Шрифт:
МАКСУД ИБРАГИМБЕКОВ
ПРЫЖОК В ВЫСОТУ
Это было до того неожиданно, что Эзра остановился у порога, не решаясь войти в лабораторию. В воздухе, на высоте двух ярдов от пола плавал, словно воздушный шар, тяжелый стальной сейф. Тот самый сейф, который с трудом внесли в лабораторию шесть дюжих грузчиков.
Эзра был уверен, что не спит, и поэтому не тратил времени на традиционные щипки и протирания глаз. Он просто попытался осмыслить то, что увидел. Влез на стол, ухватился за стальное дно и попытался стащить сейф на пол. Сейф не шелохнулся, правда, он двигался по горизонтали, словно на шарнирах, в любую сторону, но это было единственное, чего удалось добиться Эзре.
Неудача постигла его и когда он попытался приподнять сейф. Тщетно сейф не двигался.
– Перестань толкать его вверх, чудак! Начиная с этой точки, тебе надо преодолеть тяжесть в полторь^тысячи фунтов, - услышал Эзра голос Хевингема. Тот стоял и насмешливо смотрел на балансировавшего на краю стола тщедушного, нескладного парня.
Я ничего не понимаю, - сказал Эзра, недоуменно глядя то на висящий в воздухе сейф, то на Хевингема.
– Твоя откровенность умиляет, - усмехнулся Хевингем.
– Ты меня чертовски удивил бы, сказав, что тебе все понятно. Но ты все же слезь со стола, он неприспособлен для прогулок, даже имеющих чисто научную цель.
Эзра покорно спустился и помог Хевингему установить небольшую стремянку, принесенную из библиотеки.
Хевингем, поднявшись по стремянке, открыл дверцу сейфа и просунул руку внутрь. Что-то щелкнуло, и сейф плавно опустился на пол.
– Прямо не сейф, а геликоптер, - хмыкнул Эзра.
Хевингем взглянул на него.
– Похоже. Но геликоптер, неподвижно паря над землей, тратит горючее на включенный мотор, а мой сейф не нуждается ни в бензине, ни в моторе. Все дело вот в чем, - сказал Хевингем и достал из сейфа крошечный, величиной со спичечную коробку, прибор.
– Это - антигравитационный аппарат. При нажатии кнопки вокруг него создается антигравитационное поле, а земное притяжение сводится к нулю. А вот эти деления показывают, на какую высоту распространяется поле антигравитации. Сейчас прибор настроен на высоту двух ярдов. На этой высоте и находился сейф, который подталкивался изнутри моим аппаратом.
– А как сейф опустился?
– недоверчиво спросил Эзра.
– Когда нажимаешь кнопку вторично, аппарат медленно выключается.
– А это что за лежачая восьмерка?
– спросил Эзра, показав на непонятный ему знак на шкале с делениями.
– Бесконечность, - кратко сказал Хевингем.
– Установи на это деление стрелку, нажми кнопку-и аппарат устремится в бесконечность пространства.
Мозг Эзры лихорадочно работал.
– А если за него в это время держаться?
– осведомился он.
– Отправишься в мировое пространство, если не догадаешься вовремя разжать руки, - последовал ответ.
– Эту штуку вы сами придумали, сэр?
– почтительно спросил Эзра. При каждом посещении домашней лаборатории соседа, профессора Хевингема, он находил что-то новое, но это превосходило все до сих пор им виденное.
– Собственно, я продолжил то, что начали Ньютон, открывший закон всемирного тяготения, Эйлер и Эйнштейн, давшие новые данные о природе тяготения. И ныне во многих лабораториях ведется большая работа по созданию антигравитационного поля. Но исследователи идут по ошибочному пути,
– Вот поднимется шум, когда вы об этом расскажете! И денег, наверно, получите уйму.
– Нет, - грустно сказал Хевингем.
– Людям рано знать о моем изобретении.
– Рано?
– изумился Эзра.
– У меня был друг, его звали Энрико Ферми. Ты слышал о нем?
– Как же!
– сказал Эзра.
– Известный боксер-тп желовес.
– Нет, - усмехнулся Хевингем, - мой Энрико - его менее известный однофамилец. Так вот Ферми - это человек, который был первым на земле, кому удалось осуществить самоподдерживующуюся цепную реакцию.
Это один из физиков - создателей атомной бомбы. Его последние годы были омрачены мыслью о смерти тысяч людей. А мое изобретение в руках безумца или фанатика, каких немало у нас в правительстве, гибель для человечества. Нет, подождем до лучших времен.
– Наплюйте на человечество, сэр, - с жаром сказал Эзра.
– Поверьте мне, это миллионное дело. Неужели только мы вдвоем и знаем о вашем изобретении?
– вдруг спохватился Эзра.
– Вы, значит, доверяете только мне?
– Да.
– засмеялся профессор, твоя научная эрудиция позволяет мне это.
– Что же вы будете делать с аппаратом?
– Вот буду развлекаться фокусами.
– Эта штука поднимает любой вес?
– Да.
– На любую высоту?
– Я же тебе объяснял!-нетерпеливо сказал Хемингем.
Эзра о чем-то усиленно думал.
– Сэр, а нельзя ли ваш аппарат приспособить так, чтобы я с его помощью поднимал большие грузы? Может, повезет, устроюсь на работу грузчиком. А так, - Эзра грустно оглядел свои худые плечи, - со мной и разговаривать не хотят.
Хевингем пристально смотрел на Эзру. В его добрых глазах мелькнуло сострадание и грустная ирония.
– Подними руки, - он измерил расстояние от пола до поднятых кулаков Эзры.
– Ты не будешь грузчиком, ты станешь штангистом-профессионалом.
Я сделаю аппарат из двух блоков, чтобы ты мог носить его в виде браслетов. Только береги его от сотрясений. Пользоваться им я тебя научу, это совсем просто. Но запомни - ты будешь профессионалом, и только. Любительский спорт не для обмана.
Даешь слово?
– Обещаю, - торжественно сказал Эзра.
Через два дня Эзра отправился в Спорт-Палас. Огромный пустой зал был погружен в полумрак, и только посредине у освещенного помоста стояла группа людей.
– Я - Эзра Шелтон, - сказал он менаджеру О'Брейди, окруженному атлетически сложенными штангистами.
Исполины равнодушно оглядели Эзру.
– Мне не нужен массажист, - раздраженно сказал О'Брейди. Он был занят и не пытался это скрыть.
– Я штангист, - важно сказал Эзра, - пришел на пробу.
– Не дури, парень, - угрюмо сказал стоявший рядим штангист.
– Шеф сегодня не в духе, ему не до шуток. Убирайся подобру-поздорову.
– Но я действительно штангист, - упрямо повторил Эзра.
– Дайте мне возможность показать себя.