Шрифт:
Глава 1: Стеклянный теремок
Лето красное пропало, наступили холода.
Жук по имени Сержук ищет место, обходя
Тёплые дома попутно.
Через призму капель мутных,
Видит листьев океан.
Щас зима все взбаламутит!
Лучше в крохотной каюте,
Нежась в коечке уютной,
Переплыть сезон распутный!
Сквозь седой меридиан,
Всласть сопя теплом лоскутным…
Вот огромный тёплый дом.
Пахнет мёдом и конфеткой…
Главное – из дуба крепкого
В доме выложен паркет!
Под диваном – прям раздолье,
Мир чудесный пыли вольной
На коробке игр настольных.
Трещинки в полу заполнены:
Крошки, мелкий сор, иголки
С прошлогодней колкой ёлки….
Вижу маленький разлом
Между плинтусом и полом!
Вот, где проведу я зиму,
И мороз проскочит мимо!
Буду там неуязвим я!
Был готов Сержук к веселью,
Выдохнув, залезть в ущелье,
Крошкою отметить новоселье….
Вдруг засёк глаз тень, диваном скованную
И метелью серебристой окантованную.
Присмотрелся глаз жука, которому
От природы дар пожалован – на все четыре стороны
Видеть. Жук широким кругозором удостоен был!
Оказалось – теремок стоит в углу!
Глазу не поверил осмотрительный Сержук!
Отложить придется торжество и ужин,
Глаз-алмаз опять Сержуку нужен!
Ледяной как-будто это терем, стуженный….
А вокруг окна сверкает дюжина
Крупных перламутровых жемчужин!
Как же не растаял здесь у печки терем?
Должен был давно он превратиться в лужу!
Жук опять глаз выкатил наружу,
Тщательно объект подвергся измерению…
Тёплым оказался терем. Все проверено!
Хрупким и стеклянным…. С дверью!
Елочной игрушкой терем был потерянной!
В дверь стучит Сержук наш робко…
Тишина здесь неспроста!
Сдвинул жук тугую скобку,
Внутрь зашёл. Там – пустота!
Глазу не поверил снова:
Терем оказался правда пуст!
Нужно доверять (оптическим) приборам…
Дом без обитателей – сплошная грусть!
Опечалился Сержук, но очень скоро
Светлая печаль переросла в раздумье:
Почему живу всегда я под забором
Иль в дыре какой-то? Впредь не буду дурнем!
Буду жить теперь в хоромах!
В дом ничейный не вселиться – просто промах!
Быстро внёс Сержук пожитки в крошечной корзинке.
Было их не много:
Крошка хлеба да глаза на тоненькой пружинке,
В дверь едва протиснулись два рога…
Но зато внутри было просторно,
Хоть играй в пинг-понг.
Жить привык всегда я скромно,
Но мечтаю я залечь когда-нибудь в шезлонг!
А пока пойду найду себе постель я:
Лист сухой, а если повезёт – то лоскуток фланели,
Лепестки от поздней астры – идеальны для постели -
Только-только в осень облетели!
Наконец Сержук лежит в просторном тереме.
Простыни – из лепестков атласной астры…
Никогда не засыпал в цветах прелестных и пастельных,
Вместо одеяла – клёна лист ажурный, красный!
В сладкий сон Сержук блаженно погружась,
Произнес: «Мир полон неожиданных контрастов!»
В этот миг услышал жук какой-то звук звенящий,
Будто разбивается бокал…
Поспешил накинуть свой сюртук, на гвоздике висящий,
А стекольный перезвон не замолкал…
К звуку голос зычный прикрепился прочно:
«Кто же в тереме живёт здесь?»
Дама это оказалась – прям клубничка точно,
(По охвату в половину красного клубочка),
И зовёт она хозяина, пытаясь в дверь пролезть!
«Прекратите колотить, сейчас дверь разобьётся!
Что не видите? – стекло!»
«Ах! Усы какие! Вы похоже прям на полководца!
Как у Вас внутри там мило и светло!
Разрешите мне войти, я с чемоданом,
А зовут меня Божана по фамилии Коровкина.
Здесь ношу я всё моё приданое…
Да не бойтесь, я же не воровка!»
Как мог джентельмен Сержук с усами полководца
Отказать клубничной даме?
В дом вошла Божана, приготовьтесь: щас польётся
Ручеёк историй, что копились в голове её годами…
«Шла я сквозь овраг по бездорожью…
А у вас уютно так, тепло, просторно!
Знаете, ‘Божана’ значит, между прочим, ‘божья’,
Это имя древнее, славянские имеет корни!
Как устала я от всяких путешествий,
Хочется покоя и заботы…
Жизнь моя напоминает сумасшествие,
Но ужасно я боюсь любой работы.
Как Вам нравится мой красный плащ в горошек?
И подкладка, вот смотри, из чёрного шифона!
Я мечтала жить в огромном тереме с окошком…
Можно мне остаться за перегородкой из картона?»
Голова шла кругом у жука конкретно,
Но не мог же он сказать Божане «нет»?
Женщина-огонь враз может в доме стать источником пожара,
Но ведь и Сержуку этот дом достался, прямо скажем, даром…