Путь к себе
Шрифт:
– Вот и конец пути, - тихо обронила девушка, когда машина остановилась у одного их подъездов многоэтажного дома. Андрей вышел из машины и, обойдя ей сзади, открыл дверцу и помог выйти из машины девушке.
– Нам на восьмой этаж, милая, - Андрей достал из распахнутого багажника её чемоданчик и, подхватив Лику под руку, взглянул на Сашу.
– Поднимайся с нами!
– Спасибо, но я должен ехать, у меня ещё есть дела в городе, может, завтра заскочу к вечеру. А вам приятных минут общения!
– Саша, прощаясь, протянул руку Андрею, а затем, наклонившись к девушке, слегка коснулся щекой её щеки.
– Набери меня, перед тем как приехать и не забудь квартира шестьдесят восьмая, а номер телефона я записал тебе, - произнёс вслед другу Андрей.
– Я помню, - хлопнула дверца, тут же заурчал мотор, и машина медленно двинулась прочь от дома.
– Веди, Андрюшенька, промурлыкала, Лика и всем телом прижалась к нему.
Никого, не встретив в подъезде, они на лифте вознеслись на восьмой этаж, и Андрей, достав ключи, отворил дверь квартиры. Из проема двери стал распространяться лёгкий лавандовый запах. Уловив его, Лика прямо на пороге квартиры обвила руками шею Андрея и, заглянув в его глаза, прошептала.
– Моя любимая лаванда, ты не забыл этого милый мой, - её губы коснулись его губ и они слились в пьянящем поцелуе. Не разрывая губ, они протиснулись в квартиру, и Андрей локтем толкнул от себя дверь. Тихо щёлкнул замок, отрезая их от мира, и время изменило скорость своего хода в этом маленьком замкнутом пространстве.
* * *
После бурно проведённых вечера и половины ночи, отоспавшись и приняв душ, Лика и Андрей сидели в халатах за небольшим кухонным столом и с аппетитом поглощали приготовленный Ликой завтрак. На толстой силиконовой подставке стояла сковорода с жареным картофелем с шампиньонами, а рядом на широком и вытянутом в овал блюде красовалась яичница глазунья с помидорами. В глубокой миске был нарезан салат из томатов и огурчиков с луком и укропом, а рядом на блюде виднелась нарезка копчёной колбасы и твёрдого сыра. Чуть в стороне стоял небольшой стеклянный кувшин с томатным соком. Из транзисторного приёмника тихо лилась ненавязчивая музыка, создавая атмосферу уюта и лёгкой расслабленности.
– Вкусно?
– спросила Лика, глядя своими огромными зелёными глазами на жующего и уставившегося в окно Андрея.
– Очень вкусно, ты прекрасно готовишь и сервируешь, спасибо. Особенно тебе удался салат, приправленный морской солью и соевым соусом.
– Приятного аппетита, милый, - ответила Лика и, повернув голову, взглянула в окно. Наверное, будет дождь, смотри, как насупилось небо.
– Да, возможен и такой расклад, недаром вчера была такая жара и духота ночью. Если бы не душ, можно было бы сойти с ума.
– А мне ночью в твоих объятиях было тепло и уютно. От пота наших тел, я заводилась ещё больше, и когда он попадал мне на губы и язык доводил меня до неистовства. Но ты был каким-то отрешённым и как бы находился отдельно от меня. Что с тобой, Андрюша? Ты нездоров?
– Нет, что ты! То, что было со мной вчера прошло, не волнуйся. Просто непонятно почему я не нахожу себя места, меня что-то распирает изнутри, лихорадит и беспокоит. Я весь пропитан непонятной тревогой и никак не могу с этим совладать. Наверное, так себя чувствует преступник не успевший уйти вовремя с места преступления и вынужденный оставаться там, где царит следствие и дознание.
– Может у тебя неприятности на работе?
– с тревогой в голосе спросила Лика.
– Нет там как раз всё хорошо и даже идеально.
– А дома у тебя как, может ты поссорился с Мариной?
И как только отзвучало последнее слово Лики, голову Андрея снова пронзила молния острой боли, его тело сотрясли волны судорог, а лицо покрылось испариной. Схватившись руками за голову, Андрей наклонился к поверхности стола, и Лика услышала, как он застонал, явно сдерживая свой голос.
Лика вскочила со своего стула и, подскочив к Андрею, обхватила его голову своими ладонями, прижала к себе и испуганно прошептала.
– Андрюшенька, что с тобой, родненький?
– преодолевая его сопротивление, она повернула его голову лицом к себе и стала осыпать его поцелуями.
– Ты меня пугаешь!
В этот раз боль длилась немногим дольше и схлынула, как и вчера в саду так же внезапно, оставив после себя лишь следы в виде испарины на лице и дрожи в его руках. Андрей снял руки со стола и, обхватив Лику за пояс, уткнулся лицом в её грудь. Так они и застыли на какое-то время. Затем Андрей отстранился от девушки и, посмотрев ей в глаза, тихо произнёс.
– Понимаешь, вчера в саду у Саши у меня произошло переосмысление происходящего в моей жизни. Я увидел себя как бы со стороны и ужаснулся тому, что делаю...
– Что ты имеешь ввиду, Андрюшенька?
– взволнованно перебила Андрея Лика.
Андрей долго молчал, явно не решаясь сказать то, что уже сложилось и вызрело у него внутри. Затем преодолев себя, заговорил.
– Сейчас со мной произошло точно такое, как вчера в саду. Один в один! Вчера после этого потрясения мне как будь-то кто-то со стороны, стал показывать мою жизнь. Мысли появлялись в голове помимо моей воли. Они высветили передо мной Марину, и всё что нас связывало до встречи с тобой, с самого начала. Всё хорошее и светлое что наполняло нашу с ней жизнь. Нашу дружбу, первую влюбленность и вспыхнувшую любовь. Первый секс и первого ребёнка зачатого на природе. Одним словом это перевернуло мой внутренний мир, высветило истинные ценности и расставило в правильный ряд приоритеты в моей жизни...
– И как теперь выглядит этот ряд приоритетов, Андрюша?
– спросила Лика, закрывая глаза и опускаясь на стул. По щекам девушки покатились слёзы.
– Ты теперь укажешь мне на дверь?
– еле слышно прошептала она.
Андрей взял в руки её ладони, слегка сжал её пальчики и сказал.
– Раскрой глаза и посмотри на меня, - но Лика сидела как застывшая статуя.
– Пожалуйста, открой глаза и посмотри на меня, - веки Лики дрогнули, и на Андрея взглянула сама тёмно-зелёная бездна.
– Я догадываюсь, что ты скажешь, - прошептали дрожащие губы девушки.
Андрей глубоко вдохнул как перед погружением под воду и, глядя во влажные омуты Ликиных глаз, стал тихо говорить.
– Мне очень хорошо с тобой, нам очень хорошо вместе и этого не вычеркнуть из нашей реальности. Когда мы с тобой я забываю обо всём на свете, мир в цвете только там, где радом ты, он полон звуков и чудесных красок, он наполнен светом, негой и уютом. Он полон чувств наполненности и аккордами нашей близости, - Андрей замолчал на минуту, как бы собираясь с силами и мыслями, и продолжил.
– Но помнишь ли ты хотя бы один случай, когда кто-то из нас сказал хотя бы слово о любви. Ни ты, ни я, ни разу не произнесли слов "Я люблю тебя!". Почему? А мы вместе уже столько времени! Почему, Лика? Почему? Почему?