Чтение онлайн

– ФБР! – снова проорал человек с мегафоном, и Колдмун узнал голос агента Карраччи. – Все на пол! На пол, мать вашу! Быстрее! Держите руки на виду!

Одновременно с этими словами Пендергаст широко раскрыл дверь и прошел через ризницу в церковь. Колдмун не отставал. Обнаженные мужчины и женщины поспешили выполнить приказ и разлеглись на полу среди пятен крови. Агенты развернулись веером с оружием наготове, проверяя, все ли находящиеся в церкви безоружны и не собирается ли кто-нибудь оказать сопротивление.

– Чисто! – крикнул кто-то.

Много времени на обыск агентам не потребовалось. Пендергаст проводил их на кухню, где они конфисковали бутыль с кровью, а также маски, костюмы, капюшоны, чаши, фаллоимитаторы и прочий нелепый или даже непристойный хлам. Пендергаст наблюдал за ними, недовольно поджав губы.

Арестовывать никого не стали. Завершив обыск, агенты ФБР разрешили всем подняться на ноги. Потом под лучами фонариков, высвечивающих грузные тела пристыженных псевдодионисийцев, их выстроили в шеренгу и переписали данные. Для секты сатанистов они вели себя на удивление послушно: одни плакали от страха, другие умоляли не предавать огласке их имена. Только у доктора Кобба хватило духу заявить, что это была bona fide [24] религиозная церемония, что действия ФБР грубо попрали его свободу вероисповедания и что утром он первым делом позвонит своему адвокату. Его протесты нарочито оставили без внимания. Колдмун решил, что получил больше удовольствия от первой встречи с Коббом в музее, когда директор был полностью одет.

Наконец Карраччи коротко распорядился:

– Ладно, выметайтесь отсюда, к чертям собачьим!

В безумном порыве болтающихся грудей и подскакивающих мужских достоинств группа сектантов распалась на части, разбежалась по углам церкви, похватала одежду, а потом помчалась к машинам. Под визг шин парковочная площадка мгновенно опустела. После короткого совещания с Карраччи Пендергаст и Колдмун вышли из церкви через заднюю дверь.

– Плохо, что их не задержали, – сказал Колдмун.

– Только зря потратили бы время.

– В каком смысле? Вы думаете, дело уже раскрыто?

– Я могу думать что угодно, только не это, – ответил Пендергаст с вытянувшимся лицом. – Боюсь, что я крупно просчитался.

– Просчитался? Вы заметили татуировку, установили связь, нашли церковь. В моем понимании, это быстрый сбор информации, а не просчет.

– Слишком быстрый. Я не послушался собственного совета и начал рассуждать слишком рано.

Его слова показались Колдмуну смешными.

– Да ладно вам! Вы же видели эту кровь.

– Готов поставить любые деньги на то, что это кровь животных. Но важнее другое: увидев парковку с дорогими машинами и этот нелепый ритуал, я понял, что здесь совсем иная психодинамика. Дилетанты, играющие в сатанизм. Возможно, они и виновны в жестоком обращении с животными, но не в убийстве. Тот убийца или убийцы, которых мы ищем, действует более скрытно, чем эти… эти жалкие профаны в оккультизме.

Колдмун покачал головой. Дело так быстро переходило из раскрытого в тупиковое и обратно, что голова шла кругом.

– Мой друг, пусть это будет для вас уроком об опасности поспешных выводов, – продолжал Пендергаст. – Г. Л. Менкен [25] когда-то сказал: «У всякой проблемы всегда есть решение – простое, удобное и, конечно, ошибочное». Это решение было простым, удобным и ошибочным.

– Как скажете. И что нам теперь делать?

– Поищем ответ в каком-нибудь другом месте. Например, в комнате Эллерби.

Спустившись в подвал по истертым каменным ступеням, Пендергаст остановился и огляделся. Его глубоко разочаровал и вчерашний рейд, и собственная роль в нем, но он отбросил на время эти мысли.

В подвале «Чандлер-хауса» стоял характерный запах – запах времени, за неимением лучшего слова, и он очень заинтересовал Пендергаста. Пахло мокрым камнем и пылью с примесью горелой резины и едва уловимой нотки селитры, несомненно оставшейся с тех времен, когда в этом здании располагалась фабрика боеприпасов. Из пороха, свинца и латуни здесь делали патроны 54-го калибра для карабинов Шарпса, так любимых кавалерией конфедератов. «Как же оно вдохновляет, это подобное фуге слияние ощущений прошлого и настоящего!» – подумал Пендергаст.

Был там и еще один специфический запах – толченого грецкого ореха, свойственный токсину престрикурарину. Пендергаст остановился. Похоже, отель страдал от нашествия крыс, и против них применяли устаревшее средство. Этот дезинсектор был признан неэффективным много лет назад. Лишенные природой рвотного рефлекса, крысы побаиваются незнакомых запахов. Ну да ладно, крысы – не его забота.

От подвала так и веяло затхлостью и запустением. Ряд свисающих с проводов оголенных лампочек уходил вдаль, оставляя углы в полумраке. Даже от подножия лестницы Пендергаст видел, что подвал принял окончательный вид уже после завершения строительства дома: каменный пол то поднимался, то опускался, отмечая места дополнительных земляных работ. Помещения в темных углах были едва различимы: кладовые, заброшенная кухня, что-то вроде посудомойни. Дальнюю часть подвала обмотали желтой лентой и повесили предупреждающий знак: НЕНАДЕЖНАЯ КОНСТРУКЦИЯ.

Любитель древности в душе Пендергаста и дальше наслаждался бы изучением этой подземной твердыни, но он пришел сюда по другому делу – обследовать комнату прямо под лестницей в подвал, где Эллерби устроил себе кабинет.

Узнать ее было нетрудно по обшарпанной деревянной двери со вставкой из матового стекла. Пендергаст подергал ручку, но дверь оказалась заперта. Тогда он достал свой набор отмычек и одним быстрым движением гибких пальцев отпер ее без всякого шума.

Комната была маленькая, квадратной формы. У одной из ламп дневного света под потолком не работал дроссель. На длинном столе стояли в ряд три монитора и принтер. Экраны мониторов не светились, но подсоединенные к ним компьютеры были включены, хотя и находились в спящем режиме. На маленьком столе у стены напротив лежали стопки бумаг в папках разного цвета. Именно здесь покойный Патрик Эллерби и полуночничал, приторговывая акциями.

Закрывая за собой дверь, Пендергаст подумал, что «полуночничал» – неточное определение. Судя по словам служащих отеля, Эллерби приходил сюда и ночью и днем, когда как получится. И это странно. У большинства биржевых трейдеров четкое расписание.

Пендергаст уже осмотрел комнату Эллерби на третьем этаже отеля. Там не оказалось ничего необычного, предосудительного или особо интересного. Книги, журналы, одежда, электроника – типичная обстановка для холостяка средних лет. Полагаясь на те сведения, что сообщила ему Констанс, Пендергаст надеялся отыскать что-нибудь способное пролить свет на отношения Эллерби с владелицей отеля, престарелой затворницей, которая не желала говорить ни с кем, включая полицию. Но ничего похожего найти не удалось.

Конец ознакомительного фрагмента.