разглядывать.
Высокий, наверное, раза в два шире меня в плечах, мужчина и правда производил
пугающее впечатление. Но только первое. На лице же не читалось ничего, кроме умиления и задора. Щетина примерно трехдневной давности, квадратный подбородок, нос с горбинкой и глаза. Мама дорогая, какие же они... Судя по отражавшемуся в них интересу, мужчина рассматривал меня сейчас с не меньшим любопытством, чем я его.
– Почему? Тебе же это нравится, - уткнувшись носом в мои волосы и жадно вдохнув, отозвался незнакомец.
– Что нравится?
– поинтересовалась, не совсем понимая, куда он сейчас клонил.
Хотя что тут понимать, когда его руки уже во всю путешествовали вроде как по моему (но учитывая в каком положении я теперь находилась, уже не только моему) телу. Боже, я женщина дракона, который, судя по всему, еще и отец моего ребенка! Это ведь нормально, что сия информация никак не хотела укладываться у меня в голове, правда?
– Держаться за него, - ответил мужчина прежде, чем, погладив меня по всем стратегически-важным округлостям, добраться до живота.
– О! Смотрю, кто-то услышал папочку, проснулся и теперь никак не угомонится.
Это он, видимо, про кульбиты ребенка. Я и не знала, что дети способны так активно двигаться, находясь внутри матери.
– Тебе не больно?
– с удивительной заботой в голосе поинтересовался незнакомец.
Его вопрос быстро отвлек меня от раздумий о том, каково это - быть беременной.
– Нет, - отозвалась, чуть помедлив, чтобы прислушаться к собственным ощущениям от присутствия малыша внутри себя.
– Кажется...
– Хорошо, - раздалось довольно в ответ, прежде чем мужчина коснулся моего подбородка и заставил снова посмотреть на него.
А потом и вовсе принялся ни с того ни с сего целовать. Сначала пару раз лишь на мгновение коснувшись губ. Но постепенно все настойчивее и требовательнее.
***
– М-м-м, - простонала, каким-то образом все же найдя в себе силы, чтобы разлепить глаза и обнаружить, что снова очутилась на кровати в своей комнате в общаге.
В паре метров от меня на полу без сознания лежала Катя. Пентаграмма продолжала источать яркий свет, в котором отчетливо угадывался все тот же мужской силуэт. Только теперь он еще и протягивал мне руку, как бы приглашая приблизиться.
– Какого черта, Катя, - неуклюже сползла со своего лежбища и, приблизились к соседке, позвала ее.
Девушка не откликнулась, пребывая в состоянии то ли обморока, то ли сна. Учитывая, какой отвратительный запах источали стоявшие вокруг напольного рисунка и продолжавшие гореть свечи, первое было вероятнее.
Поняв, с этим надо что-то делать, подползла к ближайшей и задула ее. Столб света, а с ним и мужской силуэт, мгновенно исчезли. Линии пентаграммы постепенно вновь сделались черными.
– Так-то лучше, - пробормотала с облегчением, тут же принявшись поочередно тушить остальные вонючки.
Когда мне и это удалось, кое-как доковыляла до окна и открыла его настежь, впустив в комнату столь желанный свежий воздух.
– М-м-м, Лена, что ты делаешь?
– поинтересовалась очнувшаяся примерно десятью минутами позже соседка, наблюдая из-под с трудом открывшихся век за тем, как я складывала ненавистные свечи в мусорный пакет.