Чтение онлайн

Взгляд Александра выхватил, как недалеко на носилках уносили Ваньку Котлина, за ними еле поспевал санитар с капельницей. Какой-то врач в перепачканном кровью халате озабоченно подбежал и похлопал лежащего по бородатой щеке — тот не отреагировал. Доктор заволновался, но тут ему на плечо легла тяжёлая рука, раздался нервный голос Англичанина:

— Босс, погнали туда, там буча.

— Олли, я не… — начал он, но не договорил. Обернувшись, стратег увидел, как в центре поля брани кто-то, действительно, начинал распылять возмущение, собирая вокруг себя гурьбу, поэтому Доктор, поколебавшись, принял решение и устремился туда.

— В чём проблема, пацаны? — гаркнув грубым басом, влетел он в толпу, окружившую двух человек, и увидел ответ на свой вопрос.

Молодой парень, брызгая слюнями и отборным русским матом, запинывал юного немца лет пятнадцати, который съёжился на земле, обхватив голову руками. Парень не замечал никого и ничего вокруг до тех пор, пока ему не прилетела крепкая затрещина от Доктора. Ошалевший от крови, он кинулся было и на него, но моментально сбросил спесь, не столько из-за экспансивной позы Алекса, сколько благодаря стволу, который до сих пор тускло поблёскивал у того в руке.

— Стопарни, земеля!* (Остановись, земляк!) — как можно спокойней процедил Доктор, отступив на пару шагов назад.

— Чё? — ещё взвинченный от ярости тяжело задышал тот. — Ты чё, ваще?! Я чё, не имею права наказать немчуру? Я бился…

— Все бились, — перебил его Александр и широко расставил ноги. — Все вокруг тебя бились. А теперь объясним мне, ты кто такой, чтобы наказывать?

Оппонент сглотнул, заворожённо глядя на воронёный парабеллум и не зная, что сказать.

— Я кто? Я же русский, — замотал головой парень.

— Так и я тоже, — нахмурился Доктор. — Только скажи мне, пацанчик, с каких это пор русские лежачих запинывают, а?

— Да ты чё?! Эта сука землю будет грызть… — снова начал заводиться тот.

— Не надо мне тут гнать порожняк, малец! — повысил голос наш герой. — Дыши потише, будь пониже, когда с тобой старшие разговоры разговаривают. Ты мне на вопрос ответь, ты чё по жизни хочешь? Делить или умножать?

— Чёт я не совсем, это, догоняю…

— Ты за рога или за движение вперёд? А? За смерть или за жизнь, я тебя спрашиваю? — вдруг угрожающе повысил голос Александр и прижал левой рукой запястье правого, как бы предлагая себе выдохнуть и успокоиться. Их окружало множество людей, и все они невольно вздрогнули и переглянулись. — Мы их победили?

— Победили.

— Это правильно?

— Правильно! Но этот урод…

— Да наплевать мне! — завёлся Доктор. — Мы только что победили. Не нужно унижать человека дважды, не делай из него врага — делай друга.

— Из этой гниды — друга? Да я его, знаешь!.. — психанул парень со слезами в голосе, уже не в силах сдерживаться. — Он мне столько сделал говна, этот мелкий пидор, что я хочу ему всю еботину раскочевряжить, чтоб он кровякой землю залил! Ты пойми меня, мужик! Он мне жизнь сломал, тварь! Что мне его любить, что ли, прикажешь? Я ненавижу эту суку так, что могу голыми руками ему могилу выкопать!..

Парень осмелел, увидев, что позади него начала собираться горстка недовольных авторитаризмом возникшего из ниоткуда командира.

— Тогда бери лопату и копай сразу много могил! — гневно оборвал парня Доктор, взмахнув стволом. — Потому что месть приводит к войне, а война — к смертям, блять! К настоящим смертям вот этих вот людей, которые сейчас вокруг тебя стоят, — он показал на них всех ладонью. — Их тоже в землю закопают, а виноват будешь ты, понял? Лично!

Аргументы в речах Доктора и пистолет в его руке повлияли на мнение окруживших их людей, и недовольные начали рассасываться.

— Нож тебе в печень, ты и сам не вечен! — вдруг вставил стоявший Англичанин, которому наскучило слушать эту трепотню. Он выступил вперёд, как бы прикрывая Саню. — Не спорь лучше с Сашей Доктором, парень. Он знает, что говорит. И я знаю, что говорю.

— Спорить с хозяином Ганзы — вообще плохая затея! Лучше перестань жевать нам эту туфту, — добавил кроваво-красный Лойер, чтобы все стоявшие услышали и удивлённо запомнили нового авторитета.

— Саня, у тебя там всё нормально? — с толпой котлинцев подошёл Митяй. — Помочь чё?

— Не, Митяй, спасибо, брат! Вроде сами разобрались. Да ведь?

Доктор молча поглядел в глаза парню.

— Да? — переспросил хозяин Ганзы.

Тот затравленно кивнул и спиной отступил в толпу, а Доктор демонстративно убрал пистолет обратно в кобуру.

Инцидент вроде бы был исчерпан.

*

Разошлись небыстро. Какой-то шалопай подогнал на поле боя несколько пивных пятидесятилитровых пивных бочек, и пышные дамочки из местных биргартенов, волею судеб оказавшиеся в гуще события, причём в фирменной рабочей одежде (дело-то было днём), вскоре с привычными шуточками принялись разносить пиво. Какой-никакой, а первый контакт завязался. Русские были настроены миролюбиво, может быть, потому, что Митяй Котлин и все пацаны источали необычайное радушие.

Саша забыл рассказать старшему Котлину о том, что его сына увезли на скорой помощи, поэтому Митяй до самой ночи находился на поле брани — помогал раненым, пил пиво, смеялся с мужиками. Уже и бравые ахейцы в главе с Мироном уехали к себе, и даже Доктор умотал с пацанами домой, а Митяй не спешил уходить с побоища, окидывая его ясным взором и раз за разом спрашивая себя, почему, собственно, давно нельзя было этого сделать?

Что мешало ему, да и другим русским, набраться смелости и совершить то же самое раньше? Не было предводителя? Возможно. А сейчас, получается, есть? И кто же этот первый номер? Доктор? Но тогда он, Митяй, кто? А что это такое — быть во главе? Главный — это который? Тот, кто берёт на себя ответственность или тот, который знает, куда идти? Очень важный вопрос, ведь ответственности на себя Митяй Котлин мог взять столько, сколько у другого сил бы не хватило, а вот куда идти, он, увы, не знал. Да и сейчас не особо понимал, что нужно сделать, чтобы эта победа не стала окончательным поражением Ганзы. А это было важно, ведь триумфы приходят и уходят, а будни остаются.

Митяй Котлин был совершенно прав — время понеслось дальше уже на следующее утро. В первое время многие участники купались в лучах славы, когда союзная пресса ринулась собирать драгоценные свидетельства очевидцев и интервью. СМИ, КГБ и полиция принялись искать зачинщиков. Общественность была фраппировна.

Но уже через три дня новые события сменили общественный интерес, и публика переключилась на что-то другое. Тускнеющую информационную картину немного разбавил тот факт, что союзная полиция возбудила уголовное дело по факту массовой драки. А после этого публика навсегда утратила интерес к очередной заварушке в Ганзе.