Прорвёмся!
Шрифт:
"Почему бы и нет? Если это будет небольшой коттедж в приличном месте, с гаражом, окружённый зеленью и дружелюбными соседями ... И хватит средств, чтобы уложиться в бюджет на его покупку."
– Что Вы можете предложить?
– и Виктор изложил риелтору своё видение места и условия проживания за городом.
Из предложенных вариантов его внимание привлекли два: только что построенный двухэтажный коттедж на участке земли в шесть соток. Не жилой, без внутренней отделки, так как его хозяин был вынужден срочно переехать в другой город. А потому продаваемый довольно дёшево. Он располагался в местечке Оффенбах на берегу Майна в пятнадцати километрах от головного офиса банка.
И построенный в конце девятнадцатого века старинный кирпичный дом с высоким цокольным этажом, большим подвалом, расположенный на участке в двадцать четыре сотки в городке Ханау, также расположенный недалеко от Майна, но стоящий около его притока: реке Квинс. Участок отстоял от центра Фанкфурта на двадцать пять километров. Дом был перестроен, реконструирован прежними хозяевами и имел все удобства для жизни. Территория вокруг дома была ухожена: имелся небольшой сад, беседка и гараж. Его продавали наследники прежних хозяев, живущие в Кёльне. Продавали уже давно, но желающих его приобрести не было: после необъяснимых ударов молнии в участок, у него была дурная слава. Молния ударяла в место между домом и деревянной беседкой, несмотря на то, что рядом находились строения, по высоте намного её превышающие и имевшие громоотводы. Самое главное, что один из предыдущих хозяев дома погиб от молнии во время грозы. Это случилось ещё перед Второй мировой войной. Теперь цена дома с участком снизилась настолько, что он стал стоить дешевле дома в Оффенбахе на десять процентов.
Виктор договорился с риелтором об осмотре домов на следующий день. Его не смущала дурная слава старинного дома: он был молод, самоуверен и после случившегося с ним "вселения" считал, что уже ничего плохого с ним не могло произойти. "Снаряд не попадает в ту же воронку дважды!"
* * *
"Дом в Оффенбахе мне не особенно понравился. Снаружи - всё прекрасно. Фасад отделан серым с белыми прожилками искусственным камнем, вокруг дома уже наведён марафет: клумбы с цветами, дорожки, вымощенные плиткой. Заложен фундамент под гараж, и даже завезены строительные материалы для его постройки. Но внутри дома! Голые кирпичные стены. Только кое-где торчат электрические кабели на месте будущих электрических розеток, телевидения и телефона, сделаны подводы для водоснабжения, канализации и вентиляции. И всё!
Сколько же ещё надо вложить денег в его достройку? Причём, я не смогу тут постоянно находиться и контролировать ход работ по внутренней отделке дома. Тем более, что здесь без дизайнера не обойтись. Цена вложений в этот дом вырастет минимум на пятьдесят процентов. Да ещё постройка гаража! Не надо нам такого счастья!"
Путешествие в Ханау заняло также немного времени.
– Тут построена частная платная скоростная десятикилометровая магистраль. По ней добираться до города - одно удовольствие. Но приходится платить десять марок за десять километров. Поэтому - пока на ней свободно. Но скоро жители Ханау оценят все её преимущества, и плотность движения автомобилей резко увеличится, - прокомментировал риелтор.
Предлагаемый для продажи участок с домом располагался на улице Корниселиусштрассе, идущей вдоль притока Майна - реки Кинциг, где она делает крутой поворот, недалеко от моста. Участок вытянут вдоль реки на шестьдесят метров, шириной сорок метров. Из центра Франкфурта до продаваемого дома они добирались полчаса и проехали тридцать километров.
Внешне дом выглядел импозантно: стены -старинный красный кирпич со вставками дикого камня. Крыша - красная черепица. Имелась мансарда. Участок окружён чугунной литой оградой высотой два с половиной метра. Справа от дома у самой ограды расположен гараж на один легковой автомобиль.
Сам дом 10*10 метров находится в левой части участка в двух метрах от ограды. Крыльцо - вход в дом расположено напротив чугунной калитки, врезанной в ограду. Вдоль ограды внутри участка высажен колючий декоративный кустарник, доходящий до верха ограды. Все насаждения ухожены и отлично выглядят.
Виктор прошёлся по дому. Всего три этажа, включая цокольный и мансарду. Имеется большая кухня, гостиная, две спальни и кабинет. На каждом этаже - туалет. Ванная расположена между спальнями в мансарде. Около кухни маленькая комната для кухарки-прислуги. Отопление дома - от газового/электрического/угольного котла, расположенного около кухни. Всё - в отличном состоянии. Мебель везде старая, но крепкая.
– Кто присматривал за домом всё время, пока он был выставлен на продажу?
– Специальная фирма. Она же присматривала за порядком во дворе, насаждениями и оплачивала коммунальные услуги из средств, переводимых хозяевами дома по специальному договору.
– И каков размер этой оплаты?
– Что-то около двухсот марок в месяц. Точно не знаю.
– Названная Вами стоимость этой недвижимости включает оформление договора купли\продажи, Ваши комиссионные и перерегистрацию дома в муниципалитете?
– Всё кроме перерегистрации. Её мы делаем по отдельному договору. Стоимость - тысяча марок.
– И так, названная Вами сумма в четыреста тысяч марок не может быть уменьшена процентов на десять? Если это возможно, то я готов расплатиться единовременно со своего счёта в Дойче Банке.
– Не я принимаю решение. Я сегодня же свяжусь с продавцами и завтра сообщу их решение.
* * *
На следующий день Виктор заключил договор на покупку недвижимости за триста семьдесят тысяч марок и договор на регистрацию сделки в муниципалитете. Также он пролонгировал договор со специализированной фирмой на обслуживание дома в его отсутствие.
"Мечта идиота осуществилась - я имею собственный дом в Германии. И зачем я его купил? Интуиция говорит, что приобретение этого дома - правильное решение. А я ей доверяю."
Глава восьмая.
Герхард Зомме принял годовой отчёт Виктора без серьёзных замечаний. Они обсудили основные направления работы отдела на фондовом рынке России, взаимоотношения с органами власти и другие животрепещущие темы. Не обошли и вопрос усиления службы безопасности филиала банка в Санкт-Петербурге.
– Что можете сказать о господине Пронькове?
– Пока только факты: именно на допросе у следователя Пронькова умер мой отец.
Официальное заключение врачей: смерть наступила в результате разрыва сердца. Моё личное расследование, подкреплённое некими бонусами для врачей, знакомых с этим случаем, однозначно подтверждает этот диагноз. Однако, они называют и причину разрыва сердца: сильный и профессионально выполненный удар в известную точку на груди человека. Об этом в медицинском заключении не сказано ни слова.