Чтение онлайн

Сел в машину и закрыл глаза. Надо было расслабиться и загнать гнев и тёмную часть себя туда, где они всегда были. С трудом, потратив на это много времени, справился. Когда ощутил в себе лёгкость, потянулся, чтобы завести машину, но почувствовал, что сзади меня кто-то сидит. Хотя трудно было не догадаться кто именно.

— Не могу согласиться с тем, что ты сегодня сделал. Вышел за рамки своего служения, нарушив много заповедей. Вместе с тем, не могу тебя осудить — ты смог восстановить равновесие, а это дорогого стоит. К тому же вступился за свою судьбу. Что ж, ты не будешь наказан, но и похвалы не жди. Малыш, будь аккуратен и осторожен, когда отдаёшься злу. Именно злу, не гневу. Они идут рядом по жизни, но между ними огромная разница. Лучше живи и радуйся, что рядом с тобой девушка, которая любит тебя всей душой.

— Спасибо за наставления, Велес. За доброе слово тоже спасибо.

Оглянулся, но сзади никого уже не было. Только пахнуло запахом летнего луга. Цветов и травы. Такое сочетание трудно подделать.

Удивительно, но сердце словно прохладной водой омыло — исчезли все тревоги и печали. Надо же, уже второй раз встречаюсь с Высшим, кого раньше люди называли Богами. Хотя чему удивляться? Я ведь его волхв. Последний на земле, кто помнит и прославляет его власть и силу. Не зря говорили древние — Боги существуют до тех пор, пока хоть в одном сердце из ныне живущих сохраняется память о них…

Выдохнул с радостью и облегчением и поехал на работу. Время я сдвинул, но клиентов от этого меньше не стало. Придётся сегодня задержаться, но прежде…

Набрал номер и включил в машине громкую связь.

Телефон отозвался после первого же гудка.

— Котёнок родной, ты как там? Поспала хоть немного?

— Нет, любимый. Тревожилась сильно. Как у тебя? Всё нормально?

— С твоим институтом вопрос решил. Завтра идёшь на занятия, нечего прогуливать. Не бойся, твоего придурка увидишь не скоро. Да, подумай ещё вот над каким вопросом. Поищи других сотрудников себе в помощь. Которых нашла, тебе не подходят.

— Слав. Обещаю подумать, но работа и личная жизнь — разные вещи. Наташа, по крайней мере, показала себя с хорошей стороны. Меня её работа вполне устраивает. Другой вопрос, что буду теперь с ним совсем на другой волне. Предательство простить не смогу.

— Ты взрослеешь, малыш, коль способна настоять на своём. Да, работа и личные взаимоотношения не одно и то же, но тебе будет трудно нормально разговаривать с человеком, кто допустил слабину. Не буду настаивать на своём, решать тебе, как и сказал вначале. Всё, милая, отдыхай и учись. Люблю тебя, мой трёхцветный котёнок и до встречи вечером.

— И я тебя люблю, родной. Спасибо за всё.

Поговорил и словно крылья за спиной выросли. Много ли надо? Услышать голос девочки, да представить перед глазами её красивое лицо с бездонными зелёными ведьмовскими глазищами…

Закончив приём, закрыл за последним посетителем дверь и, вернувшись в кабинет, расслабился. Даже не заметил, как сознанием вновь нырнул за грань. И тут сразу же пришёл в себя. Та клякса, которую видел на своём пути пару месяцев назад, исчезла. Получается, это не сестра мне готовила неприятности? Обернулся и посмотрел на короткий отрезок жизни, что уже был пройден. Да, ещё не полностью рассеявшаяся дымка на дороге, которая ранее была чёрным пятном. Странно и непонятно. Ведь черноту в октябре я увидел ещё до того, как мой жизненный путь соединился с дорогой Насти. Неужели всё определено заранее? Если так, почему сам могу изменить будущее? Не только своё, но и других людей? По логике, мне бы такое было недоступно. Ладно бы, мог увидеть и приготовиться к неприятностям, которые нельзя избежать, но ведь возможность изменить, эту способность у меня не отняли. Может потому, что занимаюсь, скажем так, косметическими операциями, а не хирургией? Но ведь для четырёх семей, а теперь и для пятой я уже кардинально изменил жизненный путь. Вынес приговор и люди ушли из жизни. Погибли почти двадцать человек, хотя никого не убил собственными руками и у приговорённых имелся шанс выжить, но ни один из них им не воспользовался, не смог избежать наказания. Страшно от понимания, что ты убийца, но все чувства сожаления и раскаяния исчезают, когда вспоминаю родных. Родителей и дядек с жёнами. Людей с чистыми сердцами, которые жили не для себя, для других людей. Помню вечер, когда папа, сидя у костра на берегу озера, погладил меня по голове и прижал к себе. Он говорил не столь мне, как всей огромной семье, что собралась тем вечером. «Мы живём не для себя, для людей и пока в нас есть нужда, поддерживаем связь между небом и землёй. Когда люди озлобятся, перестанут думать, превратятся в неразумную толпу, порвётся последняя нить между прошлым и настоящим. Мы, волхвы, станем лишними на Земле и многовековые знания, что храним, уйдут в небытие вместе с нами. Для нас, нашего Рода, это станет трагедией, а для большинства людей всё пройдёт незаметно. Никто не обратит внимания, что нас уже нет рядом. Может так и должно быть, ведь жизнь не стоит на месте, постоянно меняет важность ценностей в каждом из живущих».

