Чтение онлайн

Освобождаясь от излишеств, я напряженно соображаю. Вы же меня знаете, я способен соображать во всех положениях и при исполнении любых актов, от полового до нотариального. В частности, я соображаю, что выступление Глории было нетривиальным. Вот тебе и безмозглая малышка, только и умеющая, что тратить миллиарды своего папочки! В самом начале мне пришлось вырвать ее из лап злого серого волка, и вдруг, когда я сам оказываюсь в критической ситуации, она приходит на помощь, как добрая фея, чтобы своей волшебной палочкой, купленной, правда, в лучшем оружейном магазине Парижа, превратить две тыквы не в кареты, как вы подумали, а в дырявые тыквы.

Я выхожу из туалета. Малышка Виктис сидит на кровати и ждет меня.

Подбитая дичь лежит у ее ног.

— Увлекательное сафари, — говорю я. — Очень вовремя вы вмешались.

Вы часто играете в Жанну д'Арк?

— Всякий раз, когда какой-нибудь глуповатый французский легавый попадает в лапы злых горилл, как вот эти, — отвечает она уклончиво.

Я подбородком указываю на безвременно ушедших и не оставивших адреса господ и спрашиваю:

— Что будем делать? Положим в ящик комода или закажем перевозку трупов?

— Оставим их здесь, Тони. Их хозяйка сама о них позаботится.

Мои глаза слезятся, как стенки общественного туалета. Все-таки стременные мадам Окакис здорово накормили меня каким-то зельем.

Шатаясь, иду к бару за бутылкой чудесного эликсира типа «Балантайн», наливаю себе несколько порций подряд, по быстрому опрокидывая их внутрь. Уф! Так-то лучше, не стыдно людям на глаза показаться.

Смотрю на Глорию и, честное слово, нахожу ее даже миленькой в военных доспехах. От скучающего, глупого взгляда не осталось и следа.

Глаза орлиные, подбородок волевой.

Не очень понятная улыбка играет на ее губах.

— Похоже, вы хорошо ориентируетесь на местности, — бормочет она.

Или я ошибаюсь, или моя маленькая невеста знает намного больше, чем вы можете себе представить, о моих отношениях с Экземой.

— Будем разговаривать откровенно, или вы мне опять расскажете, что детей находят в капусте? — рублю я сплеча.

Глория смотрит на свой пистолет, будто это тюбик с губной помадой.

— Особый агент А.С. 116! — объявляет она.

— Для комплекта мне вас как раз не хватало. Она улыбается и говорит:

— Я уже это не раз слышала!

— А настоящая мисс Виктис в природе существует?

— Конечно, Тони. Она на отдыхе, и вместе с двумя булочками на завтрак ей раз в день преподносят электрошоковую терапию.

— Может, вы мне сразу все расскажете и не будете ждать, пока я упаду к вашим ногам, сраженный собственным любопытством?

— Запросто…

Чтоб сразить меня вконец, она вертит на пальце свою пушку, так что даже великий Гэри Грант пустил бы от зависти слюни.

— Очень мило, — восхищаюсь я, — давно последний раз выступали в «Олимпии»? Все-таки все женщины кокетки!

— Однажды в Госдепартамент пришло анонимное письмо, — говорит Глория. — Содержало оно примерно следующий текст: «Соединенные Штаты должны во что бы то ни стало помешать торжественному приему на Кокпиноке, иначе могут быть страшные последствия».

— И все?

— Практически, да.

— И Госдепартамент напустил в штаны? Я думал, американцы смелее.

— Была одна деталь, которая всех заставила встать на уши, Тони.

— Какая?

— Письмо было анонимным, но написано на бланке американского посольства в Кито (Эквадор). Расследование непосредственно в посольстве ничего не дало. На всякий случай предупредили Окакиса. Он, конечно, разволновался, но все было уже организовано. Вот меня и поставили на это дело!

— Так он, значит, в курсе?

— Конечно. И он сам все устроил со стариком Виктисом, чтобы я временно заменила его дочку. Виктис был даже счастлив показать всему миру свою подставную наследницу. У него ведь одна дочь, и он вынужден ее, как бриллиант, держать за железными дверьми. Кстати сказать, говорят, я очень похожа на настоящую Глорию.

— Великолепно! Только американцы на такое способны! Ну хорошо, а при чем здесь Сан-Антонио, если отбросить скромность?

Она оглядывает меня сверху донизу, затем в обратном направлении.

— Это идея Окакиса. Каприз миллиардера!

— Издеваетесь надо мной?

— Отнюдь. Окакис очарован вашей работой еще со времен расследования по делу его соотечественника Битакиса, тоже судовладельца, и его семьи.

— Не может быть! Ну а дальше?

— И он хотел только вас! Я думаю, он не очень доверяет секретным агентам-женщинам. Он узнал, что вы в отпуске, и попросил меня с вами познакомиться.

— Американские агенты в наши дни покупают товары прямо на дому?

— Должна сказать, в этом очень нелегком деле у меня был во всем «зеленый свет». Я как бы сама была в отпуске… Все оплачено! И прилично оплачено! И потом, я тоже много о вас слышала. Поэтому пришлось сыграть комедию, и, по-моему, это неплохо удалось!

— Браво! Мне кажется, вам надо предложить свои услуги Голливуду, они вас возьмут! Кстати, а как же те покушения на вас?

— Кроме того, что случилось на яхте, остальное все подстроено!

— И даже то, на Лазурном берегу?

Она фыркает от смеха.

— Особенно то, на Лазурном берегу! Спектакль, дорогой Тони, кино!

Включая случайный приезд грузовика!

У меня, видно, не очень сладкая рожа, потому что она вдруг тревожится.

— Тони, что у вас такая кислая мина?

— Глория, кажется, у меня в жизни не было большего желания отшлепать девочку, чем сейчас.

— Попробуйте, — отвечает она глухим голосом. — Обожаю острые ощущения! Это, должно быть, объясняет, почему я выбрала такую опасную профессию, а, Тони?