Пси
Шрифт:
Старика на выходе из сквера ждала машина. Водитель предусмотрительно распахнул дверь перед начальником.
– Куда, Павел Степанович?
– Обратно, Максим.
Развалившись на заднем сиденье, старик унял дрожь в пальцах и вытащил телефон.
– Алло! Петр Арсенич, не побеспокоил? Как ты, будешь на юбилее? Ждем, очень ждем. Как обычно, да.
Он выслушал собеседника, качая головой и хмыкая.
– Распоряжусь, не волнуйся. Да, вот еще. Хотел тебя попросить: дай своим команду, пусть приглядят за моим племяшом. Да, тем самым. Поставь на него комиссара пожестче. Если дернется – обратно его, на зону. Хорошо? Ну вот и ладушки. Тогда ждем, до встречи.
Старик отключил телефон и полез в карман пиджака за таблетками. Страх и отвращение преследовали его с первого дня, как он узнал о психотах. Особенно нервировало, что одним из них оказался племянник. И было очень жаль, что этот выродок слишком похож на покойного брата, а сроки в ЛИМБе недостаточно длинные.
Домой Андрей возвращался в приподнятом настроении. Да, осадок от встречи остался. Он ждал вовсе не короткого разговора на лавочке. Но карман грел пухлый конверт, и Андрей уже прикидывал, на что его потратит. Как же хорошо, когда не надо думать, где взять самое необходимое!
Погруженный в приятные мысли, Андрей зашел во двор своего дома. Оказалось, судьба любит сшибать влет тех, кто слишком радуется. На лавочке у крыльца сидел полицейский. Страж порядка напоминал колобка – пухлый, с широким лоснящимся лицом и животом через ремень. Фуражку он снял и положил рядом с собой, блестя на солнце гладкой лысиной. В одной руке полицейский держал бумажный кулек, а другой брал оттуда семечки и, как автомат, кидал в рот. Под ногами уже скопилась целая горка черной шелухи. Добродушный толстяк заметил Андрея и впился взглядом, как ржавыми пыточными крюками.
– А вот и хозяин!
Толстяк даже не подумал встать. По-хозяйски махнул рукой, подзывая ближе.
– Жду, жду, а тебя все нет. Гуляешь? Хорошее дело, полезно.
– Чем обязан?
– Добрый денек, м-м-м-м, – полицейский задумался, вытащил телефон и сверился с записями, – Андрей Викторович. Это ведь ты? Извини, я по-соседски зашел. Вижу, обживаешься, решил заглянуть, представиться, так сказать. Тралов я, участковый.
Колобок вытащил бордовые корочки, помахал ими в воздухе и спрятал обратно.
– Очень приятно, – Андрей изобразил приторную улыбку.
– Мусор, смотрю, у тебя, – ткнул толстяк пальцем в кучу из пакетов с хламом, оставшимся от уборки, – на помойку около школы относи. Не рядом, зато бесплатно. А к соседям не кидай, не любит народ, когда в их баки чужие бросают. Ты себе тоже закажи, для удобства.
Андрей нервно кивнул. При чем тут мусор? Или соседи успели нажаловаться?
– Вижу, ты человек опытный, так сказать, битый жизнью. – Тралов неприятно рассмеялся. – Надеюсь, проблем с тобой не будет. Прошлые жильцы плохо тут прижились. Шумели, водили непонятно кого. Соседи постоянно жаловались. А с тобой все тихо будет. Да?
Полицейский раздражал своей болтовней и едким взглядом. Не колобок, как показалось вначале, а надутая бородавчатая жаба.
– Я понимаю, только откинулся, душа праздника хочет и все такое. Понимаю. Но чтобы без бузы. Усек?
На секунду Андрею показалось, что вокруг снова ЛИМБ. Сердце трепыхнулось испуганной птицей.
– Давай, покажи документы, и пойду я. Тебя отмечу и сразу дальше. Вас много, а я один.
Андрей достал справку и протянул незваному гостю.
– Ага, все правильно. Чистый Комитет о тебе сразу предупредил. Всех вас под колпаком держат. И правильно, погуляли уже. А я за тобой прослежу, чтобы не шалил. А то не дай бог, конечно, не явишься на очередной укол, а мне беспокойство, нервы. Почему не проследил. Так что учти – если что выкинешь, сразу в Комитет докладную. Понял?
Глаза-крюки впились глубже.
– Да.
– Вот и молодец.
Не торопясь, Тралов прошелся взглядом по справке. Сфотографировал телефоном.
– Держи свою бумажку, Андрей Викторович. Насчет уколов своих не забывай. Если что, я напомню, записал твой график.
Участковый встал. На голову ниже Андрея, полицейский смотрел на него сверху вниз.
– Будут проблемы – заходи. Я через три дома от тебя живу. Разберемся. Я всем помогаю, должность такая. Ну, давай.
Тралов выкатился со двора, оставив после себя горку шелухи, кислый запах и совершенно испорченное настроение.
В сарае Андрей нашел ржавый совок и лысый веник. С чувством гадливости смел шелуху от семечек и выбросил в мусорное ведро. Протер скамейку, где сидел участковый. Пошел в дом и на всякий случай спрятал на мансарде под половицей конверт с деньгами. Сварил кофе, включил телевизор и долго пялился в экран пустым взглядом, пока не поймал себя на том, что мысленно придумывает остроумные ответы дураку-участковому.
– Нафиг!
Он шлепнул по столу рукой и через силу улыбнулся.
– Вот еще из-за всякой ерунды расстраиваться. Дел по горло, а я дурью маюсь.
Андрей запер дом и пошел к автобусной остановке.
Серое уродливое здание с вывеской «Автосервис» все также портило городской пейзаж на пересечении Ленина и Крупской. Этот географический анекдот не рассмешил Андрея. Сейчас ему надо было настроиться, проявить твердость и получить свое.
– Доброго, – кивнул Андрей мастеру в грязном синем комбинезоне. – Саша Вершинин тут?
– Саныч? Ага, в кабинете, наверху.
Металлическую лестницу на второй этаж не красили последнюю тысячу лет. Андрей только раз взялся за перила и потом долго отряхивал красную ржавчину с ладони.
– Тук-тук! – Андрей заглянул в приоткрытую дверь с табличкой «Директор». – Можно?
– Да, входите. – Голос был знакомый, тонкий, с чуть визгливыми нотками.
– Привет!
В захламленном кабинете на продавленном диване валялся директор собственной персоной. Александр Вершинин, он же «Хорек», бывший однокурсник Андрея.
– Что надо?
Сашка даже не соизволил встать.
– Привет, говорю. Не узнал?
– А… Ты что ли, Андрюха? Выпустили? Ну, здоров. Какими судьбами?