Чтение онлайн

– М-да... в этом есть своя логика. Учитывая, что гений и злодейство несовместимы, в этом есть довольно интересная логика.

– Ерунда!

– Что «ерунда»?

– Про «гений и злодейство». Как бездарность сможет оценить, злодейство совершил гений, или наоборот? Никак! Бездарности не дано! Да что там гений, просто одаренный человек имеет право на... на... Вы ведь меня понимаете, да? Да ведь?.. Вот, например, все знают присказку: «истина в вине». В чем смысл присказки? В том, что пьяный несдержан в словах и легко может выболтать свои истинные помыслы. А как переиначили эту присказку люмпены? Пей, мол, и это есть истинно достойное занятие. У каждой медали две стороны, вы ведь меня понимаете? Да ведь?

– Не совсем, но у нас еще будет время поговорить. Сколько тебе поставили за реферат, милая?

– Тройку. Закончив Институт, я...

– Прости, перебью тебя. Где ты училась?

– В Институте Искусств, в Женеве, на факультете графики.

– Ты рисуешь?

– С детства, но... Как бы обьяснить... Я разлюбила рисование. Учеба отбила у меня всякую к нему охоту... Так вот, закончив Институт, я чистила комп и наткнулась на файл с тем рефератом. Сама не знаю, зачем я опубликовала текст в Сети. Его приняли к публикации без всяких вопросов.

– Текст прошел сетевую цензуру? Хм-м, кто-то из Комитета по Цензуре явно обеднел на весомый штраф и лишился места. Откликов пришло много?

– Полно разных, но, в основном, от интернационалистов и шовинистов. Первые писали, что природа-дальтоник, она наделяет людей талантами, вне зависимости от цвета кожи, и с ними я согласна, а расисты и шовинисты приводили статистику, что...

– Светка! – не дал закончить предложение окрик Любаши. – Кончай молоть языком! Айда, ко мне! В здоровом теле здоровый дух! Айда, подруга!

Любаша жизнерадостно крутила педали велоэргометра в относительном далеке от пятачка диванов и кресел. Любаша не слушала диалог Розы с новенькой и не пыталась прислушиваться, она вгоняла себя в пот так азартно и заразительно, что, взглянув на «подругу», Сюзанне тоже сразу же захотелось ощутить все радости сладких мук от работы молодых мускулов.

– Иди, девочка, – Роза встала с дивана. – Иди к ней. А я пойду, загляну в библиотеку, вон там у нас, за вон той ширмой библиотечный терминал. Загляну, посмотрю, что новенького поступило и, если ничего интересного, схожу во-он туда, там у нас келья для геймов. Без выхода в Сеть, образца «солитер», однако с игрушками на любой вкус. Иди, дай мозгам отдохнуть. В два часа займемся обедом, а потом снова поговорим, если захочешь... Ах, о чем я?!. Конечно, захочешь! Ты, девочка-умница, и слушать умеешь, и тебе есть, что сказать. Ты редкая девочка, Сью, я жутко рада, что тебя к нам подселили.

Я здесь месяц. Всего месяц. Не «целый месяц», а «всего». Между «целым» и «всего» большущая разница...

Мне хорошо здесь...

Они обе просто замечательные! Они меня понимают во всем, и, кажется, я их тоже. Они никогда не шепчутся у меня за спиной. Знаете, как это бывает у женщин? Так вот, у нас такого никогда не бывает! Вот!..

Они не навязываются, когда меня тянет, допустим, в одиночку подняться на крышу. Редко, но случается, что и в период с 10 до 18 мне охота побыть одной. Недолго. Иногда минуты, однажды я наслаждалась меланхолией часа два, как-то уединилась в кабинете для геймов, уже не помню на сколько. Вообще-то я не фанатка геймов, а для чтения есть время с 18 до 10. Одиночества с 18 до 10 вообще-то мне вполне хватает...

Я сама удивлена, что мне вполне хватает двух каналов ти-ви. Я настроила принт ти-ви распечатывать по понедельникам программы фильмов и передач «Семейного», смотрю только то, что нравится, а такого не так уж много, но зато предвкушаешь, ждешь, и смотрится с удовольствием...

Я привыкла к большему комфорту во всем, это бесспорно, но и в ограничениях есть, оказывается, своя прелесть. Я впервые начала понимать адептов садо-мазо...

Они обе так уверены, что мы здесь не навсегда, так уверены, что поневоле перестаешь тяготиться заключением. Хочешь не хочешь, а подсознательно веришь, что когда-нибудь эти дни вспомнятся со сладким привкусом грусти, с ностальгией. Они обе заразили меня уверенностью, что нас амнистируют, как заражают болезнью, как каким-нибудь вирусом.

Вирус их непоколебимой уверенности проник в мое подсознание и поселился в душе. Лишь мой строптивый разум все еще сопротивляется, и мы спорим.

Наши споры напоминают диспуты древних философов. Они ничуть меня не тяготят, после них не болит голова, во время них не тянет зевнуть. Пир разумов, разврат интеллектов, кайф. Я частенько с 18 до 10 готовлюсь к дневным пикировкам. От нашего затянувшегося на дни большого спора, разбитого хаотично на множество мелких раундов, я получаю огромное удовольствие, несмотря на то, что потихонечку, день ото дня, проигрываю.

Окончательно проиграть, в пух и прах, уяснить еще и умом, что Свобода, что амнистия неминуемы, будет великолепно, это будет небывалый оргазм, высшее наслаждение...

Адептов садо-мазо я понимаю все больше и глубже, с каждым днем...

Мне хорошо здесь...

Кто бы мог подумать?..

Они замечательные!..

Я их люблю!

Ложка дегтя в океане меда.

Нет, не ложка, а целый ковш.

Нет, поток дегтя.

Черный деготь подозрений копится в моей душе, проникает в мозг, заставляет думать и... И притворяться...

Я выросла без отца, без матери. Только нянька любила меня по-настоящему. Сменившие ее воспитательницы и гувернантки только прикидывались любящими, отрабатывая свое жалованье, а я научилась притворяться, что не замечаю их фальши. То есть я научилась все замечать, но не выдавать этого. Так было проще строить отношения со старшими. Я придумала для себя такую игру и преуспела в ней...

Это случилось вчера. После общего нашего обеда Любаша, собирая со стола посуду, по обыкновению замурлыкала. Она всегда перед мытьем посуды или насвистывает какую-нибудь мелодию, или мурлычет куплет из какой-нибудь песенки. Вчера она пропела частушку: «Валентина Терешкова за полет космический получила от Хрущева хрен автоматический. Опа!..»

Кто такие Хрущев и Терешкова, я понятия не имею. То есть не имела до вчерашнего вечера.

Вечером я собиралась посмотреть кино по «Семейному». Новый фильм режиссера Василия Ломакина «Хроники Альдебарана». В понедельник, распечатав программу, я отметила только этот фильм. И случайно забыла предупредить, сказать соседкам, что вечером будет премьерный телевизионный показ, адаптированный для ти-ви, плоской версии. В остальных версиях «Хроники Альдебарана» вышли в прокат две недели назад. В недоступный для нас, заключенных, прокат.