Простри руце Твои..
Шрифт:
Потом дошел черед и до бедолаги Сашки, у которого вообще в аттестате красовались одни тройки, да и те нарисованные стараниями милосердных учителей.
И директриса сказала с непередаваемой торжественностью:
– Теперь попрошу выслушать меня особо! И попрошу бурных аплодисментов, когда закончу! Аттестат вручается Александру Машерову. Одному из самых красивых мальчиков в школе! Посещавшему кружки по истории и иностранному языку. Всегда активно помогавшему в уборке школы и благоустройстве школьного двора! И, наконец, просто хорошему человеку!
Весь зал от понимающего хохота просто катался, хотя директриса старалась выдерживать тон важный и серьезный. И покрасневший Сашка подошел за аттестатом, напряженно глядя в пол. Шел и пружился. Ему было и стыдно, и смешно, что для него одного - такая вот особая речь, и все кругом хохочут...
Потом он окончил школу милиции и немного работал в ОВД. Быстро слинял из милиции в ЮКОС. А когда арестовали Ходорковского, и ЮКОС стал гореть, снова ушел и теперь... Дальнейшая его судьба была Ксене неизвестна.
Представлялся он всегда так:
– У меня имя-отчество в точности такое же, как у Грибоедова!
С минуты две - вдумчивое вспоминательное молчание. Потом кто-нибудь удивленно спрашивал:
– А почему не "как у Пушкина"?
Сашка ответом не удостаивал. Хохотал.
– Ксеня...
– он остановился рядом.
– А в речке крокодил... И вправду крокодил
– Все такой же красивый шалопай Машеров, - ответила она ему со смехом.
– И что тебе сказали монахи?
– Многое сказали...
– он был явно растерян. От неожиданности. Или от чего-то другого?
– А что ты тут делаешь? Такая сякая немазаная...
– Снимаюсь, - фыркнула Ксеня.
– Вау! Здесь?!
– вытаращил коньячные глаза Сашка.
– А помнишь на литературе? Роман Вячеслава Кондратьева о войне называется очень просто - "Сашка". Ага. Вот так - "Сашка".
Ксения схватила его за руку и потащила за ворота. Нельзя же так смеяться в Лавре...
А Сашка засмущался, отвернулся, покраснел...
– Ну, и что смешного, не понимаю...
И надул губы.
Но Ксеня не унималась. Ее уже понесло.
– А что такое "колыбашка"?
Это слово принес с собой в класс Машеров. Каждого деловито спрашивал:
– Хочешь колыбашку?
И каждый, догадываясь о малоприятном смысле непонятного слова, твердо отвечал:
– Нет.
– Очень зря!
– так же твердо отзывался Сашка.
Как-то Наталья вошла в раж и начала куражиться, мол, хочу. На уроке вдруг как завопит фальцетом:
– Хочу колыбашку!
Машеров таким же фальцетом ответил:
– Я тебе ее потом сделаю!
Ксеня пробовала тогда у него допытаться, что же это такое. Узнав, что он занимается единоборствами по школе спецназа, спрашивала:
– Этот прием оттуда?
– Нет, это нечто само по себе, - говорил Сашка.
– А что это?
– И-е! Это нельзя объяснить. Это можно только показать.
– Ну, покажи. А то надоело ходить вокруг да около.
– Только не это, - пробурчал он. Помолчал. Подумал.
– Ладно, пусть... Сама напрашиваешься. Встань в проход и пригни голову.
Ксения почувствовала: будет явно неприятное, и махнула рукой.
– Не надо!
Но Сашка психанул:
– Чего ты дурью маешься? То хотела, а теперь нет!..
А Натка долго к нему приставала, подбежит и голосит:
– Ой, если б ты знал, как я хочу колыбашку! Сашка-колыбашка, Сашка-колыбашка!
Однажды он вышел из себя, доведенный, схватил Натку за голову и стал ее пригибать. И Наталья моментально поняла - чтобы сделать эту самую колыбашку по-настоящему. Изо всех сил рванулась, вырвалась и убежала. И больше уже на эту тему не заговаривала.
– Так что это такое?
– повторила Ксения.
Сашка усмехнулся:
– Резкий удар вниз по шее, мгновенно сбивающий человека ничком наземь. Ты стала такая известная...
Ксеня нахмурилась.
– Да, стала... Та самая, которая... А ты как поживаешь?
– Вот на днях предложили пойти в очень крутую охрану. Я сказал, что для окончательного решения мне надо посоветоваться с девушками.
Ксения усмехнулась.
– Ты неизменяем. А я всегда удивлялась наивности и доверчивости охраны: меня неизменно пускают без проверки в любые музеи, хотя газовый баллончик постоянно лежит у меня в сумке. Эти их просветители - автоматы контроля - пустое дело! А уж психология... Видят: баба, не очень молодая, ничего особенного, ну, что там может быть у нее в сумке...
– Не узнают?
– По-разному... Если узнают, тогда вообще обо всем забывают. Или просят автограф. Тебе не дать?
Сашка фыркнул.
– Вау! А давай, как ты отснимешься, съездим в монастырь, где мироточит икона, мне о ней недавно рассказали. Любопытно. И странно как-то, никогда такого не видел.
Ксеня дернула плечами.
– А зачем куда-то ехать? У меня дома есть икона, набрызгай на нее подсолнечного масла - и увидишь в точности то же самое.
Сашка возмутился.
– Как ты цинична! Даже не подозревал об этом.
Ксения искренне удивилась.
– Саня, пойми меня правильно. Разве я сейчас сказала неправду? Да, есть чудо, но на него смотреть - ты же действительно ничего не увидишь, кроме иконы с каплями масла! Чудо в том, как это произошло, а не как это выглядит. Я вот читаю детскую Библию и не стесняюсь. Потому что сначала брала настоящую, но мне там слишком многое непонятно. А детская рассчитана как раз на тех, кто вроде меня ни в чем высоком еще не разбирается, и изложена на предельно простом и доступном языке. Там все просто, как линейка. Так и пошло... Потом взялась и за подлинную. Одна из ее загадок - ни слова не сказано о жизни Христа до тридцати лет. Подробно описанная жизнь Христа и Его учение - от Его тридцатилетия. Чем Он занимался раньше и как жил - ни одного слова, кроме единственного факта, что был плотником.