Чтение онлайн

— Уолтерс? Неужели ты хочешь умереть так? Не слушай их. Просто выключи радио. Нам спешить некуда. Серьезно, ты думаешь, что делаешь доброе дело?

Они заметно приблизились. Двигались без ускорения, но и не тормозили. Компьютер скафандра произвел расчеты: они окажутся у «Роси», или у «Барб», или у буксира через двадцать минут.

— Притормозили бы вы, ребята, — сказал Хэвлок. — Вы все еще мои люди, и я не хочу вам вредить.

Рация, щелкнув, ожила. Голос стармеха звучал глухо от ярости и презрения:

— Мы в эти игры не играем, подлый ублюдок. ОТО твоих дружков отключено, мы проверили перед выходом. За дураков нас держишь? Нам приказано доставить тебя и астерскую сучку на «Израэль» и поместить обоих в карцер.

— Приказано?

— Самим Мартри.

«Потому что, — быстро соображал Хэвлок, — это создаст прецедент. РЧЭ сможет утверждать, что до последнего отстаивала свои права. Наследство Мартри — известие, что он не уступил ни сантиметра. Ни на земле, ни в космосе, ни в абстрактном юридическом сражении. Нигде».

Не так давно Хэвлок увидел бы в его действиях жестокую чистоту. Теперь они представлялись ему дикими и жалкими.

— Ладно, — заговорил он, — ты прав. ОТО отключены, но с остальным ты не разобрался. Я снаружи и вооружен. Прицел подключен к системе боевого скафандра, я мог бы уже снять любого из вас — вы ведь ничем не прикрыты. Вы еще живы только потому, что вы — мои ребята и я не хочу вам зла.

Он наблюдал за их реакцией. Она оказалась слабее, чем он надеялся. «Роси» снова дернулся. Выстрел рельсовой пушки и потоки энергии с луны вслед. Хэвлок поправлял прицел и только через долю секунды понял, о чем предупреждает скафандр. Четыре цели пришли в движение. Разгонялись. Четыре газовых бака мчались на хвостах из прозрачного тумана, мгновенно превращавшегося в снег.

— Тебе посылка, встречай, — проговорил в ухо Алекс, и Хэвлок поднял винтовку. Одна из мишеней явно сбилась с курса и по спирали уходила к планете. Поймав в прицел другую, из оставшихся, Хэвлок продырявил ее насквозь. Импровизированная торпеда задергалась: рулевое управление, приделанное механиками, пыталось выправить курс, но бьющие в стороны струи газа слишком сильно нарушали равновесие. Торпеда качнулась и свернула. Хэвлок переключился на две последние. На обе у него не хватило времени, но он сумел дважды подбить и отвести ту, что летела прямо к нему. Другая врезалась в шкуру «Росинанта» на восемь метров правее Хэвлока, и мир стал белым. Толчок, боль, звук рации — еще слышный, но вдруг отдалившийся. Тело стало очень большим, словно заполнило собой вселенную, или вселенная сжалась, обтянув его тело. Руки казались очень далекими. Кто-то звал его по имени.

— Я здесь, — сказал он и услышал свой голос будто в записи. Боль распирала тело, медицинская система моргала тревожными красными огоньками, а левая нога застыла и не гнулась. Звезды шли кругом, Новая Терра выплыла снизу и прокрутилась над головой. Мгновенье он не мог найти взглядом ни «Росинанта», ни «Барбапикколы». Они пропали. Далеко справа мелькнул «Израэль», такой маленький, что его можно было принять за пятнышко туманности. Скафандр зажег новое предупреждение, и в правую ногу воткнулась игла. Хэвлока пронизал озноб, но сознание вроде бы прояснилось.

— Хэвлок? — позвал Алекс.

— Здесь, — откликнулся он. — Не убит. Но, похоже, меня сшибло с корабля. Кажется, дрейфую.

— Стабилизироваться сумеешь?

— Вряд ли. Скафандр, наверное, неисправен. И у меня много осколков в левой ноге и бедре. Думаю, кровотечение.

— Что с герметичностью? Хэвлок, ты воздух теряешь?

Вопрос был хороший, только у Хэвлока дыхание сперло в зобу. От вращения подступила тошнота. Если его вырвет в шлем, сразу станет намного-намного хуже. Закрыв глаза, Хэвлок сосредоточился на дыхании. Наконец он снова рискнул осмотреться и уперся взглядом в замершие цифры на табло.

— Есть герметичность. Могу дышать.

Он услышал вздох Наоми. Кажется, вздох облегчения. Ему это польстило. Красные точки милиционеров вращались на краю зрения. Он не мог разобрать, приближаются они или остановились. В атмосфере что-то сверкало. Снова выстрелила рельсовая пушка. Планета всплыла снизу и скрылась над головой.

— Держись, койо, — сказал Бася, — я выхожу.

— Погоди, — возразил Хэвлок. — У ребят с «Израэля» еще остались самодельные снаряды. И ружья. Не высовывайся.

— Поздно, — ответил Бася, — уже запустил шлюз. Надо только… черт, как полыхнуло!

Хэвлок изогнулся влево и наконец нашел глазами «Росинант». Взрыв отбросил его не так уж далеко, но он продолжал дрейфовать, с каждым вздохом удаляясь от сталекерамического пузыря с воздухом. Подумалось, что его тело, оставшись, где оно есть, переживет корабли. Только вот воздуха было мало. Импровизированная торпеда оставила на внешней обшивке «Роси» яркий шрам, но дыры, кажется, не пробила. Крепкий кораблик.

— Ага, — сказал Бася. — Ну вот, они в меня стреляют.

— Возвращайся в корабль.

— Вернусь. Через минутку. Так, где ты там… а, вот!

Абордажная присоска ударила его в левое плечо. Гель выплеснулся и мгновенно застыл. При первом толчке правая нога Хэвлока взвыла от боли, зато натяжение было направлено так, что замедлило вращение. Красные точки стали ближе, Басе грозила нешуточная опасность от пуль. Да еще эти восемь торпед…

«Росинант» прыгнул. Траектория снаряда засветилась в верхних слоях атмосферы. Неужели прошло всего пять минут? Наверное, пару выстрелов он пропустил. А может, полет в пространстве сбил ему восприятие времени. Или он видел выстрелы, да забыл.

— Не слишком тяни, — посоветовал Хэвлок. — Чтобы меня остановить, понадобится ровно столько же энергии, как бы мне тебя не столкнуть. — «Или не разбиться о корпус», — промолчал он.

— Я в невесомости провел больше времени, чем при тяге, — рассмеялся Бася. — Не дергайся.

Приближался медленно крутящийся «Росинант»: вращение Хэвлока придавало вселенной, кораблю и собственному телу ощущение иномирности. Бася выглядел темным пятнышком на сером фоне обшивки. Скафандр Хэвлока бодро уведомил, что кровяное давление стабилизировано. А Хэвлок и не знал, что оно падало. Управление ранцем все еще оставалось вне доступа, но Бася прыгнул ему навстречу, не дав соприкоснуться с корпусом, по-медвежьи облапил за плечи, а его скафандр затормозил обоих.