Чтение онлайн

— Ничего себе я все пропустил! А кто счастливый избранник?

— Очень хороший человек, — проговорила Белая, наливая себе кофе из кофейника. — Генеральный директор известного благотворительного фонда « Город Детства», Гарри Поттер. Мы с ним уже все… косвенно знакомы…

— Слышал, — проговорил Майский, засовывая приглашение в карман кожаной куртки. — У меня туда дочь погибшего боевого товарища забрали… Мать ее умерла, а отца на задании убили… Я с ней созваниваюсь, говорит, что все супер, и она чувствует себя там как дома…

***

— Сергей! — Рогозина заулыбалась, увидя оперативника, — вновь в строю?

— Готов к труду и обороне… — шутливо отдал ей честь Майский.- Говорят, ты теперь почти что замужняя?..

Оба зашли к ней в кабинет. Рогозина в руках держала свою сумочку и два чехла с одеждой. Найдя место, она аккуратно повесила чехлы, чтобы те висели правильно, и платья в них не мялись.

— Как видишь, — кивнула она в их сторону, садясь за стол. — Валя тебе приглашение передала?

— Да.

— Я рада, что встретила такого вот мужчину, — проговорила неожиданно она и улыбнулась, — чуткого, любящего, заботливого… Кстати, — сменила она теплоту в голосе на сухую констатацию фактов, — за вами за всеми заедет автобус, и заберет прямо от станции метро… Единственное, о чем я прошу, не опаздывать…

***

— А почему именно здесь сбор? — спросил Тихонов переминаясь с ноги на ногу, и ежась в новом костюме. — Можно же поближе организовать…

— Тихонов, — проговорила Оксана, аккуратно поправляя красивое платье, — ты позже всех нас приехал, да еще и возникаешь…

— Галя и Гарри уже здесь, — проговорила Валентина, крепко держа девочек за руки; ее муж стоял чуть в стороне и разговаривал с курящим Котовым, — они в метро вместе с фотографом спустились… Они же прямо в метро, на этой станции, и познакомились… Даже попросили дежурить в этот же день ту же женщину, что была и тогда… Тут их памятное место… Нам, кстати, можно уже заходить… Автобусы поданы!

— Мы не опоздали? — раздался голос, и все радостно поздоровались и с Николаем Петровичем Кругловым, который шел со своей, теперь уже, молодой женой. По-видимому, Рогозина пригласила и его…

— Нет, Николай Петрович, — проговорила Белая, высовываюсь наполовину из окна автобуса и крича, — в автобусы можно заходить!

В основном, контингент был исключительно со стороны невесты. Со стороны жениха еще было никого не видно. Им подогнали два автобуса, которые были лишь скромно украшены бело-сине-красными ленточками и белыми шариками.

— Вон-вон они! — зашушукались гости. Захлопали и заулюлюкали.

Гарри, одетый в серебристо-серый костюм, с такими же перчатками на руках, в петлице был вставлен маленький букетик — ромашка, василек и веточка с березовым листиками, шел под руку с невестой. Галина Николаевна была одета в платье по фигуре из серебристо-стального шелка. На шее был явно надет натуральный, бешено дорогой морской жемчуг — ожерелье, в ушах были жемчужные сережки с бриллиантами. В руке очень милый букетик в русском духе. Их сопровождала девушка с разноцветными волосами с бейджиком «PRESS», с фотоаппаратом в руках, и приемный сын, Кваетус с белой тростью.

— Садимся в автобусы! — громогласно обратился к толпе гостей Гарри. — Нам пора на регистрацию!

***

В автобусе было чрезмерно весело. Жених и невеста сели вперед; позади них — девушка с разноцветными волосами и приемный сын Гарри. Напротив сели — Валентина Антонова с мужем; их дочери-близняшки, а затем почти что весь ФЭС в полном составе. Чтобы гости не начали отмечать прямо здесь, всем предложил выпить сока и воды. Со всех сторон звучали поздравления и пожелания. Все весело гомонили, рассказывали друг другу что-то, делились и смеялись в голос.

До ЗАГСа дорога всем не показалась долгой. Первыми вышли Гарри и Галина, затем Кваетус, которого вела девушка из прессы, и параллельно снимала все на камеру. Все как можно скорее пытались выскочить из автобусов, чтобы была возможность поправить галстуки, макияж, платья и пиджаки. Дамы моментально побежали в дамскую комнату и к зеркалам.

Гарри демонстративно обнимался с Галиной, чтобы их фотограф нащелкал лучшие кадры, а затем распечатал на память. А потом они уже пошли на регистрацию, где их ожидала еще одна часть гостей.

Прямо у дверей в зал Гарри на миг остановился, услыша знакомый окрик за спиной и, радостно взвизгнув, кинулся кому-то в объятия. Рогозина, чуть высунувшись из-за спины, разглядела незнакомца — седые волосы, спускавшиеся на плечи, изможденное морщинами лицо, но сияющие, лучистые карие глаза. Незнакомец был одет скромно, но со вкусом; все выдавало в нем иностранца.

— Галя, — лицо Гарри, и так светившееся сегодня от счастья, сияло еще ярче, — хочу тебя представить, это Римус Люпин, мой преподаватель… Тот самый, который меня вытащил… Remus, this is my fiancee, Galina Rogozina. — Обратился мужчина к нему.

— Very nice to meet you. — Сказал тот по-английски. — I’m glad — обратился он к Гарри, — that you almost forgot that all of us had to endure…

— Nice to meet you. *- Сказала женщина.

— The Luna! Come here, look who we have here! ** — крикнул Гарри фотографу, которая отвлеклась, снимая гостей.

Девушка, бросив снимать, так же, как и Гарри ранее, кинулась на шею Люпину. Очевидно, все трое очень хорошо друг друга знали…

— Дочка… Ты такая красивая!

— Папа! — моментально проговорила женщина, и горячо обняла своего отца, который едва ее узнал. — Я так рада тебя видеть!

Гарри, который куда-то ушел, возник прямо позади все и объявил:

— Сейчас все входим в зал!

***

Они с Галиной дождались, когда все чинно рассядутся. Мест хватило на всех — например, Рогозина различила сидящего на первом ряду слева генерала Султанова вместе с супругой, которые подъехали сюда на своем личном автотранспорте. Своего отца Рогозина и Поттер посадили рядом с Кваетусом, Люпином и Луной, как теперь узнала женщина, единственным близким человеком Гарри.

Они с Гарри, чинно прошагав до регистратора, встали, ожидая начала речи. Та, нараспев прочитав им все стандартное, осведомившись об их согласии — берет ли он ее в жены/супруги, и берет ли она его в мужья, объявила их мужем и женой. Они быстро надели друг на друга кольца — обычные, классические обручальные кольца (при этом Гарри пришлось снять перчатку, обнажив изуродованную руку), жадно прижались к друг другу и начали целоваться.