Чтение онлайн

– И ты хочешь сказать, что этот гандон с кепкой тебе бланш нарисовал? – недоверчиво проговорил он.

– Ага, – обиженно кивнул Александр. – Я его так, понемногу, завсегда воспитывал, а тут он как взбесился.

– А ты, что скажешь, говнюк? – обратился дылда ко мне. – Может, сначала прощения попросишь, и тогда мы тебя просто покалечим.

И тут мне стало смешно. До коликов смешно. После того, что случилось, после того как я уложил двух ментов – я, десятилетний пацан; после того, как я провел по крышам неведомых чужестранцев и с помощью колдовства в миг переместился назад в школу, их угрозы показались мне детским лепетом.

– Ну ты, засранец, сам напросился, – грозно прорычал дылда. Он шагнул вперед, занося кулак. В последний момент я заметил, как блеснула свинчатка.

Однако Тогот не пришел мне на помощь. Я с трудом увернулся, отступив.

– Что, боишься? – зловеще прошипел здоровяк. Остальные, посмеиваясь, следили за происходящим.

– Тогот, помоги, – взмолился я.

– Тогот, Тогот, опять Тогот, – недовольно проворчал покемон. – Ну, что там у тебя?.. Мог бы и сам выкрутиться.

– Ну ты и гнида! – взвился я. – Сам меня в это втянул, теперь выпутывай.

– Ладно, ладно, – недовольно проворчал демон. – Расслабься.

И снова боль – Тогот вновь обрел контроль над моим телом..

Драка длилась не более полминуты. Я смутно помнил те трюки и кульбиты, что выделывал под руководством Тогота. В итоге все пятеро противников оказались повержены. У двоих оказались сломаны запястья, остальные корчились от боли на асфальте, пытаясь восстановить кровообращение в парализованных конечностях, выплевывая в грязь выбитые зубы. Вот так, дешево и сердито.

Как я пришел домой, я не помню.

На утро у меня был жар. Участковый врач поставил диагноз ОРЗ (прогулка в тапках дала о себе знать) плюс нервное истощение. Неделю я провалялся в кровати, а потом в предновогодней суете о прогулах моих никто и не вспомнил.

Через несколько дней, более-менее оправившись, я вспомнил о «гонораре». Сверток по прежнему лежал в мешке со сменной обувью. Вечером, когда мама с бабушкой уселись перед телевизором в ожидании какой-то передачи, а дед с газетой ретировался в кухню, я развязал узел. Там было золото. Настоящее золото. Я понял это с первого взгляда. Кольца, толстые цепочки, перстни с огромными переливающимися камнями. Раньше я никогда не видел драгоценных камней – только на картинках. Наверное, всего этого хватило бы, чтобы решить все финансовые проблемы нашей семьи, поменять квартиру и купить дачу.

Но как отдать родителям эти сокровища? «Вот мам, тут у меня немного золотишка… Понимаешь, я залез в квартиру к одной тетке, открыл там ворота, отметелил двух ментов, провел группу иностранцев по городу, а потом демон вернул меня домой… Так вот, эти иностранцы мне подкинули золотишка…»

А может сделать вид, что я нашел клад? Тогда государство должно отдать мне двадцать пять процентов. Так, по крайней мере, утверждал Миронов в «Невероятных приключениях итальянцев в России». Но если еще раз придется вести караван? Что же мне каждый раз «находить клад»? И тогда я решил подождать, припрятав свои трофеи в надежное место.

– Они прибыли, – объявил Тогот на следующее утро.

– Кто они? – не понял я с трудом продирая глаза.

– Твои «дамы», – проворчал покемон. – Пока ты тут валялся, я определил их в «общежитие».

– Хорошо, – выскользнув из– под теплого одеяла, я поежился. В комнате было холодно. Вчера вечером мне почему-то показалось, что очень душно, и я оставил форточку открытой. А ночью, видимо были заморозки.

Я направился было в ванну, потом плюнул, запахнул халат. Сотворив заклятье!!!!!!!какое? я прихватил со столика бутылку текилы, другой!!!!! – зачерпнул со стойки четыре фужера и отправился встречать гостей.

«Общежитие» точно так же, как «кладовка» Тогота являлось пространственным карманом. Маленькой самостоятельной вселенной размером более тысячи квадратных метров. По периметру территории располагались крошечные комнатушки со всеми удобствами, в центре – бассейн с прозрачной голубой водой, а посредине бассейна – островок, заросший экзотическими растениями и пальмами. Маленький кусочек тропического курорта, перенесенный в иной мир с помощью волшебства создателя. Тут всегда царил знойный полдень – крошечное искусственное солнце пылало под самым потолком, небесно-голубого цвета.

Проскользнув через потайную дверцу, я ступил на раскаленный песок пляжа.

Мои «дамы» уже вовсю наслаждались жизнью. Выкатив шезлонги и раздевшись, ничуть не смущаясь собственной наготы, они нежились в лучах ультрафиолета. Я неспешно приблизился, присел на свободный лежак и, поставив на землю стаканы, разлил текилу.

– Привет!

Только теперь они заметили меня и радостно защебетали:

– Артурчик!

– Это ты!

– Как я рада!

Очаровательные, прелестные создания! Господи, как обманчива внешность! Видимо, правы были создатели третьего Терминатора, когда на роль кибога-убийцы пригласили красивую девушку. Такой и должна быть смерть в ее современном воплощении: женственной, наивно-непредсказуемой, хрупкой на вид, но неминуемой.

И только Тогот, восседавший чуть в отдалении, и потягивающий через трубочку какое-то рыжее пойло проворчал:

– Ну, наконец, очнулся, – он специально произнес это вслух с характерным демоническим выговором, чтобы не только я, но и мои гости слышали его слова.

– За вас, мои дорогие! – я поднял бокал текилы. – Извините, с утра без соли и без лимона.

– Да знаем мы тебя, старого извращенца, – улыбнулась Светлана. Стройная, по мальчишески гибкая, с едва различимой грудью и пышной копной бронзово-рыжих волос, она казалась огромной рыжей кошкой, потягивающейся на солнце, демонстрируя окружающим свою яркую красоту.

Светлана.

Она была первой. Первой из трех, которых мне надлежало найти согласно договору с создателем. В те дни, в начале девяностых, я много спорил с Тоготом. Я с ним всегда спорил. Я хотел принять, предложенный создателем контракт, а уродливый покемон утверждал, мол не мое это дело. Напоминал о «дамах», твердил, что я всего лишь проводник, и мое стремление расширить горизонты, до добра не доведет. Конечно, Тогот все равно вынужден был помогать в любых моих начинаниях, но всякий раз изводил меня жалобами, протестами, не давая ни минуты покоя.