Чтение онлайн

Лодка медленно набирала обороты, а я тем временем достал свой «Маузер». Покрутил в руках, снял с предохранителя. Надеюсь, что мне не придется его применять и я справлюсь лишь сновидческой магией.

— Дошли! — крикнул нам карлик. Михалыч отодвинул тент и вылез наружу. Он сразу же принялся ожесточенно спорить. Оказывается, что этот мелкаш не довез нас до нужного места, а решил сбросить раньше, и теперь он требовал дополнительную плату, на что Михалыч не был готов пойти. У него банально кончились монеты. Спор на палубе начал перерастать в скандал. Я тоже вылез из кабинки и строго посмотрел на карлика.

— Кончай дудонить, чувак, — сказал я, — гони лодку туда, куда сказали. Тут метров двести, не больше, а ты требуешь еще по монете за каждого.

— Мы договаривались до замка, а не за замок! — карлик схватился за голову и затопал ногами, — платите.

— То есть ты не хочешь договариваться миром, да? — уточнил я.

— Не хочу!

— Тогда поговори с мистером «Маузером». К сожалению, он не очень многословен. Инвалид. Ему на войне сильно досталось, плюс возраст, сам должен понимать, — я направил пистолет карлику в лицо, и тот мгновенно побледнел.

— Это не по правилам реки, — пробормотал он.

— Да в жопу ваши правила. Как будто, ты, сука, сам гребешь на этой лодке, веслом машешь, устаешь физически. Врубай мотор, и давай прокатимся еще триста метров. Затем мы спрыгнем прямо в воду и оставим тебя в покое. Ясно?

— Нехорошо это, — карлик взялся за штурвал, и лодочка поплыла дальше. Замок был слева, и мы начали его огибать. Несколько минут, и Михалыч кивнул мне — все, приехали.

— А споров-то было, — сказал я и посмотрел, как маг прыгает в темные воды реки. Прямо в шубе и шапке. Он придерживал ее рукой, поэтому она не всплыла на поверхность. Я позвал Оксану и нырнул сам. Вода показалась мне холодной, но я быстро привык. Я сразу отбросил любые мысли, что могу утонуть или задохнуться. Это сон, здесь вообще нет воздуха.

Впереди мелькали собачьи унты Михалыча, и я поплыл за ними. Это мой единственный ориентир. Вода здесь чертовски мутная. Вообще ничего толком не видно. Скоро показались каменные плиты и какие-то сооружения. А вот и нужная нам решетка. Открытая! Михалыч заплыл первым, а затем я. Оглянулся — Оксана плывет прямо за мной. Я опустился на дно и твердым шагом направился по узкому коридору. Уровень воды стал уменьшаться, а скоро и совсем стал мне по пояс.

— Дальше пойдут туннели, что ведут в казематы, — сказал Михалыч, — прошу вас вести себя потише. Местным хозяйкам могут не понравиться звуки, что мешают их песням.

Я кивнул головой, и мы пошли дальше. Каменный коридор петлял, но потом вывел нас в широкий зал с полукруглыми сводами. Света здесь почти не было, но он и не был нужен — я все видел хорошо и так.

— Стоп, — сказал я, — что-то не так.

Воды было по колено, но я отчетливо видел темные провалы в воде — ямы. Вот в них попадать не стоит. Это ловушки. Михалыч замер, стукнул себя по лбу и резко изменил маршрут. Молодец, второе зрение небось врубил. Теперь он четко видит эти ямы.

— Идем след в след, — сказал я Оксане, а затем услышал чей-то далекий чарующий голосок.

— Началось, — прошептал Михалыч и снова застыл, — слушайте, я дальше не пойду.

— Да чего ты так? — спросил я, подходя к нему.

— Слишком уж велико их искушение. Не пройти мне, как человеку благочестивому, под единым Богом ходящему. Не силен я перед этими исчадиями. Каюсь. Слаб.

Михалыч снял бумажную шляпу и протянул ее мне.

— Возьмите, вдруг она вам поможет.

— Кончай ломать комедию, дедуля, — Оксана недовольно подбоченилась, — ты привел нас сюда. Ты единственный кто знает дорогу. А теперь ты врубаешь заднюю. Что за фигня?

— Не пройду я, ребята. Не пройду. Знаю, чувствую.

— Зря, — я взял шапку и надел ее себе на голову.

— И унты возьмите. Сирены не любят собак, — дед начал быстро разуваться.

— Ты сам себе это в голову вдолбил, — сказал я, — тем самым похерил собственное намерение. Не по-магически это.

— Вы правы, Сергей Викторович. Правы. Только не надо меня на «слабо» брать. Не возьмусь. Идите. И простите меня, если что, — дед сунул мне в руку несколько своих святых штырей, — не обессудьте. Помог чем мог. Думал, что пройду. Хорохорился сам перед собой, но нет. Не смогу.

— Да не переживай ты так, — я убрал колья и надел унты. Ну и чучело из меня получилось небось.

— Бывайте, не поминайте лихом, — Михалыч отошел в сторонку и начал медленно таять в воздухе, — я подожду вас в машине. Если что — растолкаю.

— Давай уже, — недовольно шмыгнула носом Оксана.

Маг исчез, и мы остались с ведьмой одни.

— Трус и слабак. Зассал перед сиренами, — сказала она.

— А ты их видела?

— Нет.

— Вот и нечего его осуждать. Вдруг они — полный адок?

— Пошли и узнаем, — Оксана покачала головой.

Да, здесь она права. Мы осторожно обошли все ямы в зале и оказались в очередном коридоре. Он был еще ниже, поэтому нам пришлось пригнуться. Пение нарастало, но я не чувствовал никаких эффектов. Да, красивое. Да, мелодичное, но чего-то не хватает. Оксана тоже чувствовала себя нормально. Наверное, на женщин оно не действует.

Мы прошли еще немного, и коридор закончился. Очередной зал. Такой же широкий как предыдущий, только вот воды здесь почти нет и никаких ям. Я сразу заметил странный механизм с несколькими рубильниками, торчащий прямо из кирпичной стены. Массивный ржавый короб с зелеными ручками и кучей шестеренок.

Пение стало еще громче, но я лишь пожал плечами. Ну да, словно оперу слушаем, а дальше что?

— Иди к нам, — послышался тонкий чарующий голос откуда-то слева. Определенно женский.

— Ты слышала? — я повернулся к Оксане.

— Что? — не поняла та.

— Мы споем тебе песню, — продолжил голос.

— Да я и сам вам спеть могу! — с вызовом заявил я, — вы любите русский трэш? Или больше по хард-року?

Голос смолк. Я оглядывался, но ничего не видел. Второе зрение вообще ничего не показывало — лишь какие-то темные сгустки по углам зала. Наверное, там и сидят сирены. Прячутся.