Путница
Шрифт:
Рыска стиснула кулаки. Это не бой, а бойня какая-то! А тут еще хозяйка Шошки, худая противная тетка с горячечно блестящими глазами, перегнулась через край ограды и визжит:
– Давай добивай его, малыш!
Ладони защипало. Рыска помнила, что сказал Альк – дар тут бессилен, – но почему бы не помечтать? Вот сейчас рыжий ка-а-ак вырвется, ка-а-ак даст врагу затрещину, чтобы кубарем покатился, а потом подпрыгнет – и противную тетку за нос…
Девушка чуть откинулась назад, вжавшись спиной в чью-то грудь. Ну давай же, рыженький…
И тут сквозь Рыску словно поток тепла хлынул, сверху вниз, наискосок и вперед. Боевище раздвоилось. Рыжий заяц лежал окровавленной тряпкой – и одновременно кругами гонял противника вдоль заборчика, и эта картинка все крепла, оттягивала в себя краски, становясь единственной…
А потом что-то так садануло Рыску по затылку, что в глазах у нее потемнело. Девушка качнулась вперед, судорожно вцепилась в край заборчика, но это только навредило – от следующего тычка она не просто свалилась в загон, а с переворотом на спину.
– Ай!!
– И-и-и, девку зайцы рву-у-ут!!! – тут же заголосила какая-то баба с богатым воображением.
– Человек упал!
– Разнима-а-ай!
На Рыскино счастье, перепуганные зайцы тут же расцепились и, отчаянно работая лапами, выкарабкались из-под рухнувшего на них тела. Хозяева изловили их за шкирняки и, поддерживая под зады, вытянули из загородки.
– Эй, девка! – Над распростертой, оцепеневшей, как лягушка, Рыской веночком нависли встревоженные лица. – Ты цела?!
Девушка как раз пыталась это понять. Наверное, все-таки да, хотя копчиком приложилась знатно, и голова гудит.
– Давай вставай! – К Рыске потянулось сразу несколько рук, кто-то вообще перелез через забор, ухватил ее под мышки и рывком поставил на ноги.
Девушка, морщась, потерла затылок – и обнаружила, что большинство людей смотрит не на нее, а куда-то по ту сторону ограды, где идет не учтенная в ставках драка. Жар и Альк сцепились не хуже зайцев, только что зубы в ход не пускали. Судя по тому, что сверху был вор, он ударил первым и без предупреждения. Торжеству Жара вряд ли суждено было длиться долго, но тут разнимающий привычным широким взмахом выплеснул на драчунов не использованную на зайцев воду и грубо заорал:
– А ну живо утихли, придурки! Щас стражу позову!
«Стража» подействовала на Жара лучше воды. Каковой, кстати, на вора пришлась большая часть, зато Альку залило глаза, и ошарашенных противников живо растащили в стороны.
– Щас ты у меня лекаря звать будешь, – пообещал саврянин, раздраженно стряхивая держащие его руки. Над бровью у Алька успела набухнуть шишка, но ладонью он прижимал почему-то нос. – Пустите, идиоты! Не буду я больше об это дерьмо мараться.
Сидящее в луже «дерьмо» попыталось пнуть его ногой, но не достало.
– А что случилось-то? – недоуменно пробормотала Рыска.
– Она еще спрашивает! – возмутился Альк, поворачиваясь к ней и убирая руку от носа. Ничего такого страшного девушка на нем не заметила, весь на месте.
– Он еще возмущается! – Не помогай Жар подруге выбраться из загородки, драка закипела бы по новой.
– Чего, не на того поставили? – сочувственно уточнил забулдыга. – Бывает! Мне тоже раз моя баба насоветовала… С тех пор ее, змеюку, даже близко к боевищу не подпускаю.
– А ну заткни пасть! – одновременно вызверились на него Альк с Жаром.
– Вон отсюда, все трое! – лопнуло терпение у разнимающего. – Не умеете проигрывать, так не играйте!
– Да мы вовсе… – Жар осекся, поняв, что спорить бесполезно. Подхватив Рыску под локоть, парень стал пропихиваться к выходу с площади – благо толпа немного расступилась, пришла в движение: отсмотрев первый бой, люди принялись меняться местами у загончиков.
– Так что произошло-то? – жалобно повторила Рыска, когда им удалось выбраться на широкую пустынную улицу.
– Он тебя ударил. – Жар метнул на Алька ненавидящий взгляд. Бредущий по другой стороне улицы саврянин ответил ему тем же. – Ни с того ни с сего.
– Ни с того?! – аж споткнулся Альк. – Да она меня зажгла!
– Чего-о-о? – Вор поглядел на него, как на сумасшедшего. – Не дымишься вроде.
– «Свечу» зажгла. – Саврянин был так зол, что еще чуть-чуть – и точно дым из ушей повалит. – Эта коза безмозглая потянула из меня дар!
– А тебе жалко? – по инерции огрызнулся вор. Ну дела!
– Нет, что вы, пользуйтесь на здоровье! – издевательски предложил Альк, почти срываясь на крик. – Ерунда какая – будто раскаленную спицу с размаху в нос вбила! Еще чуть-чуть – и кровь хлынула бы!
– Ой… – Рыска так растерялась и виновато ссутулилась, что даже Жар перестал костерить саврянина.
– Зачем ты это сделала, дура? – допытывался Альк, перехватив инициативу. – Ты же даже не ставила!
– Он такой хорошенький бы-ы-ыл, – всхлипнула девушка, чувствуя себя хуже некуда. Выходит, вся эта заваруха из-за нее?! Оба спутника мокрые, злые, побитые, с боевища их выгнали, как теперь купца искать – непонятно…
– Кто?!
– За-а-айчик… ры-ы-ыженький… мне его жалко стало…
– А меня не жалко?!
– Тебя то-о-оже… Я не зна-а-ала… Я неча-а-аянно!
– Так ему и надо, – вмешался Жар, не давая Альку окончательно заклевать подругу. И, повернувшись к саврянину, жестоко добавил: – Ты же крыса. Тебя для этого и создали.
– Для этого? Чтобы тупоумные весчанки зайцам подсуживали?
– А ты большего и не заслуживаешь! Бить-то зачем было? Девушку?!
– Ты ее вообще к зайцам кинул, – злорадно напомнил Альк.
– Я-а-а?!
– Ну да, это ведь ты ее в спину пихнул, когда драться полез.