Чтение онлайн

Казалось, сестра прочитала ее мысли.

– Завтра мы ждем гостей к ужину, хотим отпраздновать окончание ремонта. Не терпится опробовать нашу столовую в деле!

У Лео упало сердце. Элли обожала большие компании, Лео же предпочитала проводить время в узком кругу. При одной мысли о многолюдном празднике ей становилось не по себе.

– Ой, Элли, прости меня. Заявилась без предупреждения, даже не позвонила. Ну ничего, если хочешь, я завтра уеду или побуду у себя в комнате, пока гости не разойдутся. Уж что-что, а сидеть тихо я умею, тебе ли не знать.

Элли улыбнулась. Казалось, она вот-вот обнимет сестру. Лео инстинктивно отпрянула, и в глазах Элли мелькнуло разочарование.

– Не говори глупостей, Лео. Никуда я тебя не отпущу, ты же только что приехала! А каких трудов стоило тебя сюда заманить… Оставайся сколько хочешь. И насчет гостей не беспокойся, еды на всех хватит, а еще к нам придет один мужчина. Не в том смысле, что только он один и придет, а в том, что он будет единственным, у кого нет пары. Вообще-то очень приятный человек, только что переехал в соседний дом. Семьи нет, холостяк. Между прочим, он полицейский, так что придется вести себя хорошо, – с улыбкой произнесла Элли. – Пойдем. Кухня теперь здесь, в старом амбаре. В общем, я получила кухню своей мечты, а Макс – домашний кинотеатр. Завтра он тебе сам его покажет, не хочу лишать мужа удовольствия.

В кухне витал слабый запах лука, и Лео убедила себя, что Элли плакала именно из-за него. Она почувствовала легкое разочарование из-за того, что не сможет провести выходные только с Максом, Элли и близняшками. Но праздник – хороший способ начать с чистого листа. В былые годы гостей в этом доме не созывали.

«До чего же она не вовремя!» – думала Элли. Она так долго ждала, чтобы Лео наконец переступила через все барьеры, из-за которых ни разу не приехала до и во время ремонта. Теперь сестра здесь, но Элли отчаянно жалела, что Лео угораздило объявиться именно сейчас.

Элли любила сестру, и страшные воспоминания Лео о жизни в старом доме почти заставили ее отказаться от переезда. Но почти – не совсем. Макс тоже был не в восторге, однако возражать не стал. Может, теперь ему просто было все равно, где они будут жить. В любом случае ни сестра, ни муж не пытались отговорить Элли. Оба понимали, почему это для нее так важно, хотя и считали, что затея не увенчается успехом.

Элли достала из ящика пару салфеток и столовые приборы и положила на поднос. Сегодня можно поужинать в гостиной, подальше от кухни и воспоминаний о неприятном звонке. И почему бы не открыть бутылку хорошего вина? В первый раз за всю свою взрослую жизнь Элли могла не тревожиться о деньгах, но счастья это не прибавляло. Наоборот, дела с каждым днем шли все хуже и хуже.

Новообретенным богатством они были обязаны маме. Горькая ирония чуть было не заставила Элли рассмеяться. С тех пор как много лет назад отец скрылся в неизвестном направлении, мама постоянно жаловалась на бедность, но по завещанию Элли перешел не только дом, но и приличная сумма денег, которые мама прятала бог знает сколько лет. Лео не досталось ни пенни.

Элли попыталась сосредоточиться. Лео спустится с минуты на минуту, надо держать себя в руках. Узнав, что приехала тетя, близнецы пришли в восторг. Надо думать, не заснут, пока Лео им сто сказок не расскажет. Циничная и суровая, в обществе племянников сестра преображалась, но сегодня Элли не могла заставить себя зайти в детскую. Иначе непременно расплакалась бы, и попробуй объясни, в чем причина.

Она подошла к холодильнику и открыла дверцу. Что бы подать к ужину? Можно паштет, хотя, конечно, он еще не совсем остыл. Или хумус, которым Элли кормила детей днем. Осталось не очень много, но им с Лео хватит.

И тут Элли охватил безотчетный страх. Она застыла, невидящим взглядом уставившись на полки холодильника. Казалось, ее обдало волной холодного воздуха. Теперь никто не мог заглянуть в кухню, но Элли чувствовала его присутствие. Наверняка он прячется в саду в сгущающихся сумерках. Элли почудилось, будто его взгляд способен проникнуть сквозь закрытые шторы. Элли почти не сомневалась, что стоит отдернуть их, и она увидит его лицо, вплотную прижатое к стеклу. Потом Элли оглянулась через плечо, почти не сомневаясь, что он притаился где-нибудь в темном углу.

Хватит выдумывать, сказала она себе. Немного успокоившись, снова принялась изучать содержимое холодильника. Так, сыр… Ну, сыра у них сколько угодно, специально закупила для намечающегося застолья. Почему бы не взять немного на ужин, завтра можно будет купить еще…

Выкладывая еду на тарелки, Элли ломала голову над затруднительным положением, в котором оказалась. Ну почему он не может смириться, что между ними все кончено? Больше всего на свете Элли хотелось избавиться от этого человека.

Конечно, Лео не откажется дать совет или помочь. Но все двадцать с лишним лет сестра пребывала в полной уверенности, что в любых обстоятельствах может положиться на Элли. Она была для Лео единственным человеком, достойным уважения, ни разу не совершившим ничего предосудительного. Элли просто не в состоянии была разрушить последнюю иллюзию младшей сестренки.

Поставив тарелки на поднос, Элли бросила последний нервный взгляд на задернутые шторы, выключила свет, растянула губы в улыбке и отправилась искать Лео.

Легли они поздно, и к тому времени Лео радовалась, что сумела побороть страхи и опять перешагнуть знакомый порог. Очень приятно снова встретиться с сестрой. Нужно было приехать гораздо раньше. Но Лео всегда предлагала встретиться в городе, Манчестере или Честере, или приглашала всю семью погостить у нее. Но сегодня Лео наконец-то это сделала. Она вступила в схватку с призраками прошлого и победила. Теперь оставалось только доказать, что она сможет спокойно спать в этом доме. Будем надеяться, тут поможет вино.

Лео ночевала в бывшей детской комнате Элли, а из крошечной каморки, где ютилась она, сделали смежную ванную. И здесь тоже все стало по-другому – старый дверной проем, выходящий в коридор, заделали, а новая дверь вела прямо из спальни в душевую. Современные белые вентили и душ особенно ярко смотрелись на фоне темно-серой плитки, а свет точечных светильников отражался в огромном зеркале, висевшем над раковиной. Ни малейшего следа страшных событий прошлого.

В детстве Лео было строжайше запрещено заходить в комнату сестры, хотя иногда девочки готовы были рискнуть и навлечь на себя гнев матери Элли. Но одно главное правило Лео никогда не нарушала – правило дружбы и поддержки. С той ночи, когда Элли осознала, что папа ушел навсегда, не сказав ни слова на прощание, она горевала одна, уединившись в своей комнате. Лео лежала в кровати, слушая доносившиеся из-за стены звуки рыданий. Она понимала, что должна как-то утешить сестру, но понятия не имела, как это сделать. Элли удивлялась, почему Лео восприняла новость с таким равнодушием, но за несколько дней, проведенных в этом доме, Лео, казалось, вовсе утратила способность чувствовать. Сколько одиноких ночей пришлось ей вынести с того дня, как Лео приехала сюда. В то время она тоже плакала перед сном, но папа ничего не делал, чтобы ей помочь. И с тех пор Лео ощущала к нему глубочайшее презрение, распространившееся на все человечество.