Чтение онлайн

– Сам факт нападения на СССР в этот день, - с напором произнес Алексей, - сделает нас в глазах всего мира союзником Гитлера. После этого Сталин сможет обосновать аннексию Северороссии в два счета. Германии войны на два фронта не выиграть.

– Мы сможем спрыгнуть с этого поезда вовремя, - ухмыльнулся Оладьин. У нас есть информация, предоставленная тобой. У нас есть не замутненное идеологией видение политической целесообразности. В конце концов, у нас есть этот твой монгол. Ты сам говорил, что после решительных поражений в первые месяцы войны Сталин предложит Гитлеру мир, аналогичный Брестскому миру восемнадцатого года. В твоем мире Гитлер его не принял. В нашем... используем монгола. Пусть Гитлер признает и те требования, которые выдвинем мы. Как я говорил, еще когда шел на этот пост, прежних ошибок я не повторю. Я создам великую Северороссию. Куда более великую и значимую, чем ту, что прекратила свое существование в тысяча семьсот сорок первом году.

– Ваше высокопревосходительство, - произнес Алексей, - Гитлер не марионетка, которой можно управлять по своему усмотрению. К нападению на СССР он был готов, и мы лишь убедили его принять конкретный срок. Что касается мира... Я думаю, что в моем мире, с точки зрения выживания режима, Гитлер был прав. Он знает, что если Сталин и отступает, то только для того, чтобы приготовиться для нового прыжка. Если даже ваш план сработает, это будет означать лишь то, что года через три мы подвергнемся еще более масштабной агрессии. Ваше решение ведет нас не к великой Северороссии, а к Североросской ССР.

– Будет еще нападение, отобьемся, - махнул рукой Оладьин.
– Решение принято, и я пригласил тебя, чтобы обсудить план мероприятий твоих подшефных...

– Ваше высокопревосходительство, - поднялся Алексей, - я прошу вас принять мою отставку.

Оладьин смерил его долгим взглядом и произнес:

– Ваша отставка принята.

* * *

Приехав домой, Алексей открыл дверь своим ключом. Сразу после окончания войны жена с детьми снова переехали в петербургскую квартиру.

Екатерина встретила его удивленным возгласом:

– Ты! Так рано!

– Да, - кивнул он, ставя портфель в угол.
– Могу теперь вернуться к семье.

– Что-нибудь произошло?
– всплеснула жена руками.
– Хотя, когда происходит что-то, ты всегда исчезаешь. Объясни...

– Я в отставке, - бросил он, проходя в гостиную.

– Тебя убрали?
– В ее голосе прозвучало беспокойство.

– Нет, сам ушел. Хватит политики. Хочу просто пожить.

– Снова вернешься в компанию?
– спросила она, подходя к нему и обнимая.

– Не знаю, - пожал он плечами.
– Все это еще надо осознать. Давай уедем на недельку в Хиттало.

Через два часа Алексей вывел свой "мерседес" на забитую автомобилями, как обычно в это время, улицу. Жена разместилась рядом с ним, дети - на заднем сиденье. Двигаясь в транспортном потоке, Алексей украдкой поглядывал на едущих рядом водителей. Толстые и тонкие, беззаботные и озабоченные, богатые, на "руссо-балтах", и не очень, на "свирях", все они спешили куда-то в этот вечер, и всех их объединяло одно. Никто из них не знал, что через пятнадцать дней сюда снова придет война.

Внимание Алексея привлек неотрывно следовавший за ним "опель". Он посмотрел через зеркало заднего вида на лицо водителя и отметил стандартно-пустое выражение глаз одного из своих бывших подчиненных из службы внешнего слежения. Вильнув в потоке пару раз, Алексей убедился, что "опель" повторяет его маневры. "Следите, - подумал он.
– Ну-ну. Я уже карта битая. Но чтобы на душе у господина президента было поспокойнее... валяйте".

"Мерседес" вырвался из пробок центра и пошел по прямым, как стрела, улицам элитной Ржевки, проложенным среди уютных коттеджей и дорогих таун-хаусов, утопавших в зелени садов и парков. Выскочив на шоссе, Алексей поддал газу. "Опель" начал отставать, но теперь на хвост сел "руссо-балт" с четырьмя оперативниками. "Серьезно", - хмыкнул Алексей, направляя машину к въезду на автостраду. Жена, приспустив стекло, с удовольствием вдыхала свежий воздух, дети возились на заднем сиденье.

* * *

Алексей откинул одеяло и поднялся. Жена еще посапывала, уткнувшись в подушку. Стараясь не шуметь, он натянул спортивный костюм, сунул ноги в туфли и мягко вышел в прихожую. Спустившись в гостиную на первом этаже, осмотрелся. Забытое чувство охватило его. Впервые за долгие годы ему не надо было никуда спешить. То же он испытывал в двадцать втором, после первой отставки. Тогда он нашел себе занятие - бизнес, вместе с Набольсиным. Что теперь? Ему сорок пять. За последние три года сумасшедшей политической гонки он безумно устал, но чувствовал, что после короткой передышки снова испытает жгучую жажду деятельности.

"Вернуться в компанию или создать новую?
– подумал он.
– Надо подумать. Но, ей-богу, хватит политики. Я больше не буду решать, какой миллион уничтожить. Хватит. А что сейчас? Пробежка".

Открыв входную дверь, он выбежал в сад и остановился, присвистнув. На улице со скучающим выражением на лицах стояли сотрудники службы внешнего наблюдения, в темных костюмах и шляпах. Двое у калитки, трое чуть поодаль. На улице было припарковано три черные машины, и Алексей понял, что агентов не менее двенадцати. Очевидно, остальные контролировали задний выход с участка или рассредоточились по поселку.

"Ничего удивительного, - подумал Алексей.
– Важный государственный чиновник, информированный человек со связями, подает в отставку из-за политических разногласий с руководством страны. Понятно, что за ним должны следить, особенно накануне войны. Я вполне способен составить заговор или устроить путч. И почему я решил, что из политики можно уйти, как из фирмы уволиться? В империи Сталина это, скорее всего, означало бы мгновенный расстрел... ну, или автокатастрофу. У Гитлера арестовали бы, наверное. А там - концлагерь или расстрел. Хотя представить себе подающих в отставку по доброй воле Берию или Гиммлера я просто не могу. Это люди, которые видят цель в самой власти и делают всё ради удержания этой власти. Это я, дурак, пришел мир спасать. В Крыму в лучшем случае домашним арестом... лет на пять бы отделался. В Британии? Думаю, вежливо попросили бы не покидать пределов туманного Альбиона года три. А что будет здесь? Интересно. Вот сейчас и проверим, что за государство мы построили - "Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй", как говорил Дмитрий Андреевич, или все-таки что-то поприличнее".

Делать пробежку расхотелось. Выйдя на спортивную площадку, он принялся делать разминочный комплекс каратэ, который разучил вместе с Колычевым еще в тридцатом году, во время поездки в Японию.

Когда Алексей почти закончил, у въезда взвизгнул тормозами правительственный "руссо-балт". Из него вышел министр внутренних дел Гюнтер Вайсберг. Этот пост Вайсберг, которого Алексей всегда считал лишь услужливым адъютантом, исполнительным и не слишком морально чистоплотным, получил летом, после ухода в отставку престарелого Шульца. Вайсберг, против своего обычая, был не в гражданском костюме, а в форме вице-адмирала, с аксельбантами, всеми значками и регалиями.