Чтение онлайн

"Граждане, отойдите!

Зашкаливают машины",-

не жалея мощности и сил

кричали постовые в рупоры.

В небе чёрный ворон кружил,

людей кусали комары.

Все шумят, кричат,

кто-то тянет медика за халат.

Много женщин одиноких

со слезами на глазах.

Шум и плач у прохожих

вызывал непомерный страх.

Попасть в больницу Припяти -

народа очень много

и не узнать, и не подойти -

милиция очень строга.

Мне повезло, знакомая медсестра

по больнице города Остра.

Прошу её: "Только посмотреть!..

А вдруг настигла его смерть?"

"Пропустить не могу!
–

сказала в халате строго, -

Там больных очень много.

Со всеми с ними плохо.

И с твоим очень плохо".

"Пожалуйста, только на минутку!"

"Ладно. Побежали!"

"Люда! Людочка! Узнай!" -

вдогонку знакомые кричали.

В палате мужа увидала,

под капельницей лежал.

С испугу не узнала.

Чёрный-чёрный -

я думала он в саже.

Отёкший, опухший -

мне поплахело даже.

Жалко и обидно -

весь поседевший,

почерневший -

глаз почти не видно.

"Люди отравились газом!-

медсестра Петрова

повторила снова,-

Больные отравились газом!

Нет выхода иного -

больным надо срочно молока!

Много молока -

желательно парного".

Кстати, о радиации никто -

не сказал и слова.

Я с Таней Кибенок,

её муж в одной палате,

на машине её отца

мы быстренько в село.

От парного молока

пожарных тошнило и рвало,

как в лихорадке

знобило и трясло.

В десять часов по Припяти,

как утренний ветерок

пронёсся слух с юга на восток,

от радиации и травм

умер оператор Владимир Шишенок.

У ядерного реактора от мук

скончался Валера Ходемчук.

Остался под завалами -

навеки-вечные... один на один...

с ураном и его нуклидами.

Люди, узнав о радиации,

заволновались тревожно-скорбно.

Пошли слухи об эвакуации -

необходимой, срочной.

Из уст в уста шла молва,

возникали споры.

Везде... и здесь и там...

одни и те же разговоры.

"На атомной станции авария!

Всю землю накрыли

рентгены, радиация!"

"В округе всей -

будут тысячи смертей".

От народа страхи, слухи -

утопили все науки.

Я на шестом месяце

беременности была.

Своим здоровьем свою кровинку,

как зеницу ока

берегла жизнь нашему ребёнку.

Мой Вася-Василёк

любимый мой цветок,

жертвуя собой,

за нас двоих переживал,

мне совет давал

с болью и тревогой.

"Люся! Моя роднулька!

Уезжай к родителям в Кривушу.

Спасай себя и нашего ребёнка.

Спасай, кровинку нашу".

"Как же так? Нет родной!

Без тебя я не могу.

Тяжело быть одной -

без тебя, мой хороший, я умру".

"Подумай хорошенько -

не спеши!"

"Хорошо. Принесу молока -

потом решим".

Плохи дела, меня в санчасть

не пустили вечером.

Милиция раз и навсегда -

перекрыла все дороги,

не ходили в Припять

автобусы и поезда.

Город Припять заполонили

военные автомобили.

Прошёл слух...

Йодистые препараты -

защита от радиации.

Вмиг йод

в аптеках города

раскупил народ.

Только военные ходили

в респираторах,

в хим защите и плащах.

А горожане не спеша,

как обычно и всегда,

продукты из магазина

несли открыто,

каждый, кто как хотел,

всё в авоськах,

всё в кульках.

В Припяти хим подразделения

начали дезактивацию.

Смывать, сметать -

собирать и хоронить радиацию.

Солдаты поливали из АРСов

улицы раствором,

мыли дороги и тротуары

белым порошком.

Все улицы в белой пене,

чистота и блеск кругом.

Вечером сообщили населению -

город Припять весь

на трое суток временно

эвакуируют в лес.

Всем взять с собой

только самое необходимое,

что у каждого в квартире есть,

но обязательно документы

и в дорогу, что-нибудь поесть.

Многие даже обрадовались -

ходили, улыбались.

На природе отдохнём -

потанцуем и споём.

Прекратились раздоры, споры -

люди взяли

заготовки на шашлыки,

магнитофоны и гитары.

Плакали только те