Шрифт:
Боль, утолённое сознанье
Бурлящий шепот, день и ночь
Скрываясь в утреннем закате
Мы понимаем – нам бы прочь…
ПУЛЬС ВНУТРЕННЕГО МИРА
Шелест листвы под лапами собаки, осенний дождь, проехавшая машина, стук каблуков. Мышечная память не давала себя обмануть. Холод, ухо болело. Рука нащупала шершавую, твердую землю. Запахи вернулись. Грязь. Глаза еще не открыты, но это не ночь. Человек в костюме за несколько тысяч долларов и кашемировом пальто медленно поднялся с асфальта. Прохожие и машины просто обходили его. Возможно пьян. В центре самого дорого квартала Лондона таких как он было много.
Отряхиваясь нехотя, мужчина поднял голову, чтобы посмотреть на таблички с улицами. Его правая рука потянулась к ребру под пиджак. Перелом не наблюдался. Скорее ушиб, но дышать трудно. Почему?
Почему он тут? Улица подсказала ответ. Полицейская машина просквозила позади, за ней еще одна, и карета скорой помощи. Он развернулся и пошел в противоположную сторону, не оглядываясь.
Через час он уже был в аэропорту, без вещей, но с билетом и паспортом на имя человека, чье имя ему не было знакомо.
–
Прошу, мистер Карсон. «Какой-то багаж?» —
вежливо произнесла девушка из авиакомпании, протягивая посадочный талон.
Алан Карсон, так значилось в документе. Алан просто молча направился к досмотру. Сняв часы, ремень и уложив все на ленту, ботинки отдельно, он осмотрел очередь. Пальто уже было не с ним, пиджак был сложен так, что его бы не стали досматривать из-за странной нити пропущенной из одного рукава в другой через подкладку. В сложенном виде это было больше похоже на усиление контура пиджака. Все кроме маленького нюанса, нить из кевлара шла прям до титановой пуговицы на правом рукаве.
Конец ознакомительного фрагмента.