Путь страсти
Шрифт:
Шон поморщился. Худшего вожака, чем Уэйд, трудно было представить. Этот ублюдок старался соблюдать букву закона, однако при этом забывал о милосердии.
— Мне нужно вернуться. — Шон попытался встать, но со стоном упал на землю. — Черт!
— Ты ранен. Передохни немного.
— Ты вызвал помощь? Позвони Лайаму… Почему ты сразу ему не позвонил?
— Твой мобильник сломан. У меня нет телефона. У Глории тоже его не было. Мне хотелось поскорее отвезти тебя в безопасное место.
Глаза Шона сузились.
— Вот как? Тогда почему ты не отвез меня домой? Или к себе?
Уэйд отвел глаза в сторону.
— Там сейчас небезопасно. Я слышал, у вас там случилась драка.
— Что за драка? Это из-за Каллума?
— Думаю, да. Они напали на Лайама, когда он возвращался домой… после того, как он изолировал свою подругу.
«Изолировал свою подругу?» Интересно, что сказала бы Ким, услышав эту фразу.
— Тогда мне тем более нужно поскорее в город. — Шон снова попытался встать на ноги, однако был еще очень слаб. — Я очень признателен тебе, но, черт возьми, мы должны помочь Лайаму!
Уэйд не шелохнулся.
— Тебе туда нельзя. Подожди, пока все закончится.
— Как бы все ни закончилось, они нуждаются во мне.
— Нет. — В голосе Уэйда появились металлические нотки. — Ясно, что бастеты Каллума победят. Смирись с этим, Шон. С властью Морисси в нашем городе покончено.
— Ты уверен?
— Ты и твоя семейка проиграли, — равнодушно бросил Уэйд. — Впрочем, как и этот придурок Джаред. Зато я и остальные волколаки выиграли.
«Мать богиня, помоги нам!»
— Не валяй дурака! Кто бы ни победил, мы или дружки Каллума, бастеты достаточно сильны, чтобы порвать шайку зарвавшихся волколаков в клочья. — А уж он позаботится, чтобы победа осталась за Лайамом, — мысленно поклялся Шон.
— Нет. Забудь об этом. У Каллума есть преимущество, и благодаря ему он перебьет вас всех. Но победа эта куплена дорогой ценой.
— Дорогой ценой? О чем, ради всего святого, ты толкуешь?!
Уэйд, сообразив, что проговорился, мигом сделал невинное лицо. Однако Шон, воспользовавшись его минутным замешательством, схватил Уэйда за горло и сжал изо всех сил, стараясь не замечать боли в собственной руке.
Глаза у Уэйда вылезли из орбит.
— Шон, ради бога, я и…
Но Шон был неумолим.
— Говори, или я сверну тебе шею.
— Фэйри, — прохрипел Шон. — Каллум заключил сделку с кем-то из фэйри.
Шон слегка ослабил хватку.
— Что за сделка? Говори же, черт возьми!
Уэйд закашлялся.
— Я слышал, что фэйри пообещали ослабить магию ошейников, пока Каллум со своими дружками будут сражаться с Морисси, тем самым дав ему преимущество. А взамен Каллум поклялся помогать фэйри всем, чем можно.
«Вот дерьмо!»
— Помогать фэйри?! Ни один оборотень на это не пойдет!
Уэйд ухмыльнулся — что было непросто, учитывая, что Шон по-прежнему держал его за глотку.
— Выходит, моя разведка работает лучше твоей, Шон. Вы с Лайамом привыкли задирать нос — решили, никто не осмелится дать вам пинка под зад. Каллум действовал у вас за спиной — он договорился с фэйри, и теперь они надерут вам задницы.
Шон отшвырнул Уэйда в угол.
— Я убью его! — прохрипел он, пытаясь подняться на ноги.
— Тебе нужно только подождать, пока Каллуму придет время платить по счетам, — пробормотал Уэйд. — Фэйри заберут его и его дружков к себе, в свой мир, превратят их в своих рабов. И тогда в городе оборотней вновь станут править волколаки.
— Во главе с тобой, разумеется? У тебя мания величия, Уэйд. Эллисон никогда не пойдет за тобой. И Глория тоже.
— Вот как? Ты уверен? Вы ведь их в грош не ставите. Ты называешь Эллисона своим другом — а сам едва не убил его за то, что он танцевал с Андреа. Я собственными глазами это видел. Глория любит твоего отца — а он едва ее замечает. Думаю, Глория с Эллисоном, будут только рады отомстить Морисси.
Самое мерзкое, что в чем-то Уэйд был прав…
— Что же до твоей подружки-полукровки… — продолжал Уэйд. — Думаю, после того как я убью тебя, ее родичи-фэйри заберут ее с собой.
— Пошел ты! — Проклятие, почему его тело не слушается его?! Если бы не это, он бы свернул Уэйду шею и помчался к Андреа.
— Шон…
Слабый шепот из темноты. Шон напрягся — голос явно принадлежал женщине, но это была не Андреа.
— Глория?! — Шон обшарил взглядом пещеру. — Ты притащил сюда Глорию?
— Ее ранили люди — кто-то из приспешников Каллума. Один из моих следопытов наткнулся на нее и принес сюда, чтобы она могла умереть спокойно.
— Проклятие… почему ты нам не сказал?!
— А зачем? Вы же бастеты. А Глория — одна из нас, и к тому же член моей стаи. Так что я волен поступить с ней, как считаю нужным.
Подонок!
— Глория, где ты?
— Шон, — снова прошептала она. На этот раз голос звучал чуть слышно. — Не слушай этого ублюдка…
С глухо заколотившимся сердцем Шон обернулся к Уэйду:
— Почему ты хотя бы не отвез ее в больницу? О чем ты думал, черт тебя подери?!
— Я и близко не подпущу людей к членам моей стаи! К тому же она умирает. Оставь ее в покое.
Шон глухо зарычал. Собрав все свои силы, он заставил себя подняться на ноги, мимоходом отметив тревогу в глазах Уэйда. И это было здорово. Выходит, Уэйд до сих пор боялся его.
Спотыкаясь, Шон двинулся на голос Глории. Через минуту он наткнулся на нее — вернее, споткнулся об нее. Прищурившись, Шон с трудом различил в темноте распростертое в грязи тело.