Чтение онлайн

Он так и лежал в постели. Ноги постепенно согрелись. Он глубоко вдыхал чистый, чудесный воздух, и на мгновение почувствовал себя ребенком в родительском доме.

В дверь легонько постучали, и в комнату вошла юная девушка с подносом в руках. Лишь один раз она бросила быстрый взгляд на Ривена, пожелав ему доброго утра, и вновь потупила взор. Ривен пожелал ей того же, опять очень болезненно осознавая свое обезображенное — в шрамах — лицо.

Она поставила поднос и занялась сервировкой стола к завтраку.

— Меня зовут Мадра, — застенчиво проговорила она. — Ратаган велел мне принести вам ваш завтрак сюда, сударь, а заодно справиться… — она невольно улыбнулась, — …не раздружилась ли голова ваша с желудком. Он просил передать, что вы найдете его в Зале приемов, если у вас будет настроение туда пойти. — Она качнула головой. — Вы поешьте, пока не остыло. — И ушла, прикрыв за собой дверь.

Ривен встал, быстро оделся, позавтракал — пахта и овсянка — и вышел из комнаты в коридор. А чем, интересно, сейчас занимается Байклин, спросил себя Ривен и вспомнил вдруг напряженный взгляд Мертаха и вчерашние его слова: «Это и есть из книги… из твоей книги».

Из моей книги. Что ж, может быть. Но есть еще кое-что.

Дворец представлял собой настоящий лабиринт извилистых коридоров, окон, арок и лестниц, расположенных в самых неожиданных местах, многочисленных дверей и глубоких ниш. По пути в Зал приемов Ривену встретилось несколько слуг — по крайней мере, он предположил, что то были слуги, — и один препоясанный синим кушаком страж, который пребывал в столь глубокой задумчивости, что вообще не заметил Ривена.

Когда Ривен уже начал думать, что он безнадежно потерялся, приветственный возглас возвестил о том, что он все-таки вышел в нужное место. В зале не было никого, только Ратаган и хрупкая седая дама, одетая в богатое платье из темной шерсти и со множеством колец на пальцах. Гигант сидел в кресле у очага с громадным кувшином пива и сосредоточенно строгал перочинным ножом какую-то палку. Тишину нарушал только стук дождевых капель об оконные стекла.

— Майкл Ривен! Мадра мне доложила, что ты жив и здоров, и даже неплохо себя чувствуешь в это дождливое утро. Я подумал, что ты, может, захочешь составить компанию бедному раненому.

Только теперь женщина искоса поглядела на Ривена. Глаза ее были темны и ясны, как у птицы, острые и проницательные настолько, что Ривен, наверное, почувствовал бы себя неуютно под взглядом этих пронзительных глаз, если бы приветливое выражение лица не сглаживало ощущение тревоги.

— В самом деле, — сказала женщина. — Так, значит, вот он — Сказитель из далекой земли из-за моря. — Ее голос был звонким, как у девушки. — Ратаган! Ты нас не представишь друг другу?

Похоже, просьба ее раздосадовала Ратагана.

— Разумеется. Вы, матушка, знаете, кто такой Майкл Ривен. — Он взмахнул здоровенной ручищей, при этом его перочинный ножик указал на Ривена. — А это леди Этирра, моя матушка.

Ривен неуклюже поклонился, не зная, что приличествует говорить или делать в такой ситуации. Дама чопорно кивнула, седые пряди контрастно выделялись в темных ее волосах.

— Я вас оставляю одних, — проговорила она. — Не сомневаюсь, вы с моим сыном прекрасно разберетесь тут и без меня. Может быть, Майкл Ривен, — незнакомое имя далось ей не без труда, — хотя бы вам удастся убедить моего неслуха в том, что ему надо ограничить эти вылазки по стране, когда он бродит по диким местам, в которых кишмя кишит дикое зверье. — С тем она и ушла. Длинные юбки ее прошелестели по каменному полу. На лице Ратагана отразилось явное облегчение. После ухода леди Этирры воцарилось молчание, тишину нарушал только шорох стружек, срезаемых перочинным ножиком.

Ривен уселся.

— А где все? — спросил он наконец. Ратаган легонько постукивал палочкой по ладони. Хмурые складки на лбу у него расправились.

