Чтение онлайн

— Постойте! Подождите! — закричал Дэвид Купер со своего места.

Никто не желал его слушать.

Бросившись в гущу людей, сапожник пробирался к Энди.

— Отпусти его! Отпусти его! — повторял он снова и снова. Растолкав горожан, он схватил сына за руку, которая крепко сжимала горло Энди.

— Отпусти его, Джеймс!

Рыжий великан злобно зыркнул на того, кто осмелился требовать свободы для предателя. Сапожнику пришлось пустить в ход вторую руку, чтобы оторвать Джеймса от Энди.

— Я сказал, отпусти его! — прогремел Дэвид Купер.

Джеймс нехотя повиновался.

— Выслушайте меня! — обратился Дэвид к собравшимся. — Разве Энди Морган был бы здесь сейчас, если бы Кристофера Мэтьюза арестовали по его вине? Я вас спрашиваю?

Сапожник взывал к разуму горожан, и это им не понравилось. Люди не желали думать. Они хотели мстить. Они хотели действовать. Они хотели вернуть своего викария.

— Я сам поеду в Лондон, — объявил сапожник, — и возьму с собой Энди Моргана. Если он и вправду шпион, он знает, куда увезли Кристофера Мэтьюза. Я обещаю вам, мы вернемся вместе с викарием! А если я выясню, что этот юноша виновен в аресте моего друга, я сам убью его!

Люди хотели большего, но не знали, что еще они могут сделать. Было решено отправить депутацию к лорду Честерфилду, чтобы попросить его съездить в Лондон и помочь освободить викария.

Исчерпав свои скудные возможности, горожане, понурившись, покидали собрание, стараясь утешить друг друга.

Наспех собравшись, Дэвид Купер и Энди Морган отправились в Лондон. Они добрались до столицы за три дня. Кроме одежды и Библии Энди взял с собой дедову саблю на случай встречи с грабителями. У него мелькнула мысль, что она может пригодиться и в том случае, если дела пойдут не лучшим образом и ему придется защищаться от разбушевавшегося сапожника.

Когда они прибыли в Лондон, то узнали, что Мэтьюза держат в Тауэре. Можно сказать, что скромному викарию была оказана большая честь. Пока Купер хлопотал о свидании с заключенным, Энди отправился в резиденцию епископа просить его об освобождении Мэтьюза.

Толстяк повар очень обрадовался Энди и тут же проводил в библиотеку, хотя у Лода был посетитель. Войдя, молодой человек увидел, что епископ сидит в кресле с высокой спинкой в глубине комнаты, подперев рукой подбородок. Гость сидел точно в таком же кресле спиной к Энди. Когда епископ увидел вошедшего, он вскочил, не извинившись перед своим собеседником, и почти бегом поспешил к Энди навстречу. Не успев опомниться, юноша оказался в его объятиях.

— Эндрю, мальчик мой! Как я рад тебя видеть! — епископ сделал шаг назад и окинул его взглядом. — Ты до сих пор синий. Я все знаю. Настоящий храбрец! Господи, как же ты исхудал! Эй, повар, это нужно исправить!

— Сию минуту, сэр! — радостно ответил повар и направился прямиком на кухню.

— Входи же, входи! Мне не терпится узнать все о твоих приключениях в Эденфорде!

Энди знаком показал на посетителя, который сидел на том же месте, дожидаясь завершения трогательной сцены.

— Я могу зайти позже, когда вы освободитесь.

— Чепуха! Он в курсе всего, что произошло в Эденфорде. Очень хорошо, что вы оба здесь.

Обняв Энди за плечи, епископ подвел его к гостю.

— Вряд ли мне нужно представлять вас друг другу, — без умолку болтал епископ. Навстречу Энди из кресла поднялась высокая фигура. Посетитель был таким тощим, что напоминал чучело.

— Добро пожаловать в Лондон, господин Морган, — промолвил Эмброуз Дадли.

— Отличная работа! Просто великолепная! — нахваливал своих эденфордских агентов епископ Лод.

Все трое сидели кружком, глядя друг на друга. Эмброуз Дадли расплылся в самодовольной ухмылке. Епископ торжествовал победу и хотел насладиться ею вместе с ними.

— Эмброуз и я знакомы еще по Кембриджу, — объяснил Лод. — Прежде чем стать первоклассным шпионом, он был никуда не годным преподавателем античности. Это его первое задание. План мы разработали еще в Кембридже. Мы внедряли агентов в сомнительные городишки, зная, что уйдут годы на то, чтобы они стали уважаемыми гражданами.

— В других городах тоже работают ваши агенты? — спросил Энди.

— Еще четверо, — ответил епископ.

— Пятеро, — поправил его Дадли.

Епископ поднял глаза к потолку и начал загибать пальцы.

— Признаю свою ошибку. Действительно, пятеро.

— Но если у вас уже был агент в Эденфорде, зачем вы отправили туда меня?

Епископ немного нагнулся вперед.

— Это была моя идея. И она сработала, верно, Эмброуз? — Епископ похлопал Дадли по колену. Его приятель ухмыльнулся еще шире. — Я решил, что если мы сумеем внести в жизнь городка сумятицу, а потом бросим в эту неразбериху горячую головешку, это ускорит процесс. Так и вышло! Сначала я хотел послать туда Элиота, но у тебя получилось ничуть не хуже, а может быть, и лучше!

— Почему вы не сказали мне, что делает в Эденфорде Дадли? — спросил Энди.

— Ненужный риск, — ответил Дадли. — Я слишком долго работал, чтобы позволить тебе поставить мой труд под угрозу. Если бы ты потерпел неудачу, я продолжал бы свое дело, и в Эденфорде остался бы наш человек. — Дадли протянул руку и тоже дружески похлопал епископа по колену. — Я был довольно суров с этим юношей, — усмехнулся он.

— Да вы чуть не уничтожили меня! — возмутился Энди.

— Верно, — ответил Дадли, — и на то были свои причины. Если бы мне удалось скомпрометировать тебя, в глазах горожан я бы стал кем-то вроде пуританского крестоносца, и мне бы стали доверять еще больше. Но ты неплохо защищался, и это тоже пошло нам на пользу.

Битый час Дадли и епископ продолжали восторгаться друг другом. После этого Эмброуз Дадли откланялся. Он сказал, что ему не терпится вновь насладиться теми радостями, что дает жизнь в большом городе.

Когда Дадли ушел, епископ сказал, что он безмерно счастлив — ведь Энди не очень сильно пострадал во время происшествия в красильне.