Пройдоха
Шрифт:
– Насколько я понимаю, их семейная жизнь была совсем не безоблачной.
– Но это не дает мужу права говорить о жене всякие пакости. Ведь он давал слово любить и защищать ее. Иногда меня воротит от мужчин.
– Однако давай выясним: почему тебя так интересовало замужество Берты Кул?
– Что ты имеешь в виду?
– Мне показалось, что ты проявила необычайный интерес.
– Было любопытно слушать ее.
– Очевидно, особенно тому, кто хочет вступить в брак?
– Или хочет избежать его, – заметила Альма с улыбкой.
– И ты именно это и делаешь?
Она кивнула.
– Хочешь рассказать?
Она замялась, потом сказала:
– Нет, Дональд, лучше не надо, по крайней мере сейчас.
– Так он что, из Канзас-Сити?
– Да, он из тех безумных ревнивцев, которым всегда нужна причина, чтобы назюзюкаться и потом бить все подряд.
– Да не возись ты с ним. Я таких хорошо знаю, – начал рассуждать я, – все они одинаковы. Они страстно хотят владеть телом и душой женщины. Он, наверное, говорил тебе, что ревнует только потому, что у него нет законных прав любить тебя, как он хотел бы? Будь ты его женой, этого бы не было, все было бы в порядке, а из-за того, что ты ему отказываешь, он напьется, устроит сцену, побьет стекла и…
– Такое впечатление, что ты его лично знаешь.
– Нет, не лично, но как тип мужчины.
– И ты советуешь отказаться от него?
– Без всякого сомнения. Когда мужчина не может быть мужчиной и подавлять свои недостатки, такой мужчина пытается самоутвердиться битьем посуды. От него бежать надо.
– Он любил разбивать рюмки в баре, – заметила она.
– Так ты не хочешь выйти за него замуж?
– Нет.
– И он в Канзас-Сити?
– Да, то есть был там, когда я уехала оттуда. Знай он, что я здесь, то заявился бы.
– И затем?
– Не знаю. Опять бил бы посуду, наверное!
– Такие мужчины никуда не годятся. Они пойдут на что угодно, лишь бы утвердить себя.
– Знаю. О таких каждый день читаешь в газетах. Это они находят ушедших жен, убивают их и затем… как окончательное проявление своеволия и ничтожества кончают с собой. Я это ненавижу и боюсь этого.
Я посмотрел на нее внимательно.
– И потому хочешь иметь пистолет?
Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала:
– Да.
– Хочешь купить пистолет?
– Конечно.
– Деньги есть?
– Да.
– Это будет стоить долларов двадцать пять.
Альма открыла ридикюль и дала мне деньги.
– Но не сейчас: мы должны следить за Дерк. Интересно, почему Биэлти так уверен, что она пойдет куда-то, чтобы связаться с Морганом? Неужели она не может воспользоваться телефоном?
– Наверное, прослушивается?
– Нет, полиция ничего о ней не знает, иначе бы они следили за ней.
– Может быть, она думает, что телефон прослушивается? Или Морган так думает?
– Не логично. Но бывает… Да вот она идет.
Салли Дерк вышла из дому с дорожной сумкой в руках. Она была одета в роскошный голубой костюм: юбка по моде короткая, а ножки привлекательные. Голову украшала надетая набекрень голубая шапочка с бархатным бантиком. На фоне голубого ее белесые волосы казались золотистыми.
– Почему ты думаешь, что она красит волосы? – спросила Альма, нажимая на педаль.
– Да есть нечто в оттенках цвета.
– Отсюда она кажется естественной блондинкой. Красивая.
– Не буду спорить с экспертом в вопросах женской красоты. Пожалуйста, не слишком быстро, она направляется в сторону бульвара. Пусть она отойдет достаточно далеко, чтобы, оглянувшись, не увидела, как мы ползем за ней.
– Я бы вышла из машины и посмотрела, куда она идет.
– Не стоит. Хочешь, чтобы я вел машину?
– Ой, пожалуйста. Я очень волнуюсь.
– Хорошо. Приподнимись, а я подлезу под тебя.
Мы так и сделали, я перевел рычаг на первую скорость и медленно тронулся вдоль тротуара.
Салли Дерк дошла до угла и остановила такси. Я увеличил скорость и завернул за угол, чтобы следовать за ней. Затем я замедлил ход, чтобы Салли не заметила нас через заднее стекло. Но она не обернулась. Ее голова была хорошо видна, и смотрела она только вперед.
– Порядочек, – сказал я и приблизился к такси, которое вовсе не старалось оторваться от кого-либо.
Доехав до Шестнадцатой улицы, такси повернуло налево и остановилось у гостиницы Перкинса. Припарковаться мне было негде, и я сказал Альме:
– Вот сейчас ты поможешь мне. Сядь за руль и поезжай вокруг гостиницы. Я тем временем заскочу туда, чтобы узнать, какой номер она себе закажет. Конечно, буду стараться, чтобы она не узрела меня.
– Послушай, – сказала Альма просяще, – я тоже хочу участвовать.
– Да ты и участвуешь.
– Не так. Я хочу знать все, что происходит. А что ты собираешься делать?
– Узнать, какой ее номер, и самому получить номер напротив.
– Я хочу быть с тобой.
– Извини, но не выйдет. В гостиницах такого класса не принято, чтобы мужчина приводил женщину к себе в номер. Тебя могут начать шантажировать и…
– Ладно, запишемся как муж и жена. Только под какой фамилией?
– Под фамилией Дональд Хелфорт.
– Хорошо, я буду миссис Хелфорт, присоединюсь попозже, начинай.
Я вошел в гостиницу. Салли Дерк не было видно. Я попросил портье вызвать администратора.
– Две минуты назад сюда вошла блондинка в голубом костюме, – начал я. – Я хочу знать, под какой фамилией она записалась. Какой номер получила и какие номера поблизости свободны. Я бы хотел получить номер напротив.
– В чем дело?