Птицы
Шрифт:
Пытаясь упорядочить мысли и загнать по спичечным коробкам в голове высунувшие свои уродливые носы страхи, Финч спустился на пятый этаж и увидел Арабеллу, неистово дергавшую цепочку звонка у его двери.
Девочка не могла понять, почему он ей не открывает. Услышав шаги за спиной, она обернулась.
– Ты куда это ходил? – прищурившись, спросила Арабелла.
Финч хмуро поглядел на нее.
– К мистеру Франки, – сказал он. – Я узнал ту пуговицу на клочке ткани. Это была пуговица с его шлафрока.
– Как ты мог?! – возмущенно воскликнула Арабелла.
– Что?
– Как ты мог пойти без меня?!
Финч промолчал. Пусть себе ругается, пусть выскажет все, что думает. Пусть бросается обвинениями и оскорблениями. Пусть…
– Что случилось? – неожиданно спросила Арабелла.
– Дедушка не вернется, – ответил Финч. – Понимаешь? Никогда не вернется…
Они зашли в квартиру Финча, и мальчик рассказал подруге все, что узнал у старого шпиона.
Арабелла слушала затаив дыхание.
Финч говорил, и с каждым словом его все сильнее затягивала апатия. Он чувствовал себя подавленным, раздавленным и растертым чьим-то громадным башмаком – его больше ничего не интересовало, все кругом будто утратило смысл.
Мальчик рассказал о чемоданчике с инструментами для пыток, о ручном винтокрыле, о тайне дома № 17, а еще о том, как престарелого бывшего шпиона перекосило от одного лишь упоминания имени Гелленкопф.
Арабелла не перебивала его и, когда он закончил, еще какое-то время сидела в тишине, что-то обдумывая. После чего, не говоря ни слова, встала с кресла и куда-то пошла. Затем она вернулась с башмаками Финча, его шапкой и пальто.
– Это еще что такое? – удивленно спросил Финч.
– Одевайся! – велела Арабелла. – Мы идем к мистеру Хэмму. Как и планировали.
– Я не хочу.
– А тебя никто не спрашивает, – категорично ответила девочка. – Ты втянул меня в это свое расследование. Мы стали искать твоего дедушку. И мы не прекратим, пока его не отыщем. Ясно?
– Как ты не понимаешь, дедушка уже…
– Не вернется, да, – жестоко ответила Арабелла. – Так сказали тебе твои глупые предчувствия и подтвердил спятивший старик. Очень умно. Знаешь ли, мистера Фо, сыщика из книги, не останавливали какие-то вредные мыслишки и свихнувшиеся соседи. Он доводил все свои расследования до конца. И ты, как всегда, все понял совершенно неправильно.
– Что я понял неправильно? – поджал губы Финч. Напор девочки его настолько смутил, что он даже забыл об уже начавшем обустраиваться в нем отчаянии.
– Ты последовал за уликой и выяснил много очень важных вещей, – пояснила Арабелла. – Теперь мы знаем, как твой дедушка ушел из дома, не попав на глаза миссис Поуп. А еще мы узнали, что в этом доме в каждой квартире кто-то пропал, как… как мой папа. Если верить мистеру Франки, само собой. И мы выясним, говорил ли он правду. Если да, может…
Арабелла замолчала, но Финч понял, что она имела в виду.
– Ты думаешь, что, раскрыв тайну нашего дома, мы отыщем еще и твоего…
– Не стоит раньше времени открывать бутылку «Фантига», – перебила девочка. – Так говорит мистер Фо. Это значит, что…
– Пока тайна не раскрыта, мы не должны радоваться?
– И надеяться на что-то. У нас есть план. – Арабелла достала из кармана маленький круглый сверток, из которого пахло рыбой. – Я все приготовила. Да и приманка уже лежит на своем месте. Так что ничего не откладывается и не отменяется. Уже почти все готово. А то, что ты выяснил… Как по мне, это очень неплохо для одного утра, не находишь?
– Да, – нехотя согласился Финч. – Очень неплохо, но зачем…
– Но ты такой дурак! – воскликнула Арабелла. – Только такой дурак, как ты, мог догадаться пойти в одиночку к человеку, который, скорее всего, подрался с твоим дедушкой перед тем, как он исчез! Это же было очень опасно! А что, если бы именно он был тем, кто похитил мистера Фергина?!
– Я ему сказал, что ты меня ждешь и что, если я не вернусь, ты позовешь констебля, так что он не может меня убить и спрятать мой труп под кровать.
– Ну… ну… – Арабелла с ходу не нашла, что на подобное ответить. – Это уже не так глупо. Но ты все равно очень наивный. Все как написала Фанни.
– Ничего я не наивный, – надулся Финч.
– Хорошо. Расскажешь о том, какой ты умный и дальновидный, по дороге к мистеру Хэмму. Одевайся!
И Финч, не в силах спорить со своим строгим воспитателем и угнетателем в веснушчатом лице одной рыжей курносой зазнайки, стал натягивать башмаки.
Когда они вышли из квартиры и двинулись вниз по лестнице, Финч уже чувствовал себя не так гадко и безысходно. «Она права, – думал он. – Мы не остановимся, пока не найдем дедушку. И пусть Человек в черном, таинственный мистер Гелленкопф и сам дедушка попробуют нам помешать!»
Они спустились на четвертый этаж. Арабелла приставила палец к губам и призвала Финча соблюдать тишину, словно до того он болтал без умолку. Она выглянула на площадку и на что-то указала ему. Это что-то лежало у порога двери квартиры № 8. Финч узнал свою «дохлую рыбу для Мо», которой вчера едва не лишился в «Фонаре констебля».
Он кивнул, и дети, проскочив этаж, ринулись вниз и не останавливались, пока не оказались у самого окошка консьержки.
Миссис Поуп не выносила детской беготни и мельтешения – в ее понимании, сама атмосфера дома № 17 должна была быть размеренной и неторопливой.
Консьержка клевала носом над вчерашним журналом. Мистер Поуп на своем стуле у лифта храпел и посвистывал, как дырявый чайник. Развалившаяся на стойке Мо, заметив детей, подняла правое веко и впилась в них взглядом лишь одного зеленого глаза – мол, чего надо?
Арабелла развернула сверток и, положив его на стойку, осторожно придвинула пальцем к Мо.
Миссис Поуп тут же ожидаемо сморщилась, разглядывая коричневый кругляш размером с детский кулачок.
– Гадость у моего окошка?! Это возмутительно!