Чтение онлайн

Почему-то дальнейшее пошло какими-то рывками, складывалось ощущение, что я будто бы пьяная или вообще под какими-то препаратами. Всё дёргалось, прыгало, звуки, то мельтешили, как на ускоренном прослушивании, то гудели и тянулись как при замедлении. Навалилась тяжесть и апатия, ноги и руки стали ватными, и итогом всего этого стало попадание в меня шарика плазмы, но взорвался он подобно фугасу от «МАКО», меня подбросило и я, словно листок дерева полетела по тоннелям и коридорам. Мимо застывших истуканами компаньонов, мимо капсул с лежащими колонистами. Прямо в распахнутый зев ворот ангара и дальше, мимо летающего мусора и обломков кораблей. В багровую тьму, прямо в её глубину. Меня кружило и несло, баюкая, словно в колыбели пока мрак совсем не сомкнулся надо мной. Стало тихо-тихо и сквозь тишину, доносился лишь звук, чьего-то дыхания. Я потянулась на этот звук и, открыла глаза.

Синий свет ночника, светлый потолок с двойной полосой и тяжесть на руке, будто на ней что-то лежит. Приподымаю голову и вижу чей-то затылок в обрамлении длинных тёмных волос. Пока не очень понятно, кто это, эмоции спящего не дают мне этого понять, вытягиваю руку из-под головы, провожу ладонью по её боковой части и чувствую под пальцами, мягкое, чуть заострённое на конце ушко.

— Тали! — Проплывает в мыслях, — Значит, я успела, и девчонок не зацепило. — Губы сами расплываются в улыбке, но, чувствуется какой-то дискомфорт. Поднимаю руку и рассматриваю её, на коже, почти от самой ладони идёт странная кривая сеточка. При движении она искажается, и рождает именно такое ощущение. Лёгкого дискомфорта, и как будто натянутости. Подношу руку ближе к глазам и вижу, что это шрамы, шрамы на коже.

— Некисло меня ошпарило, что аж регенератор не помог! — Шепчу я, чувствуя нарастающий зверский голод. Трогаю себя за лицо и под подушечками пальцев чувствую такие же шрамы, как и на руке, сеточкой паутинкой расходящиеся вокруг глаз, по лбу и по щекам. — Мля-я-я-я! Ну что я за чучело? Всю работу и старания Старины, насмарку. Тьфу!

Оглядываю лазарет, поражаясь удивительно чёткой видимой картиной. Всё вокруг настолько контрастно и ясно видимо, что я даже затрудняюсь ответить себе, видела ли я мир столь чётко в обеих своих жизнях. Сажусь на койке и ласково смотрю на подругу, которая сидя на кресле, сложилась на мою койку и сладко спит, чмокая во сне губами.

Глажу её по лицу, по волосам и тихо шепчу: — Тали! Ушастик! Проснись.

Веки подруги задрожали, она открыла глаза, проморгалась и, привстав на руках, посмотрела на меня. В её светло голубых, довольно ярко светящихся в полутьме глазах на миг мелькнул испуг, тут же сменившийся дикой радостью. Девчонка пискнув, обняла меня, сжала руками и разревелась. Так и сижу, поглаживая по волосам, плачущую подругу. Та пытается что-то мне сказать, но из-за всхлипываний совершенно не может связать слова и нормально их выговорить. Лишь минут через пять, окончательно проревевшись, Тали сказала:

— Я так рада, что ты живая, Женя. Как же ты нас всех опять напугала, бессовестная. И я, я опять тебе должна, о, Кила! Я просто не знаю, мой долг тебе стал совершенно невообразимым.

— Какие долги, между друзьями? Маленькая моя, ну о чём ты говоришь! Я делала лишь то, что должна была делать и сделала. Потери в экипаже есть?

— Теперь нет. — Ответила мне, глядя заплаканными глазами в лицо, моя маленькая ушастая подруга.

— Ну и прекрасно! Вот видишь, все живы и здоровы.

— Не совсем, у тебя пол тела, руки и лицо в шрамах. А ещё, тебе имплантировали новую сетчатку в глаза. Это ткани на основе волокон Торианина, их специально вырастили на всякий случай Генрих и Фридрих, ещё на Тиамарроне. А потом, как сказала мне Карин, коллекцию дополнил сам Старый корень, когда мы заходили на Ферос.

