Чтение онлайн

Может, я напрасно сейчас промедлил? Может, все-таки стоило распылить ублюдка на месте?

Уже переступая порог, я на мгновение замер и едва не вернулся, мучительно выбирая между жаждой мести и понятием справедливого наказания в том смысле, в котором я его понимал.

Но потом все-таки тряхнул головой и заставил себя выйти в коридор.

Нет.

Легкой смерти я ему не подарю. По крайней мере, не здесь и не так. Да и время для таких решений ушло. Если убивать Моринэ сейчас, то тогда придется избавиться и от свидетеля. А Иртэ, как мне показалось, подобной участи не заслужил.

К тому же вернуться я всегда успею. Да и компромат на Моринэ у меня остался, поэтому хоть через день, хоть через год, с помощью письма или же нет, я все равно его достану. И вот тогда у престарелого мудака уже не будет шансов оправдаться.

[1] Крупнейший город на севере страны.

Первым же делом, едва за Иртэ захлопнулась дверь, а снаружи загремели тяжелые засовы, я вскинул голову, безошибочно определил местонахождение единственной видеокамеры, отошел в любезно подсвеченную Эммой слепую зону и, высоко подпрыгнув, свернул директорской «следилке» электронную башку.

Если старый извращенец любит наблюдать, то я уж точно не доставлю ему такого удовольствия.

Второе, что я сделал, это еще раз попросил проверить подругу доступное пространство на предмет того, не появилось ли там за время нашего отсутствия новых маготехнических устройств.

Но нет. Кроме гудящего над головой вентилятора, посторонних устройств в камере не было. А вентилятор я как раз трогать не стал, хотя холодок от него по камере гулял, прямо скажем, приличный.

Лишь после этого я забрался на койку с ногами (я же босой, а пол, разумеется, не отапливался) и завернулся в тонкое одеяло. Поскольку никто не знал, сколько времени я тут проведу, то тепло следовало беречь. Несмотря на то, что Эмма пока неплохо с этим справлялась.

Когда мои эмоции от разговора с директором окончательно улеглись, я решил все-таки не бездельничать, а залезть в браслет, напрочь позабыв, что мой старый утром забрали. Когда же вместо голографического экрана новый идентификатор показал мне жирную фигу, я искренне огорчился и почти сразу получил от подруги предупреждение:

«Выход во внутреннюю Сеть отсутствует. Прибор не предназначен для подключения».

Блин. Оказывается, на меня надели не нормальный идентификатор, а похожую на него пустышку, у которой не только не имелось доступа к школьной Сети, но даже базовых библиотечных файлов не было. А все, что она могла, это показывать время и, используя простенькое программное обеспечение, блокировала мой дар.

Была, конечно, еще Эмма. И ее способность подключаться к любым маготехническим устройствам, невзирая ни на какую блокировку. Поэтому совсем уж я не заскучал. Просто, не имея возможности читать обычную школьную литературу, читал все то, что у подруги было закачано в базу.

Потом, правда, от чтения я устал — в темноте, несмотря на способность нормально видеть, чтение давалось гораздо труднее. Поэтому я решил, что хорошего понемногу, и остаток дня посвятил упражнениям на концентрацию, благо, как показала практика, они лишними не бывают.

После этого я еще немного помедитировал. В обязательном порядке размялся, едва не задевая локтями и коленками стены. Снова поупражнялся. Посмотрел на часы. Помедитировал. Однако, несмотря на то, что время уже перевалило за семь, ужина так и не дождался.

«В пределах радиуса действия найниитового поля обнаружена большая колония зеленого мха, — тихонько подсказала Эмма, когда я в шутку предположил, что меня тут голодом заморят. — Процент содержания полезных веществ составляет тридцать восемь с половиной процентов. Начать поглощение?»

Я покрутил головой, спокойно отнесясь к тому, что спектр моего зрения изменился сам собой. А, обнаружив, что на стене в соседней камере действительно произрастает какая-то местная форма жизни, почти без раздумий кивнул: целых тридцать восемь с копейками процентов полезных веществ! Гораздо больше, чем в Босхо или мудаке завхозе. Ну и как такой ценной штукой не поужинать?

Эх. Еще бы воды где-нибудь достать. Ее мне с прошлого вечера тоже никто принести не додумался.

Однако Эмма и тут нашла решение, сообщив, что во влажном воздухе содержится достаточное количество молекул воды, после чего ко мне прямо сквозь зарешеченное окошко в двери потекло несколько тоненьких, едва видимых простому глазу сине-зеленых ручейков, так что силы я все-таки восполнил, а вскоре и благополучно уснул.

На следующий день в моем окружении тоже ничего не изменилось.

В том смысле, что ко мне никто не пришел. Еду не принес. Про теплую одежду и обувь вообще молчу, благо одеяло самую чуточку помогало их заменить. А когда я решил уточнить у Эммы, сможет ли она залезть во внутреннюю Сеть школы через провод видеокамеры, она удивила меня ответом, что прибор еще со вчерашнего дня отключили от внутренней Сети, так что теперь даже в библиотеку забраться было невозможно.

Это была уже ощутимая неприятность. Даже, наверное, серьезная, потому что фактически меня тут заперли, оставив без связи с внешним миром.

Может, конечно, оно так принято. Типа дополнительная воспитательная мера для упрямого сопляка вроде меня. Поскольку резон в этом был, то я решил, что пока это не смертельно, после чего преспокойно позавтракал мхом, напился воды из воздуха. А потом снова принялся за упражнения, физические, магические (в смысле с найниитом) и умственные, поскольку ничего иного мне в голову не пришло.

Схема моих занятий была до предела проста.

Короткая разминка. Чтение полезной информации в базе Эммы. Упражнения на концентрацию. Работа с даром, благо блокировку с браслета подруга сняла на раз-два. Затем медитация. Снова тренировка, на этот раз с найниитовым полем. Еще одна порция упражнений на концентрацию…

Скучно, но жить можно. Поэтому и сегодня я не нашел повода переживать.

Третий день начался для меня с громкого бурления в животе и резей в пустом желудке, которые, правда, стараниями Эммы быстро прошли.

«Недостаток фактического питания, — сообщила она очевидную вещь. — Сбой в работе пищеварительного тракта. Физическое состояние носителя крови в норме. Дефицита питательных веществ не зафиксировано».

Угу. Я ведь худо-бедно питался. Однако желудок об этом пока не догадывался, вот и пытался, как мог, о себе напомнить.