Чтение онлайн

– Пускай валяется. Все равно уже не выживет, если еще не сдох. Айда, ребята, – ответили.

Через минуту шины зашуршали по асфальту, удаляясь по направлению к городу.

Павел спешно выкарабкался на дорогу, все еще не выпуская из рук оружия, и первым делом проверил, жив ли Федор, лежащий неподвижно на обочине в луже крови. Потом вышел на середину дороги и стал ждать.

Первая машина – старый видавший виды «форд» – была уже близко. Видимо, эта консервная банка и спугнула отморозков, сама того не зная. Ехала неспеша (водитель осторожничал) со стороны города по этой малооживленной трассе. Павел навел на нее пистолет. Увидев его, водитель – жирный мужик лет пятидесяти – затормозил резко и захлопал испуганно глазами, вжавшись в сиденье.

– Вылезай! – скомандовал Павел.

Тот мгновенно выполнил приказ и завопил:

– Не стреляйте! Берите все: деньги, машину. Вот часы японские. Дорогие.

– Заткнись и помоги, – мрачно процедил Павел, кивнув в сторону Федора.

– Но я же еду в другую сторону! Меня жена ждет, – запричитал мужик.

Павел снова навел на него пистолет:

– Ты че, мужик, не понял? Сейчас ты поможешь отвезти моего друга в больницу. Потом поедешь к своей супруге и забудешь о том, что видел.

Толстяк заморгал и открыл заднюю дверцу машины. С его помощью Павел втащил Федора в салон, сел за руль (толстяку осталось переднее сиденье рядом) и сказал:

– Поехали.

Старая американская кляча напрягла все свои лошадиные силы и рванула с места. Пока петляли по улицам, толстяк указывал дорогу и причитал:

– Ради Бога, осторожнее, медленнее! Моя машина!

Но Павел не обращал внимания на эти стоны и охи, нарушая все мыслимые правила движения, мчась и на красный свет, и на зеленый. Вскоре показалась городская больница.

Едва не снеся по пути ворота, «форд» на бешеной скорости влетел в больничный дворик и резко затормозил у дверей приемного отделения. Павел выбежал из машины и бросился в здание, чуть ли не силой заставил забегать и засуетиться половину медперсонала, и уже через минуту к машине вынесли носилки. Федора уложили на них. Врачи после стимуляции американской валютой поклялись Павлу сделать все возможное и невозможное и оперативно затерялись в коридорах.

Толстяк растерянно смотрел вслед санитарам, забыв закрыть дверцы машины. Павел сунул ему в руки пятьдесят долларов (первую бумажку, какую нашел в кармане):

– За труды, – пояснил он и пошел прочь по улице.

Все складывалось удачно: людей поучили в соответствии с заданием. Прямого приказа замочить не было, но наверняка Карась не стал бы ругаться, если бы трупы были. Скорее всего, тот, кого дубли" так усердно пинали ногами и охаживали дубинками, уже не жилец. Юрец даже помог им немного, полоснув ножом пару раз, чтобы убрать особую примету – наколку – с плеча их жертвы, а потом еще и под ребро нож воткнул для верности. При этой мысли Юрцу вдруг стало страшно, его даже затошнило. Но этот приступ дурноты скоро прошел. И странное чувство спокойствия и облегчения пришло ему на смену, ведь теперь он прошел испытание и ему можно доверить крупные дела. Единственное, что еще заботило сейчас Юрца, что одному из пришлых все-таки удалось уйти. Правда, машину разбили, значит, из города этому придурку не выбраться без того, чтобы не засветиться, а уж за этим-то он проследит. Но лучше бы не говорить об этом Карасю: рассвирепеет. Надо потихонечку изловить этого чайника и отправить его к праотцам. Он единственный свидетель, помеха делу. Нет, зря он послушал Чуму и не продолжил охоту, может, и попал бы. Плевать было бы на всех проезжающих: кто пристанет к ГАИ? Им бы без приключений мимо проехать… Шустрый все-таки оказался парень. Хотя кто знает, как смог бы, к примеру, сам Юрец побегать, когда речь зашла бы о его жизни.

Машина въехала в город. Нужно было успеть в гараж, снять с машины все прибамбасы: теперь уже этот маскарад не нужен. Да еще надо отмазку для Карася придумать, почему сразу пришлых не пристрелили. Первый раз стрелять в человека трудно. Но это никого не волнует. Ждут только результат.

Чума пялился в свое окно и молчал. «Дубли» затихли сзади. Видимо, им передалось от Юрца тягостное настроение – все-таки в первый раз пришлось убивать человека. Да и досталось всем от беглого, ушибы болели. Как еще кости не сломал никому?

Решив разрядить немного обстановку (если так дальше пойдет, они его и искать не захотят), Юрец с деланой беспечностью спросил:

– Ну че, пацаны, все нормально?

– Вроде, – через минуту ответил Чума.

– Че-то вы совсем раскисли, – продолжал Юрец тем же тоном. – Никак сдрейфили?

– Юрец, на нас труп висит! – напомнил с ужасом Сема и схватился за голову руками. – Ты че, совсем ни фига не понимаешь?

– Какой труп?! – удивился Юрец. – Ты че, с катушек съехал? Лично я в это время у себя на даче был, бабу трахал. Ты же сам мне пива принес из соседней комнаты!

– Какого пива?! – не понял Сема. – Какую бабу?

– Да Юльку же. Чума со мной поделился, – продолжал Юрец, усмехнувшись недобро.

– Ты че гонишь-то, Юрец? – возмутился Чума.

– Да мы же ее с тобой вдвоем делали, – рассказывал Юрец как ни в чем не бывало. – Ну у тебя и память! А Семка с братаном футбол смотрели по ящику в соседней комнате. – Он включил радио и поискал спортивные репортажи. Как раз передавали спортивные новости с матча. «Локомотив» выигрывал у ЦСКА три – один. Прослушав информацию, Юрец выключил радио и сказал: – Ну вот, я же говорил! «Локомотив» сделал армейцев три-один.

Пацаны, наконец, поняли.

– Точно-точно, – Тема сделал вид, что припоминает.

– Короче, пацаны, лирика потом, – уже жестче продолжил Юрец, вернувшись к теме. – Сейчас надо того чайника поймать, пока он дел не натворил. Значит, почта, телеграф, магазины, вокзалы. Толкните базар пацанам, что, мол, должен людям пару тонн баксов. Его кто-нибудь все равно увидит и нам сообщит. Если его не найдем, нам самим не жить.

Юрец, конечно, пугал. Он и сам еще в точности не знал, что будет, если они не найдут беглеца. Но подозревал, что Карасю это не понравится. И заранее настраивал приятелей на нужный лад, чтобы потом без вопросов.

Оставив машину и приятелей в гараже (пусть немного потрудятся), Юрец переоделся, захватил кейс, который вытащил из джипа чужаков, и кейс с наркотиками, который ему было велено «найти» в этом джипе и принести тоже, и побежал на автобусную остановку. Пока автобус ехал, он перебирал в уме все возможные варианты причин, почему один из двоих ушел. И решил, что лучше всего не говорить об этом Карасю вообще: меньше вопросов – меньше ответов. С этими мыслями Юрец добрался дo гостиницы и с этими же мыслями он постучал в дверь номера, где жил Карась.