— То-то я видеть лучше стала! Так чего же печалится? Всё же просто ЗАЕБИСЬ! Опять легко отделалась, подумаешь шрамы, Ли меня любой примет, мне ведь не нужно производить на кого-то впечатление и в модельный бизнес я тоже не собираюсь, так что…

— Женя, там есть побочные эффекты.

— Какие?

— Ну, у тебя сейчас глаза как у кошки, светятся в отсветах, тусклым красным светом. Это выглядит довольно жутко и ещё, если ты используешь биотику, свечение может усилиться и даже шрамы станут светиться. — Шепчет кварианка.

Я тянусь к своей силе и вот она внутри меня, нервы гудят, рождая довольно приятные ощущения могущества и силы. В глазах всё становится ещё контрастнее и чётче, а Тали охает, с широко распахнутыми глазами глядя на меня.

— Ой, Женечшка! Жуть-то, какая! Ты сейчас как вампир из сказок про князя Дракулу.

— Ну-ка включай основной свет, зеркало в инструметроне, и подь сюды, любоваться будем. — Отвечаю я, подруга, похлопав глазами, хихикает и исполняет мою просьбу.

Ну, что сказать из зеркала на меня смотрела классическая рожица Шепард-ренегадины из третьей части игры. Шрамы, багровой паутиной вокруг глаз, которая сползает до кучи на шею и грудь с руками. И, самое главное светящиеся багровым светом глаза. Гашу биотику, свет гаснет, лишь тусклые отсветы где-то в самой глубине. Начинаю хихикать, потом хохотать в итоге ржу как лошадь, представив себе, какое впечатление буду производить на всяческих слабовольных и пугливых, а особенно на суеверных кретинов.

— А-а-а! Граф Дракула Задунайский! Может мне клыки вставить и идти в голо. Буду там вампиров играть, безо всякого грима и спецэффектов. — Говорю я сквозь смех.

— Тебя что, это совсем не расстроило?! — Удивлённо спросила Тали.

— Да ну, херня, Ушастик мой хороший, подумаешь. Зато представь, как можно всяких козлов отваживать, как глянул на него, так он и обосрался. Тишина и покой вокруг, что ещё надо для усталого Спектра. Да с ребятами в пугалки можно сыграть, то-то от девчонок визгу будет…

— Женя, ты серьёзно…?

— Хэ-хэ-хэ-хэ-хэ-хэ! — Ржу я, — а, ты как думаешь?

— Да ты опять прикалываешься! — Восклицает кварианка и наваливается на меня. — Опять твои шуточки!

И ржём вместе, как лошади икая и захлёбываясь. Пшикают двери и на пороге лазарета стоят Карин и Сьюзи, в длинных халатах и с улыбками смотрят на нас.

— Ну, в этот раз она хотя бы не пьёт. — Говорит док.

— Зато хохочет так, что того и гляди перебудит весь экипаж. — Вторит ей Сью.

— Подруги вы мои боевые, чтоб я без вас делала? Спасибо тебе док, ты опять меня отремонтировала. А где Миранда? Я хочу сказать и ей большущее спасибо.

Вся троица погрустнела.

— Что такое? — Забеспокоилась я. — С нею всё в порядке?

— Она «жива — здорова», только вот в Цербере бо-ольшие проблемы. — Говорит мне Сью. — С ними связался Призрак, и Миранда, вместе с Джейкобом отправились на крейсера Церберовцев. Организация раскололась на две неравных части и большая часть, охотится на меньшую. Во главе меньшей стоит Джек Харпер, большую же возглавляет несколько человек, но нам известно имя лишь одного, это «папашка» нашей Принцессы, Генри Лоусон. В Альянсе тоже не всё ладно, Восьмой и часть Девятого флота подняли мятеж, и ушли с баз, никто пока не знает куда. Но, по словам Джейкоба, скорее всего на объекты подконтрольные большей части Цербера. Так что, ребята перед уходом просили передать тебе всего самого наилучшего, скорейшего выздоровления и воссоединения с семьёй.