Пупсик
Шрифт:
Я посмотрел на карету. Она меня не впечатлила. Вчерашняя, богато украшенная, на которой меня везли к Сороке, несомненно, была классом повыше. Эта же – какая-то потертая, слегка перекошенная. Через приоткрытую дверь я заметил в салоне кареты твердую деревянную лавку. При виде такого сомнительного удобства у меня заныл копчик. Надеюсь, ехать на этом средстве передвижения для жадных и бедных мне придется недолго.
Кучера на передке я не увидел.
– А… где она? – спросил я, указав на пустующие козлы.
– Лежит у порога твоей комнаты. Мы послали девчонку за тобой, но она не вернулась. А следом за ней потерялась и Астра.
– Где потерялась? – не понял я.
– Я поднималась посмотреть, что с ними случилось. Лежат! В твоей комнате. Обе. Да уж. Я не рискнула подходить близко: для троих там слишком мало места. Но, судя по храпу Астры, обе красавицы дрыхнут!
– Уснули? – переспросил я. – На пороге?
– А то! Не объяснишь, почему?
«Твоя ловушка работает», – сказал я.
«Ты сомневался, дубина? – ответил Ордош. – С какой стати они опять пытались к нам вломиться? В следующий раз после такого… у них и рога могут вырасти!»
– Не знаю… – сказал я. – Фикус?!
– Что? – спросила Гадюка.
– Фикус у меня зацвел. Купил его… недавно. А у них, наверное, на пыльцу аллергия.
– Что у них?
– На пыльцу а… неважно, – сказал я. – Сейчас поднимусь. Разбужу их. Вы со мной?
– Получится?
– Не переживайте, – сказал я. – Ничего плохого с Астрой не случится.
– Да уж. Эй, мелкая! – сказала Гадюка сопровождавшей меня девочке. – Присмотри за каретой.
***
Астра потерла затылок. Похоже, ударилась, когда попала в нашу ловушку.
«Само заживет, – ответил Ордош на мое предложение подлечить женщину. – В следующий раз подумает, прежде чем лезть к нам в комнату».
Ловушка колдуна сработала превосходно. Каждая из женщин успела сделать не больше пары шагов за порогом, прежде чем заклинание заставило их распластаться на полу.
Я нашел их спящими. Удивился тому, как громко храпит Астра. Ее храп я слышал еще на первом этаже. Да и там он не показался мне тихим. Если в этом мире не изобрели порошок от храпа, то на его продаже можно заработать большие деньги.
«Здесь много чего не изобрели, дубина, – сказал Ордош. – Ты хочешь заняться торговлей?»
«Ничем я не собираюсь заниматься. Отзанимался уже. Все. Вышел на пенсию. Буду спать, гулять и ловить рыбу».
«Слабо верится, что ты долго сможешь продержаться без работы и этих своих подхалимских поклонов… пенсионер».
Астра поморщилась, посмотрела на меня.
– Это… Пупсик! – сказала она. – Не х…хочешь, чтобы мы з…заходили к тебе в к…квартиру? Т…так бы и с…сказал. Зачем же сразу т…так-то?!
Гадюка заглянула в комнату. Переступить порог она не решилась. Вытянула тонкую шею, завертела головой, явно что-то разыскивая.
– А где цветок? – спросила она.
– Кто?
– Цветок. Где? Тот, который зацвел.
– Фикус? – сказал я. – Это… что, его нет?
– Да уж. Не вижу.
– Странно, – сказал я. – Даже не знаю… Дверь же была открыта! Сперли, наверное.
***
До места встречи с Сорокой добирались всего несколько минут. Проехали мимо библиотеки. Потом миновали пару кварталов, по которым я пока не ходил. Там, дальше, знаю, дворец герцогини – жилище моей жены и тещи, около которого я еще не был, но уже пометил в своих планах прогуляться к нему, полюбопытствовать, где обитают мои новые родственники. И взглянуть издали на Мужскую башню. Именно в ней бы я сейчас обитал, не случись того нападения на карету.
– Куда мы едем? – спросил я. – Далеко еще?
– В ресторан. Почти приехали.
– В какой ресторан?
– Он т…тебе п…понравится, – сказала Астра.
– У него нет официального названия, – сказала Гадюка. – В народе его прозвали «рестораном герцогини». А благородные именуют «закрытым клубом». Это место, где развлекаются представители высшего общества. Его посещают только самые влиятельные и богатые аристократы герцогства.
– Там вкусно кормят?
– Да уж. Наверное. Не была там ни разу.
– Почему? – спросил я. – Разве вам не хотелось побывать в этом заведении?
– Да уж. Я похожа на потомственного аристократа? Или на всесильного чиновника? Принца туда, возможно, впустили бы. Но Пупсик и я можем попасть в этот клуб только по приглашению кого-то из его членов. Вот такому.
Гадюка показала мне небольшую украшенную позолотой карточку. Я заметил на той сделанные чернилами от руки надписи и след печатки леди Сороки. Гадюка держала карточку бережно, двумя пальцами.
– Мне раньше не доводилось даже видеть такое приглашение, – сказала она. – Буду теперь хвастаться в ремесленных кварталах, что ужинала в клубе герцогини.
– Тебе н…не поверят.
– Но ведь ты… вы тоже благородная, госпожа Гадюка, – сказал я. – Если это заведение для благородных, то почему бы и вам не стать его завсегдатаем? Что еще для этого нужно?
Гадюка усмехнулась. Улыбка появилась и на обычно серьезном лице Астры.
– Да уж. Во-первых, мой титул, ненаследственный. Я его купила. Мы с девчонками спустили на него кучу золота. Так нужно было для нашей организации: чтобы получить привилегии… и прочие блага. А родилась я «растением». Елка, если еще ее помнишь, моя племянница – дочь покойной сестры. Ребенком я жила в рабочих кварталах. По мне это видно. Все никак не избавлюсь от прежних привычек. Да уж. Таких новоиспеченных «животных», как я, в том ресторане и благородными-то не считают.
– А во-вторых, – сказала Гадюка, – туда вхожи только самые-самые: самые знатные, богатые, влиятельные. Таких людей в нашем герцогстве полтора десятка всего, считая великую герцогиню.
– И ресторан работает для такой маленькой кучки народа? – удивился я.
– А то. Почему нет? Я слышала, что клуб финансируется напрямую из казны герцогства. Он государственное учреждение, как префектура и библиотека. Должны же где-то такие, как твои родственники, напиваться до поросячьего визга тайком от своих семей и рядовых подданных Великого Герцогства. Да уж. Ведь им тоже иногда хочется расслабиться.