Против правил
Шрифт:
— Ну и что? Не ты ли говорил мне как-то, что отнюдь не всякая женщина мечтает о том, чтобы ее мужчина занимал высокий пост? Да я все равно решил снова заняться непосредственно съемками. Соскучился по творческой работе.
Вот и сейчас, дожидаясь условленного момента, Ричард не испытывал и тени сомнения. Только бы сработало. А там будь что будет! Ради того, чтобы завоевать любимую, он готов на любые жертвы!
Флоренс вполуха слушала байки, которыми Нил потчевал гостей, расписывая процесс съемок ролика. Надо сказать, особое внимание в своей речи он уделил ей, не пожалев хвалебных эпитетов для «нового открытия: потрясающе талантливой певицы, которая еще и музыку сочиняет, танцует да и вообще красавица». Так Нил выразился в присущем ему стиле. Флоренс неожиданно почувствовала себя в центре внимания, но обрадовалась куда меньше, чем обрадовалась бы в иных обстоятельствах. Голова ее сейчас была занята другой мыслью. Куда же подевался Ричард?
Скоро она получила ответ на свой вопрос. На сцене установили большой экран, по которому уже заскользили знакомые кадры. Полились звуки музыки — до чего же ново и странно они звучали для ее уха здесь и сейчас! Но что это? К ее голосу вдруг примешался другой — низкий, безумно сексуальный баритон. Ричард? Не может быть.
Но это был именно он. Словно для того, чтобы развеять ее сомнения, исполнительный директор «Пути к успеху» появился на сцене лично. И в каком виде!
Голову Ричарда венчала огромная чалма, украшенная надо лбом большим красным камнем. На ногах — расшитые золотом и серебром туфли с высокими загнутыми носами и пестрые шаровары, стянутые на поясе широким кушаком. Завершала причудливый наряд восточная жилетка, надетая — Боже правый! — на голое тело. Флоренс ахнула. И не она одна. Казалось, все присутствующие женщины от двадцати до восьмидесяти лет включительно так и впились глазами в этого статного мужчину, красоту которого лишь подчеркивал экзотичный наряд.
— Волшебный вихрь тебя унес навстречу воплощенью грёз, — повторил Ричард последние строчки песни, останавливаясь на самом краю сцены, как раз напротив того места, где стояла Флоренс.
Его горящий выразительный взор был устремлен на нее. Флоренс затаила дыхание. Этот взор не мог лгать. Ричард хотел ее, хотел столь страстно, что не побоялся показаться в подобном, мягко говоря несолидном, виде на глаза самой что ни на есть солидной публики, ведь многие из гостей наверняка были его деловыми партнерами или клиентами. Но он не стал считаться с возможными последствиями, презрел соображения карьеры ради нее, Флоренс.
Молодая женщина почувствовала, как в сердце зарождаются ростки новой надежды, еще слабые, но крепнущие, набирающие силу с каждой секундой. Глаза вдруг защипало от слез, но это были слезы счастья.
А через миг Ричард уже спрыгнул к ней, раскрывая объятия. И она уже ни о чем не раздумывала — птицей влетела в эти распахнутые руки, припала к груди любимого. Он подхватил ее и снова вскочил на сцену, прижимая молодую женщину к себе, нежно и властно одновременно.
— Леди и джентльмены, — обратился он к собравшимся. — Грёзы сбываются наяву, а не только в рекламных роликах. Мог ли я ожидать, что заказ нашего любезного хозяина принесет мне не только моральное удовлетворение от хорошо выполненной работы, но еще и самое настоящее счастье? Ибо вот оно, мое счастье. Та самая талантливая певица и композитор Флоренс Саузи, о которой уже столь восторженно отзывался мистер Джонсон! Принцесса Грёза нашего ролика! И моя будущая жена!
Раздался такой шквал аплодисментов, что изумленное восклицание, сорвавшееся с губ Флоренс, потонуло в общем шуме. Молодая женщина не верила своим ушам. Не может быть! Ричард делает ей предложение на глазах многочисленных гостей Нила? Он, всегда такой осмотрительный и сдержанный, рискнул выставить себя на посмешище, если она публично откажет ему? Но может ли она отказать ему? Ведь она так любит его!
Она заглянула в лицо Ричарду. Тот улыбался, но в глубине синих глаз застыла мучительная тревога. Флоренс знала: он боится не публичного позора, а ее отказа, крушения всех надежд. Надо было быть безжалостной кокеткой, чтобы позволить ему и дальше страдать в неведении. И она поцеловала Ричарда — у всех на глазах, ничуть не стесняясь своей любви.
Аплодисменты зазвучали с новой силой. Запоздало вспомнив, что свидетелями этой сцены в числе прочих гостей стали и ее дядя с тетей, Флоренс поискала их глазами. А вот и они. Но, вопреки ожиданиям, Джеймс и Рейчел Саузи отнюдь не пылали праведным гневом, видя подобное нарушение приличий. Напротив, тетя Рейчел, поймав взгляд племянницы, послала ей воздушный поцелуй. Дядя Джеймс расплылся в благосклонной улыбке.
Музыка зазвучала снова, а Ричард уже уносил свою возлюбленную со сцены. Только сейчас она осознала, что все это время он так и держал ее на руках, как бесценное сокровище. Презентация ролика шла своим чередом, но к молодым людям она уже не имела ровным счетом никакого отношения…
— Флоренс! — подлетела к ним взволнованная Айрин, таща за руку чуть смущенного, но ухмыляющегося Билла. — Флоренс, Ричард, как здорово, поздравляю! Вы тоже женитесь… Знаете, мы с Биллом решили, что все-таки не будем отменять церемонию… О, у меня великолепная идея! Давайте устроим двойную свадьбу! Вот будет весело.
— Д-двойную? — еле выговорила Флоренс. От столь быстрого развития событий у нее голова шла кругом. — Но ведь ваша свадьба уже через неделю! Как…
— А по-моему, идея и впрямь великолепная, — перебил ее Ричард. В устремленном на нее взоре молодая женщина видела море любви, но на волнах этого моря качались проказливые чертики. — Какие могут быть возражения, дорогая? Ты же у нас всегда отличалась порывистостью и импульсивностью. Так подумай: это же будет величайшее приключение в твоей жизни.
И Флоренс подумала.