Папа- папа, как же ты был тогда прав. Да, жизнь меняет людей и то, что ценили ещё десять лет назад, сейчас превратилось в ненужное. Совесть, долг, честь и честность стали пережитками прошлого. Стали тем, о чём люди забыли. Не все, но большинство….

Короткое тошнотворное состояние и я вновь в реальности. Посмотрел на часы — почти восемь вечера. Настя ни разу не позвонила. Скорее всего, не хотела мешать.

Набрал номер и сразу услышал тревогу в голосе.

— Ты ещё на работе? Всё нормально?

— Да, малыш. Сейчас закрою и поеду домой. Минут через сорок буду. Пойдём ужинать в кафе?

— Нет, никуда не пойдём. Я приготовила ужин. Приезжай скорее.

Вот в этом вся моя девочка. Не сказала что соскучилась, что хочет увидеть, а ведь это было в каждом её слове. Что ж. В самом деле, пора домой.

– -

Поздно вечером, обняв, точнее вцепившись в меня словно в спасительный круг, Настя прошептала. — Слав, я очень испугалась вчера. И сегодня утром ты был таким же — внутри тебя словно клубилась тьма. Жуткое ощущение, когда вместо родного человека видишь совсем другого. Даже не человека, а что-то жуткое… Прошу тебя, умоляю, не делай такого больше. Мне хотелось забиться самый в дальний угол, чтобы ты меня не видел. Ушёл утром, а я легла под одеяло и сжалась в комок от страха. Знаешь, даже не сердцем, всем телом чувствовала давление невообразимого ужаса. Даже неосознанно обернулась. Почему-то показалось, что котёнку ты не причинишь зла.

Отодвинулся от пушистой головки и посмотрел в красивые глаза, наполненные до сих пор страхом.

— Я никогда не смогу ни маленькому котёнку, ни большому причинить боли или зла. Если даже решишь от меня уйти, отпущу без обиды и злости. Не буду преследовать и делать гадости, потому что ты УЖЕ сделала меня мягче и терпимее. Скажи, мы хоть раз ругались за всё время нашего знакомства? Только не вспоминай случай, когда хотел тебя наказать по делу. Но ведь так и не наказал.

— Потому что… — Настя, кажется, изо всех сил прижалась ко мне. — Потому что ты для меня стал всем. Заменил маму… Слав, а ты, правда, мой опекун?

Попытался заглянуть в глаза девочки, но та спрятала голову у меня на груди и вновь в страхе сжалась в комок.

— Как понял, ты не послушала моего совета и отвечала на звонки однокурсников?

— Нет. Говорю честно — не отвечала, но пару раз заглядывала в чат курса. У нас есть такой. Там кто-то выложил информацию, что причиной появления в институте полиции был опекун Бажовой. Именно он, мол, и разнёс ректорат на куски. Сегодня задержали двух деканов и ректора. Последнего, правда, к вечеру отпустили под подписку, но для нашего болота это нечто небывалое.

— Да. Это правда. Мы с твоей мамой оформили в органах соцопеки и у нотариуса опекунство по достижению тобой двадцати одного года. Твоя мама хотела, чтобы до двадцати трёх, но ей отказали. Мне кажется, Людмила Алексеевна мне доверяла, а я, вот, на деле оказался полным дерьмом, уж прости за грубое, но правдивое слово.

— Опять начинаешь? Ну сколько можно об одном и том же? Зачем терзаешь себя и меня? — Девушка стукнула кулачком по моей груди. — Если два человека любят друг друга, разве это плохо? Только если снова будешь говорить о разнице в годах, точно тебя побью, уже всерьёз… Именно побью, потому что ты на меня руку не поднимешь, знаю точно.