Чтение онлайн

Возможно, подумал Сарек, упрёк министра Т’Принг был справедлив, и я действительно слишком долго жил на Земле. С точки зрения других вулканцев я, несомненно, слишком долго жил в обществе землян; по крайней мере, в обществе одной землянки. Всё же я не представляю себе, как мог бы поступить иначе, и в конце нашей дискуссии даже остро отточенный, безупречно логичный ум Т’Принг признал справедливость моих доводов. Она поддержала меня.

Идя по улицам Сан-Франциско, он заново приноравливался к земной слабой силе тяжести и погоде. Туман стоял на улицах, окутывал знаменитый мост Голден-Гейт, тёк между холмами. Сарек плотнее запахнулся в плащ, отметив, что на плотной ткани собрались капельки влаги.

В здание Высшего Совета Федерации Сарек вошёл за несколько минут до того, как должно было начаться его выступление. В фойе навстречу ему заторопилась коммандер Кристина Чэпел.

– Сарек! Спасибо, что прилетели.

– Получив Ваше послание, я вылетел с Вулкана, как только смог. Результаты расследования по-прежнему свидетельствуют против Джима Кирка и его товарищей?

– Не в его пользу. И не в пользу никого из остальных. – Она не скрывала тревоги. – За свою карьеру он приобрёл много друзей. Но и врагов тоже. Многие – в том числе и в самой Федерации – будут рады, если его осудят.

– Но он спас жизнь Споку, а также и лейтенанту Саавик, – сказал Сарек. – Более того, он действовал по моему поручению. Нелогично наказывать его за это.

– Сэр, – заметила Чэпел, – Вы тоже нажили немало врагов.

– Это нелогично, – повторил Сарек. – Но это правда, – добавил он.

– Господин посол, Спок выздоровел?

– Он выздоравливает; однако, пережитое не прошло для него бесследно. Он изменился, но это Спок.

– Я очень рада, – сказала она.

Сарек последовал за Чэпел в неожиданный полумрак зала заседаний.

Резкий свет вспыхнул над рядами спускавшихся амфитеатром кресел, окрашивая одежду присутствующих в одинаковый красный цвет. Не только пол, но и сам воздух в зале содрогнулись от грохота. На голографическом экране перед сидящими видно было, как взрывается планета.

Громовой голос заполнил зал.

– Вся экспедиционная команда погибла в этой ловушке Федерации, а коммандер Крудж бы брошен умирать на гибнущей планете!

Изображение исчезло, и зал погрузился во тьму. Единственный луч света падал на место свидетеля, освещая гневное, с резкими чертами лицо Камарага, посла Клингонской империи в Объединённой Федерации Планет. Сареку уже доводилось встречаться с Камарагом, и он знал его, как упрямого оппонента.

На экране возникло изображение «Энтерпрайза» на фоне черноты, усеянной огоньками звёзд. Снова полыхнуло ослепительное пламя – взорвались перегруженные варп-двигатели. Рядом с Сареком коммандер Чэпел со свистом втянула в себя воздух. Прозрачное третье веко скользнуло на глаза Сарека, защищая их от яркого света, заставившего заморгать большинство из присутствующих. Когда зрение их прояснилось, они увидели то, что ещё раньше увидел Сарек – гибель «Энтерпрайза». Израненный корабль из последних сил сопротивлялся смерти, но тут раздался ещё один взрыв, и ещё, и корабль, сорвавшись в атмосферу, вспыхнул и исчез в пламени.

Чэпел отвернулась.

Как это похоже на землян, подумал Сарек, горевать о гибели корабля.

– Но одна ошибка способна разрушить самый хитроумный план, – продолжал Камараг. – В памяти нашего корабля сохранились все записи! Офицер Мальтц радировал их мне перед смертью. Действительно ли он покончил с собой, как утверждает Федерация? Или же кто-то счёл нужным убрать последнего свидетеля?

На экране возникло изображение небольшой группы землян. В центре находился Джеймс Кирк.

– Вот он! – вскричал Камараг. – Остановить изображение! Стоп!

Изображение замерло; Джеймс Кирк смотрел на гибнущий корабль.

– Смотрите, – произнёс Камараг тихим, угрожающим голосом. На высоком его лбу вздулись жилы; брови грозно хмурились над тёмными, глубоко посаженными глазами. – Вот главный виновник! Джеймс Т. Кирк, изменник и террорист. Он несёт ответственность за похищение клингонского корабля и убийство его команды. Но его истинный замысел ещё более преступен. Смотрите же, какова его настоящая цель!

Изображение исчезло, сменившись другим. Джеймс Кирк, в форме, спокойный, уверенный, смотрел с экрана в зал.

– Чтобы лучше понять, о чём я говорю, – говорил Кирк, – необходимо ознакомиться с параметрами прибора «Генезис».

На экране засветилась сложная диаграмма.

– Генезис вызывает распад молекулярной структуры материи не на атомы и даже не на элементарные частицы, а на субэлементарные частицы-волны.

Диаграмма превратилась в торпеду, которая понеслась сквозь пространство и упала на безводную планету. Вспыхнувшее на месте её падения пламя распространилось во все стороны, пока скалистая поверхность не исчезла под ним. Когда же оно погасло, камни и пыль стали водой, воздухом и плодородной землёй.

– Результаты полностью контролируются, – сказал Джим Кирк. – В результате этого испытания бесплодная планета стала миром с водой, атмосферой и функционирующей экосистемой, пригодной для существования большинства форм углеродной жизни.

Сарек знал о «Генезисе». Ему не требовалось смотреть демонстрацию. Вместо этого он стал наблюдать за присутствующими. Большинство из них знали о секретном проекте либо очень мало, либо вообще ничего. Теперь же одни из них откровенно выражали изумление, другие погрузились в глубокое раздумье – в зависимости от своих обычаев и характера.

– В то самое время, когда Федерация вела с нами мирные переговоры, Кирк в тайне разрабатывал торпеду «Генезис». Это новейшее оружие, замаскированное под гражданский проект, было изобретено любовницей Кирка и их сыном. И адмирал лично провёл испытание!

Камараг подождал, пока стихнет взволнованный шум в зале. Сарек собрался с силами. Голографический экран сжался и исчез. В зале зажёгся свет.

– Джеймс Кирк назвал результат этого ужасающего энергетического воздействия планетой Генезис. Циничная метафора! Это была не более и не менее как тайная база, с которой планировалось начать операцию по уничтожению клингонской расы! – Сделав паузу, чтобы его гнев мог подействовать на аудиторию, он горделиво выпрямился. – Мы требуем выдачи Кирка! Мы требуем справедливости.