— Вопрос непростой. Сегодня здесь охота, все пустились вдогонку за стаей гриффешей: ночью они совершили набег на стадо, и, говорят, ими предводительствовал Снежный Исполин. Сам я так думаю, все это фермерские бредни, у страха глаза велики, но они все равно устроили охоту. Байклин, Мертах, Данан и еще шесть стражей, и Льюб с Ордом от мирканов. Батюшка мой что только ни делает, чтобы утихомирить остальных пастухов. — Он вдруг с досадой ударил палкой о пол. — А мы вот с тобой торчим здесь. — Тут он развел руками. — И пропустим, сдается мне, все веселье. Единственное утешение, — Ратаган покосился на окно, — что они сейчас мокнут там под дождем. Гвилламон грозился, что прекратит снабжать меня свежим пивом, если я только высуну ногу за порог, а все в доме заняты каждый своими делами, так что мы с тобой предоставлены себе и должны сами себя развлекать.

Ривен был разочарован. Сегодня утром он надеялся поговорить с Байклином и, быть может, пройтись по Раларту.

— Кажется, Мертах меня недолюбливает, — сказал он словно бы между прочим.

Ратаган рассмеялся.

— Можно и так подумать. Но ты ошибаешься, Майкл Ривен. Не то, чтобы он недолюбливает тебя; ему просто очень не нравится мир, из которого ты пришел, и совсем не нравится мысль, что судьба его края оказалась в руках пришельца из того неприятного мира. Это несколько выбивает его из колеи. Мертах, он как кошка: ей нужно знать, куда она ставит лапы, — а ты вроде как нарыл на пути у него волчьих ям. И он себя чувствует неуверенно. Не удивительно, что бедняга не испытывает к тебе теплых чувств.

— Ну а ты… и все остальные, раз уж на то пошло? Может быть, весь Рорим втайне жаждет моей крови?

— Ты оказал нам плохую услугу, — ответил Ратаган. — Но что до меня, то я готов подставить плечо любому, лишь бы человек был хороший, неважно, держит ли он в руках судьбы мира или сгребает навоз. Если он хороший человек, то он так и будет хорошим, чем бы он там ни занимался. Так вот я думаю.

Что касается всех остальных из Рорима… мой друг, горничные и служанки буквально трепещут перед тобой в благоговейном страхе. Ведь ты у нас, — доблестный рыцарь с Острова Туманов. Нам с Мертахом так или иначе пришлось бы измыслить тебе некий титул, вот мы и возвели тебя в рыцарское достоинство. Во всяком случае, сегодня утром они чуть ли не передрались, пока спорили, кто понесет тебе завтрак, так что мне даже пришлось вмешаться. Я послал к тебе Мадру, она, пожалуй, самая хорошенькая из всех и в голове у нее не один только чертополох.

Они оба расхохотались, хотя Ривен даже вспомнить не мог, как она вообще выглядела, эта Мадра. Впрочем, голос ее он запомнил. Приятный такой грудной голос. И еще скупую улыбку.

— К тому же, — продолжал Ратаган, вновь принимаясь строгать свою палку, — ты здесь гость. Да еще приглашенный наследником Варбутта. В нашей земле гостеприимство — пусть и неписаный, но непреложный закон, не как в вашем мире, судя по рассказам Мертаха. Пока ты гостишь в этом доме, ты здесь вроде как член семьи. Точно так же, как я. — Он умолк и принялся тихонько насвистывать. Белые стружки падали на пол. Дождь барабанил в окно.

Вдруг Ратаган, отложив нож, вскочил, на удивление проворно, хотя пока еще опирался на палку.

— Пойдем, — сказал он. — Вижу я, ты не в том настроении, чтоб находить развлечение в добродушном подшучивании, Сказитель. Да и я, впрочем, тоже, я ведь еще не завтракал. Так что я предлагаю сейчас перебраться на кухню и немножко понадоедать Кольбану, а потом мы с тобой сядем у какого-нибудь окошка, где вид получше, и поглядим на Рорим под дождем. Что скажешь?

Ривен с готовностью согласился и поспешил вслед за Ратаганом. Ему вовсе не улыбалось сидеть в этом огромном пустынном зале, к тому же он все время нервничал, ожидая, что сейчас сюда войдет Варбутт.