Чтение онлайн

– Каких памятников?

– Тех самых, которые находятся в музейном парке. На памятники всегда можно положиться. Для того чтобы вернуть старые времена, они будут стараться вовсю! Вот так, милый робот. По моей команде памятники слезут с пьедесталов...

– Не слезут. За памятники отвечаю я, робот УВ-083. Если кто-нибудь слезет с пьедестала и удерет, сразу же явится инвентаризационная комиссия. Тогда, разрешите доложить, мне придется плохо. Нет, я категорически запрещаю трогать памятники!

Вельзевул посмотрел на меня и ухмыльнулся.

– Ничего ты не можешь запретить! Подумай логично - я же не существую!

Совершенно правильно, чертей не бывает. А если Вельзевул не существует, я не могу запретить ему кокетничать с памятниками.

Два часа ночи. Мы в парке. Вокруг, на фоне ночного неба - громады памятников. Вельзевул вытаскивает из кармана огниво. Сыплются зеленые искры, воняет серой и скипидаром. Показывает пальцем на Фиферона Толстого, бормочет:

– Вобискум, мобискум, фобискум, фик, спиритус, миритус, чиритус, чик!

Громовое чихание.

– А-апчхи!.. Где я?

– Ваше императорское величество в музее. Прошу вас, слезайте!

Земля затряслась, когда Фиферон Толстый спрыгнул с пьедестала.

– Оп-ля! Я в вашем распоряжении!

– Адский собор решил, что в мире должны снова воцариться господа...

– Правильное решение!

– ...Но люди и роботы вряд ли этого хотят, и я призываю на помощь памятники. Настоящий момент исключительно удобен, так как люди спят. Прежде чем они успеют опомниться, стратегически важные пункты займут памятники. Они выпорют каждого, кто посмеет противиться их приказам. Сопротивление исключено, так как оружие уже давно сдано в музеи, а вход в них будут охранять вооруженные бронзовые генералы.

– Вперед, за справедливость! Пойте гимн Мушилии: "Император Фиферон, защищая отчий трон, на кобыле белой в бой помчался..."

– Потом, ваше величество, потом! Некогда распевать, надо пробудить пятьсот памятников!

– Один момент! Я должен принять кое-какие меры предосторожности!

Фиферон Толстый вырвал фонарный столб, размахнулся и ударил по памятнику Удовика Девятого. С треском посыпались обломки.

– Опомнитесь, ваше величество, что вы делаете!

– Удовик был большой скотиной, он когда-то отнял у меня три волости!

Следующий удар - на этот раз рассыпалась в пыль каменная статуя Целестина Голого.

– Этот совсем был сволочь, и я отнял у него три волости. Так, теперь очередь за Алфилеем Последним, ужасно несимпатичный тип!

Всего Фиферон Толстый расколотил пятьдесят памятников...

– Больше у вас нет врагов?
– спросил Вельзевул, брызжа серой.

– Нет, слава богу!

Тогда Вельзевул чиркнул огнивом у памятника диктатору Шиндлеру. Диктатор сразу же понял, что от него хотят.

– Старое время? Вернем! Чем скорее, тем лучше. Конечно, прежде всего надо расколошматить памятники королей и императоров семитского происхождения. Потом возьмемся за азиатов и так далее.

Шиндлер начал с князя Авраама и кончил памятником императору Джинджершаху.

Прежде чем оживлять третий памятник. Вельзевул задумался не на шутку. Наконец он остановился у архиепископа Теофила Нерасторопного...

Его преосвященство пал ниц и долго молился. Затем, простирая руку, он благословил Фиферона, Шиндлера и Вельзевула.

– Я пойду впереди восставших с крестом в руке, и мы одержим победу! Но прежде чем мы примемся за свой святой труд, хорошо было бы сжечь на костре или разбить вдребезги памятники всех некрещеных и маловеров. Фиферон и Шиндлер, за мной, вы мне поможете!

Стук ударов, грохот разваливающихся памятников. Вельзевул в ярости скрежещет зубами, так что сыплются искры. Мне, роботу, становится страшновато, но я вспоминаю, что он не существует, и успокаиваюсь.

Три часа ночи. Всего осталось два памятника - царь Криколай Второй и принцесса Клотильда. Прежде всего Вельзевул чиркнул своим огнивом рядом с Криколаем - маленьким, тщедушным человечком и потом, поджав хвост, направился к принцессе Клотильде.

– Разрешите вас предупредить, господин нечистый, - шепнул Теофил, обращая взор к небу, - эта баба - воровка, она страдает клептоманией...

– Если нами будет командовать адское отродье, я умываю руки, - заявляет Криколай Второй.
– Уважаемые памятники, выберем другого главнокомандующего!

– Он должен быть святым человеком, - обращает взор к небу Теофил.

– Главнокомандующий должен быть высокого происхождения!
– блеет Криколай.

Шиндлер смотрит на него тусклым взором.

– А вы можете доказать, что ваши высокие предки - арийцы? Нет? Тогда заткнитесь, ваше величество!

– Не спорьте!
– потрясает бронзовым мечом Фиферон Толстый. Главнокомандующим будет самый сильный из нас!

Наступает тишина. Теофил Нерасторопный достает из кармана рясы фляжку с вином и возглашает:

– Да здравствует главнокомандующий! Подкрепитесь во славу божию!

Фиферон Толстый выпивает половину и подает Криколаю Второму.

– Ну-ка, клюкни и забудь своих ничтожных предков! Да передай Шиндлеру.

– За чистоту арийской расы!
– Шиндлер выпивает несколько глотков и вдруг начинает плеваться.
– Крысиный яд! К вину подмешан крысиный яд! Я узнаю его, я уже раз пил крысиный яд!

Всеобщее замешательство. Теофил Нерасторопный обращается в бегство, но Фиферон Толстый настигает его, хватает за ноги и с размаху трескает о пьедестал памятника Клотильде.

Четыре часа утра. Фиферон Толстый больше не дрыгает ногами. Из памятников осталась одна Клотильда. Она сидит в кустах акации на скамейке и утешает Вельзевула: