Чтение онлайн

– Ну… – чуть удивленно сказал солдат.

– У тебя на бронике написано, – указал пальцем Лукаш. – Никаких чудес, только профессиональная журналистская наблюдательность.

Солдат расплылся в улыбке и стал похож на смайлик со своего бронежилета.

– Позови лейтенанта, – попросил Лукаш.

– Серый! – крикнул Жека напарнику. – Вызови лейтенанта.

Серый свистнул громко и пронзительно. Два коротких – сигнализация, судя по всему, тут отработана. Через минуту из-за бетонных блоков вышел лейтенант Великих.

Как положено человеку с такой фамилией, лейтенант был невысок и худощав. Не прыщ какой-нибудь, очень ладный и ловко сбитый парень, но ростом в метр семьдесят и весом килограммов в восемьдесят с бронежилетом и ботинками.

– Вот, товарищ лейтенант, лично вас требует! Журналист. – Жека протянул лейтенанту документы Лукаша.

– Требует? – радостно удивился лейтенант и посмотрел в удостоверение. – Господин Лукаш, Михаил Александрович, требует лично меня для разговора?

– Не-не-не-не!.. – торопливо выдал Лукаш, понимая, что лейтенант может решить, что кто-то тут качает права и этого кого-то нужно немного поучить. – Никто никого не требует. Просто просил позвать. Когда я утром ехал, познакомиться не удалось, вы были… э-э… заняты, я общался с сержантом. Такой светлый, с конопушками и голубыми глазами. Имени он своего мне не сказал, мы перекурили по-быстрому, и я поехал.

– Сержант Быстров, – лейтенант как-то напрягся, мельком глянул на Жеку, а тот отвернулся. – Коля Быстров.

– Может, и Быстров, – кивнул Лукаш. – Он говорил, что у вас тут с куревом проблема… я обещал закинуть еще сигарет. Вот…

Лукаш обернулся, потянулся правой рукой к своей сумке и осторожно, чтобы не уронить винтовку, лежащую на сумке, достал сигаретный блок.

– Вот, передайте ему… Он сменяться собирался, если уже ушел, тогда ребятам раздайте…

Лейтенант взял сигареты, покрутил блок в руке.

– Вы не думайте, это не взятка. Он меня выручил сегодня здорово, если бы не помог, то я бы не поспел к конвою, а мое начальство…

– Сержант Быстров погиб, – глухим голосом произнес лейтенант.

– Как – погиб? – опешил Лукаш. – Он же утром еще…

Черт-черт-черт-черт, мысленно выругался Лукаш. Сколько раз слышал от других вот это самое удивленное «Как погиб?», слышал и раздраженно думал, что человек весь мир склонен судить по себе, оценивать по своему отношению к происходящему. Сам не видел – значит, не было. Если вот только утром трепался с приятелем, то обеспечено приятелю бессмертие до следующей встречи…

– Он же утром смениться должен был… – заставил себя закончить фразу Лукаш.

Не с первого раза получилось, пришлось проглотить комок, вставший вдруг в горле.

– Вот так и погиб, – буркнул лейтенант, запрокидывая лицо к потемневшему небу. – Вот тут погиб, перед чеком.

Лукаш медленно вышел из машины. Только сейчас он почувствовал, насколько воздух пропитан гарью. И еще, что сладковатый запах – это горелое мясо. Будто шашлык забыли на мангале.

Танкисты гремели кувалдой и ругались. Жека отошел от машины и присел на край парапета.

– Как же так? – растерянно спросил Лукаш. – Что случилось?

– А черт его знает, что случилось, – тихо сказал лейтенант. – Машины стояли в очереди на проверку. Как раз досмотровая группа… В общем, только-только парни должны были сменить Быстрова, как вдруг одна машина взорвалась. Пятая или шестая от блокпоста.

Была машина заминирована или, как потом предположил кто-то, по ней ударил ракетой беспилотник, но взрыв разворотил «Шевроле», разорвал в клочья и разбросал огненные ошметки на стоящие поблизости автомобили. Началась паника, люди кричали, машины пытались развернуться, но сталкивались, сцеплялись бамперами и открытыми дверцами.

На «Форде» с багажником на крыше загорелись какие-то мешки. Ничего взрывоопасного, но занялось разом, как хорошо высушенный хворост. Люди бросали автомобили и бежали прочь, солдаты с блокпоста ничего не могли поделать, машины, стоявшие в самом конце очереди, перед въездом на эстакаду, разъезжались в разные стороны, люди кричали, тащили, кто детей, кто какие-то чемоданы из багажников…

Парня в загоревшейся одежде повалили на бетон и обдали струей из автомобильного огнетушителя. Несколько человек лежали между машинами, один или два неподвижно, кто-то пытался встать, а пожилая женщина кричала, зажимая рану на бедре. Кровь текла обильно, видно, осколок перебил артерию. Через несколько секунд женщина замолчала.

– Раненых вытащить, – приказал лейтенант. – Сюда, за чек.

Парни бросились к пострадавшим, и тут кто-то заметил, что в «Форде» с загоревшимися тюками на крыше остались люди. Женщина на водительском месте сидела неподвижно, уронив окровавленную голову на руль, какая-то железка, похоже, пробила стекло в дверце и висок, а на заднем сиденье кричали дети.

Лейтенант сам их не видел, тащил на себе тяжеленного негра с перебитой ногой, потом сказали, что в «Форде» были две девочки: лет пять и семь. Шансов выбраться у них не было. Они только могли кричать и биться ладонями в стекла. Биться и кричать…

Взорвался бензобак соседней машины, «Форд» обдало огнем, краска мгновенно вспучилась и сгорела. У женщины за рулем вспыхнули волосы, но она даже не пошевелилась.

Быстров прыгнул к машине, перекатился через капот пикапа, врезал ногой по стеклу в задней дверце. С первого раза не получилось, он ударил прикладом автомата. Что-то крикнул девочкам в салоне. Семилетняя сообразила и протянула к нему руки.

Сержант выдернул ее из машины и перебросил через пикап, на руки подбежавших солдат. Потянулся за второй девочкой, но та от страха вжалась в угол машины и, зажмурившись, кричала. Руками она зажимала уши.

Быстров что-то крикнул. Попытался соорудить что-то на своем убогом английском, но быстро понял, что так у него ничего не получится. Ближайшую к нему дверцу блокировал пикап, дальняя прижалась к отбойнику.

Нужно было уходить, сказал лейтенант. Понятно было, что не успеет Быстров вытащить девочку. Но только он все равно решил достать ее, полез в окно и даже, наверное, дотянулся. Но тут взорвался бензобак «Форда». А потом – полыхнул пикап.

Только когда подъехали пожарные и залили огонь пеной, а танк вместо бульдозера растащил машины – некоторые сбросив с пандуса, а некоторые вытолкав подальше от въезда на мост – смогли добраться до сержанта. До того, что от него осталось.